Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив




  • Управление
  • 16 апреля 2012

    16 апреля 2012 года в программе «Познер» Вагит Алекперов



    Вагит Алекперов – предприниматель и управленец. Обладая личным состоянием $13,9 млрд, в 2011 году занял 8-е место в списке 200 богатейших бизнесменов Росcии (по версии журнала Forbes).

    В.Алекперов: Государство должно выходить из собственности

    “Участие государства позитивно только на стадии формирования крупных компаний, сегодня государство должно выходить из собственности, – заявил в эфире программы “Познер” совладелец и президент компании “ЛУКойл” Вагит Алекперов. –  И приватизационные пакеты, предлагаемые государством, говорят о том, что  многие поняли, что государству надо выходить из управления  народным хозяйством и внедрять хорошие нормативные базы для управления этим народным хозяйством”.

    Вагит Алекперов пояснил, что чувствует себя не вправе навязывать свое  мнение по данному вопросу: “Я не могу собственнику  говорить “Продай!”, он сам должен почувствовать период, когда это выгодно. А я могу только своим делом доказывать, кто эффективнее”. При этом бизнесмен выразил уверенность в том, что решения приватизации крупных компаний, в том числе – и в нефтяной отрасли, будут приняты “в ближайшее время”.

    Бизнесмен отметил, что считает несправедливой статью закона, не допускающую частные компании к разработке шельфовых месторождений. “Нельзя делить компании на государственников и частников, есть хороший термин “национальные компании РФ”, и компания “ЛУКойл” являя национальной компанией, – заявил он. –  И мы везде выступаем с предложениями отменить эту статью и проводить конкурсы, чтобы объективная государственная комиссия определила, кто имеет право участвовать в том или ином проекте”.

    Отвечая на вопрос о справедливости налогообложения нефтяных компаний, Вагит Алекперов подчеркнул, что он “не ставит под сомнение действующую налоговую систему и не высказывает мыслей о снижении налогов”. “Я говорю о том, что не надо больше налогов с оборота, а надо брать налог на добавленный доход, – пояснил он. –  Начальный период разработки месторождений требует огромных капиталовложений, и налогообложение должно быть минимальным, середина проекта приносит большие доходы, и можно изымать весь дополнительный доход, а когда месторождение истощено, оно требует огромных затрат на поддержку производства, и планку налогов надо снижать”. По мнению Вагита Алекперова, такая гибкая схема налогообложения “позволит продлить срок работы месторождений, получить больший объем нефти и получить большие доходы”.

    Комментируя сообщения о начавшемся рост цен на бензин, предприниматель подчеркнул, что “в России цена на бензин в два раза ниже, чем у сопредельных государств”. “Мы выполнили главную цель – наполнили рынок относительно дешевым топливом, – заявил он. –  И сегодня через  акцизную политику решаются проблемы наполнения дорожных фондов, и сегодня цена отстают от того, что требует акцизная политика”. Вагит Алекперов напомнил, что доход заправочной станции в цене бензина составляет в среднем 8 процентов,  53-37 процентов – это налоги, а остальное – производство и логистика”. По мнению бизнесмена, “если мы хотим иметь дешевый бензин, надо закрыть границы, иначе все уйдет на сопредельные территории, где топливо в два раза дороже”. Кроме того, добавил, Вагит Алекперов, акцизная политика должна быть более гибкой: акцизы должны быть привязаны к мировым ценам на нефть – чем выше эти цены, тем выше доход государства, и тем ниже должны быть акцизы.

    ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ИНТЕРВЬЮ

    В.ПОЗНЕР: В эфире программа “Познер”, гость программы – основатель и бессменный президент крупнейшей в России частной нефтяной компании “ЛУКойл” Вагит Алекперов. Здравствуйте, Вагит Юсуфович.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Добрый день, Владимир Владимирович.

    В.ПОЗНЕР: Я очень рад, что вы пришли. Но у меня сразу возникает вопрос. Когда-то я вел программу, которая называлась “Времена”, и в свое время это была неплохая программа, в которую я вас приглашал многократно, но вы ни разу не пришли. И я решил: ну, значит, нет и нет. А недавно позвонила ваша пресс-персона, скажем так, и спросила, как бы я думал о том, чтобы вы пришли вот в эту программу. Я обрадовался, но понял, что это не моя инициатива, а, видимо, ваша. Я хочу вас спросить: а почему вам вдруг захотелось прийти?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Мне очень нравится ваша программа, потому что вы их ведете в живом эфире, есть диалог с интервьюируемым человеком. И сегодня время такое, когда хотелось бы ответить на ряд вопросов, которые интересуют в том числе наше российское общество. Ваша программа – лучшая трибуна для этой возможности.

    В.ПОЗНЕР: Скажите, а как вы приехали? Вы приехали с эскортом? С милицией? С машинами сопровождения? О вас разное говорят. Как вы приехали сегодня?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Ну, точно не на метро.

    В.ПОЗНЕР: Этот вопрос я даже не задаю.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да. Я, конечно, приехал на машине, которая мне положена. Конечно, у меня есть система безопасности, которая меня сопровождает. Но у меня нет ни милиции, ни эскорта, ни мигалок.

    В.ПОЗНЕР: Давайте мы коротко пройдемся по вашей биографии для наших зрителей, которые не так уж хорошо вас знают. А если я что-то не так скажу, вы меня поправите. Вы родились в 1950 году в Баку или рядом с Баку?

    В.АЛЕКПЕРОВ: В Баку. Баку ведь состоит из районов. Я родился в Ленинском районе, где расположены как раз таки все старые месторождения и нефтяные промыслы.

    В.ПОЗНЕР: Значит, в Баку. Отец ваш – азербайджанец, мама – русская.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да.

    В.ПОЗНЕР: Вы были пятым ребенком в семье, самым младшим. Это так?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Так.

    В.ПОЗНЕР: Учились, как все, в школе. С 1968 года (я вычитал) вы начали работать на нефтепромыслах. Причем начинали с нуля, так сказать, с самого простого. Как это называется? Буровик. И вы прошли, по сути дела, все ступени: от самого рядового рабочего до поста самого молодого первого заместителя министра нефтяной и газовой промышленности СССР. Это так?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Так.

    В.ПОЗНЕР: Вы стали первым заместителем в 1992 году.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет. Я стал первым заместителем – это конец 1990 года.

    В.ПОЗНЕР: Даже так. И ушли в 1992-м.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да.

    В.ПОЗНЕР: Вы ушли и возглавили концерн со сложным названием “ЛангепасУрайКогалымнефть”. Так?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Так.

    В.ПОЗНЕР: А 5 апреля 1992 года на основании указа Президента Ельцина о приватизации нефтяной отрасли этот концерн, который был государственным, был преобразован в акционерное общество “Нефтяная компания “ЛУКойл”", и вас избирают президентом. Все правильно?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да.

    В.ПОЗНЕР: Хорошо. Тут же работники, как не только там, но и вообще всюду, получают так называемые приватизационные чеки, или ваучеры, и многие из них считают, что эти ваучеры абсолютно бесполезны, продают их. Мой первый вопрос к вам вот какой. Вы вообще сами или через каких-то людей скупали эти ваучеры? Потому что в скором времени вы стали все-таки обладателем, кажется, 10% акций “ЛУКойла”. Так что, происходила скупка этих ваучеров или нет?

    В.АЛЕКПЕРОВ: В компании “ЛУКойл” приватизационные процессы шли немножко по-другому, чем у других нефтяных компаний. У нас не было залоговых аукционов, у нас по закону РФ пятипроцентный пакет был продан руководителям и коллективам нефтяной компании. После этого у нас продавало государство сперва 6%, потом еще 8%, и последний пакет акций, который нашей компании был продан государством, это 2004 год, – это компания ConocoPhillips купила последние 9%, которые принадлежали государству. Поэтому у нас так называемой ваучерной приватизации не было, у нас не было никакой другой приватизации – у нас была приватизация одна: правительство продавало наш пакет, когда ей необходимы были средства.

    В.ПОЗНЕР: Понятно. Вы знаете, есть понятие “провокационный вопрос”, но я всегда говорю, что провокационный – это тот вопрос, который нам не нравится, поэтому мы его называем провокационным. Вы согласны с высказыванием Бальзака о том, что в основе (я подчеркиваю, в основе) любого богатства (богатства, тоже подчеркиваю) лежит преступление?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, не совсем. Почему? Есть еще одно высказывание, что каждый использует свой шанс. У всех в девяностые годы, у многих были свои шансы так называемые использовать ту или иную ситуацию. Компания “ЛУКойл”, наверное, и отличается от многих компаний, потому что там профессионалы, которые работали на этих месторождениях, они и стали акционерами, они и сегодня управляют огромным комплексом под названием “Нефтяная компания “ЛУКойл”".

    В.ПОЗНЕР: Так что, в отношении, скажем, вас Бальзак ошибся?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Просто он, наверное, имел в свое время совсем другое.

    В.ПОЗНЕР: Возможно. Так или иначе, но согласно Forbes (все-таки довольно авторитетный журнал в этом вопросе) вы находитесь на 56-м месте среди наиболее богатых людей в мире. Они и определили, что ваше состояние оценивается в 13,5 миллиарда долларов. Я не спрашиваю, точно или нет. В конце концов, не в этом дело. Но парадокс вот какой. Россия находится на третьем месте в мире по количеству миллиардеров после США и Китая. Но Россия находится на 66-м месте, где-то примерно так, по уровню жизни. То есть колоссальные ножницы. Что вы думаете по этому поводу?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я считаю, что сегодня как раз таки, наверное, и наступает то время, когда люди, которые добились успехов в нашей стране, должны со своей стороны проявлять инициативу, для того чтобы сегодня население стало жить лучше, чтобы создавался малый и средний бизнес. Например, что я делаю для этого? Я создал так называемый Фонд социальных инвестиций, который сегодня оказывает поддержку инициативам рядовых людей. Проходят конкурсы во многих регионах России, выбирают хорошие проекты, и мой фонд оказывает им финансовую поддержку. Достаточно серьезные суммы, которые идут на беспроцентной основе только для того, чтобы люди начали свое дело. Сегодняшний период времени будет характеризоваться, наверное, в ближайшие годы тем, что наша страна начнет, уже не просто накопление капитала будет, а реализация этих проектов будет. Я уверен, что достаточно быстро эти процессы будут развиваться.

    В.ПОЗНЕР: О вас пишут и говорят, что вы – человек, лояльный к власти. Я помню, в газете The New York Times в свое время было с вами большое интервью и потом некоторые рассуждения журналиста. И в частности, он обратил внимание на единственную фотографию на вашем столе – “черно-белый портрет, но не жены Алекперова или его сына, а Президента Путина”. “Мысленно замените орла на серп и молот, а Путина – на Леонида Брежнева, и вы почувствуете, будто вернулись в советские времена”, – пишет он. Но это было в 2004 году. Скажите, пожалуйста, эта фотография продолжает стоять у вас на столе?

    В.АЛЕКПЕРОВ: У меня есть фотографии и Путина, и Медведева. Я считаю, что руководители страны – это есть символ страны. И сегодня поддержка власти – это, я глубоко убежден, задача руководителей таких крупных компаний или промышленных комплексов, коим является “ЛУКойл”. Почему? Сегодня эти программы, которые Путин выдвигал в период своей предвыборной кампании, я был активным сторонником его, я поддерживал эти программы. Стране нужно сегодня развитие. И наша компания как никакая другая сегодня за эти десятилетия сделала огромный шаг. Сегодня компания “ЛУКойл” присутствует в 42 странах мира, очень динамично развивается, наращивает объемы добычи и переработки нефти. То есть сегодняшние эти проекты реально реализуются. Но надо всегда иметь в виду, что недра принадлежат государству.

    В.ПОЗНЕР: Вот вы и говорите: “Недра принадлежат государству. И они будут принадлежать ему всегда. И мы должны считаться с его желаниями”. Но, посмотрите, желания государства, на самом деле, – это желания тех людей, которые находятся у власти. Это и есть желания государства. Сегодня у власти одни, завтра – другие, и у них могут быть разные желания. Вы говорите: “Мы должны считаться с его желаниями”. Не правильнее ли сказать, что мы вынуждены считаться с его желаниями, потому что оно – государство и никуда не денешься?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, не совсем. Потому что мы все-таки находимся в диалоге. И то законодательство, которое сегодня формируется, да, оно, может, сегодня не очень совершенно, но пакет законов, который был сформирован в 2000 году, с 2000 года по сегодняшний день, дает возможность сегодня через диалог с государством все-таки реализовывать крупнейшие проекты, приступить к освоению очень сложных провинций, таких как Каспий. Компания “ЛУКойл” открыла Каспийскую провинцию. Север Каспия абсолютно был неперспективный. Но мы смогли убедить в свое время и власть, для того чтобы были приняты решения, в том числе законодательной поддержки этих проектов. У нас есть диалог. И это, наверное, очень положительная черта господина Путина, что он всегда имел, все эти годы, диалог, в том числе и с крупнейшими руководителями промышленных групп.

    В.ПОЗНЕР: Вагит Юсуфович, вы все-таки как-то признали свою зависимость от государства, причем довольно откровенно. Послушайте, что вы как-то сказали. Вы отвечали на вопрос, почему ваша компания все время соглашается на просьбы государства о заморозке цен. И вот ваш ответ: “А у вас есть другой вариант? Вы видели других, кто спорит с государством?”. Но ведь в странах с развитой демократией крупнейшие компании, корпорации, в общем, вполне успешно спорят порой с государством, отстаивая какие-то свои взгляды. Вы как-то не то чтобы завидуете им, но вы же в большей степени в нашей стране зависите, скажем, от российского государства, чем какая-то крупнейшая американская нефтяная компания – от американского государства? Или вы считаете, что нет?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я считаю, что правила игры через законодательные акты все-таки принимают законодатели. С учетом нашего мнения или без учета мнения, но законодатели принимают эти законы. И сегодня мы должны по этим законам работать.

    В.ПОЗНЕР: Но вы помните, конечно, что, скажем – я, опять же, сравниваю с США, – там законы принимаются Сенатом. Только Сенатом, да? Не Палата представителей, а Сенат США. И сенаторы попадают в Сенат зачастую в результате поддержки крупнейших корпораций, которые выделяют деньги на их избирательные кампании, находят способы их поддержать. И тогда, придя в Сенат, эти люди принимают законы не то чтобы против своей страны (боже упаси!), но имеют в виду, что они все-таки обязаны тем или иным корпорациям, которые помогли им в этой борьбе. В нашем случае, насколько я понимаю, наши корпорации совершенно не могут, скажем так, по договоренности поддерживать того или иного кандидата деньгами. Насколько я понимаю, это нереально.

    В.АЛЕКПЕРОВ: У нас нет института лоббизма, законодательной основы.

    В.ПОЗНЕР: Но я полагаю, что после того разговора, который был с Путиным еще в 2002 году, когда он четко сказал: “Ваши заработки – это ваши заработки, но не вмешивайтесь в политику”, – и все вроде сказали: “Хорошо”.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Для меня это проще всего было воспринимать, потому что я всю жизнь занимался одним делом, я был всегда технократом, который работал по тем правилам, которые вырабатывало государство. Все-таки я добился больших успехов в период Советского Союза, как вы сказали. От оператора дойти до первого заместителя министра за какие-то 18 лет, пройдя путь огромный…

    В.ПОЗНЕР: Это правда. Да.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Меня всегда отличало одно – целеустремленность, работоспособность и четкое выполнение своих обязанностей. И здесь мне проще работать. Потому что я этим правилам следую и сегодня. И то, что мы зависим от государства, мы зависим сегодня от тех правил, которые сегодня вырабатываются через законодательные акты, это факт. Но в то же время, когда я сказал, что у нас есть диалог сегодня, – я все-таки являюсь членом бюро РСПП, я являюсь членом бюро Торгово-промышленной палаты, – все-таки созданы инструменты, которые сегодня позволяют нам быть в постоянном диалоге не только с правительством РФ, но и с министерствами и ведомствами и с Государственной думой. Все-таки профильные комитеты сегодня достаточно открыты для нашего диалога. Я считаю, что на сегодняшнем этапе эти механизмы наиболее эффективны для того, чтобы и государственные интересы были соблюдены, и соблюдены были интересы в том числе и частного инвестора, который рассчитывает на норму прибыли, но который в то же время должен нести свою миссию. Ведь наша отрасль несет миссию. Первая наша задача – обеспечить население России топливом, электричеством и теплом. Эта наша первая миссия. Потом у нас идет, да, обеспечиваем через развитие наших проектов получение нормы прибыли, которая будет достаточной для обеспечения этой инвестиционной деятельности. Это все взаимосвязано, Владимир Владимирович.

    В.ПОЗНЕР: Нельзя сказать, что все-таки задача любого частного капитала – это прибыль, получение максимальной прибыли при минимальных тратах, и это есть главная миссия – заработать как можно больше?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я всегда повторял еще одно: под одеялом сытым не будешь, когда рядом голодные лежат. Они все равно отнимут или надо поделиться. Социальная ответственность и заключается в том, чтобы не быть одному сытому, а создавать условия для того, чтобы огромное количество людей, сотрудников, граждан получали достойную заработную плату и жили достойно. У нашей компании как акционерного общества есть ряд ответственностей. Первая – ответственность перед государством за четкое выполнение своих функций по разработке месторождений. Перед нашими акционерами, которые ждут от нас нормы рентабельности и которые выбирают нас. Перед нашими сотрудниками, которые ждут от нас достойную зарплату и которые за эту достойную зарплату работают и выполняют миссии, которые направлены и на удовлетворение нужд государства, на удовлетворение нужд акционеров. Когда это находится в балансе и не противоречит друг другу, тогда компании имеют право на развитие и на большой период времени.

    В.ПОЗНЕР: Есть два заявления: “Вагит Алекперов – конформист” и “Вагит Алекперов – прагматик”. Вы какое принимаете? Или никакое?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я считаю, что я больше прагматик.

    В.ПОЗНЕР: Ну хорошо. На этом мы пока остановимся. Прагматик. Реклама же необходима для этого, поэтому потерпите, потом вернемся.

    ВТОРАЯ ЧАСТЬ

    В.ПОЗНЕР: Вы сказали, что вы находитесь в диалоге с властью. А скажите, пожалуйста, какой-нибудь процент акций “ЛУКойла” принадлежит государству?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, сегодня нет. Последние проценты были проданы в 2004 году.

    В.ПОЗНЕР: И все, да? Однажды вы сказали любопытную фразу: “Все, что хорошо для России, хорошо и для нашей компании”. Когда я это вычитал, я сразу вспомнил слова Чарльза Уилсона, бывшего президента гигантской корпорации General Motors, он сказал это в сороковых годах прошлого века, когда его президент Эйзенхауэр предложил в качестве министра обороны. На слушаниях в Сенате ему задали вопрос: “Скажите, пожалуйста, а вы в качестве министра обороны способны принять решение, которое будет невыгодным для General Motors?” На что он ответил, что да, но при этом добавил, что не может представить себе ничего подобного, “потому что я много лет считал, что то, что хорошо для страны, то хорошо для General Motors, и наоборот”. Вы разделяете это мнение применительно к “ЛУКойлу”: что хорошо для “ЛУКойла”, то же хорошо для страны?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да. И это подтверждается в том числе и на деле, Владимир Владимирович. Наша компания 15 лет работала над тем, чтобы получить проект Западной Курны-2 в Ираке. Начинали еще при Саддаме Хусейне. И правительство РФ за 2000-е годы прилагало большие усилия для того, чтобы проект достался нашей компании. И мы выиграли конкурс. И сегодня одно из крупнейших месторождений, уникальное, открытое на сегодняшний день, будет разрабатываться нашей компанией. Это сделано было, конечно, с поддержкой правительства РФ.

    В.ПОЗНЕР: Смотрите, а все-таки, вот есть государственная нефтяная компания “Роснефть”, есть государственная компания “Газпром”. Эти компании, будучи государственными, имеют перед вами определенные преимущества, а именно в разведке стратегических энергетических ресурсов, в частности, и на шельфе, и так далее. Потому что закон о недропользовании говорит, что государственные – да, а частные – нет. Разве вам не кажется, что это несправедливо?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Кажется.

    В.ПОЗНЕР: И как раз получается, что то, что хорошо для государства, как будто бы не очень хорошо для “ЛУКойла”.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, кажется, и мы над этим постоянно работаем. Вы знаете мои высказывания, что я считаю, что в нашей стране нельзя снова делить на государственников и на частников. Есть хороший термин – национальные компании РФ. Вот компания “ЛУКойл” является национальной компанией РФ, а национальные интересы гораздо дальше, чем государственные границы. Но это решение было принято в 2008 году. Сегодня мы, и я в том числе, везде выступаем с предложениями отменить статьи этого закона, ограничивающие участие, а проходить через конкурсы. Не надо аукциона, но конкурсы, чтобы объективная государственная комиссия могла определить, кто имеет право участвовать в том или ином проекте. Почему я так говорю – “определить”? Потому что на шельфе есть расположенные еще какие-то захоронения, может быть, где-то, где-то военные полигоны, и, конечно, должен быть объективный подход, кто имеет право в той или иной акватории шельфа РФ вести хозяйственную деятельность. Эти объективные комиссии могли бы принимать решения по национальным компаниям. И дать термин, что такое национальная компания.

    В.ПОЗНЕР: Ну что такое национальная компания? Это компания, которая работает в России.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет. Я считаю, что национальная компания – это компания, которая зарегистрирована на территории РФ, является крупнейшим налогоплательщиком, и перерегистрация в третьи страны – с разрешения правительства РФ. Тогда эта компания является национальной.

    В.ПОЗНЕР: Конечно, можно назвать это национальным. Это мне напоминает немножко господина Суркова с его определениями демократии – управляемая демократия и так далее. Если она есть, она демократия, если ее нет, ее можно назвать любыми существительными, от этого она не становится. Смотрите, национальные компании. Вы против того, чтобы вообще государство имело свои нефтяные, например, компании? Вы считаете, что это хорошо или плохо?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я считаю, что у нас сложилась структура недропользователей: “Газпром”, “Роснефть”, “ЛУКойл”. У нас присутствует много форм собственности – и государственная, и частная, и с участием государства. Тот же “Газпром” – там пакет принадлежит государству, но это акционерное общество, оно с участием государства.

    В.ПОЗНЕР: Я все-таки настойчиво задаю вам прямой вопрос. Вы считаете, что это полезно для страны, когда государство является одним из основных владельцев крупных корпораций, в частности нефтяных? Это для страны позитивно?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я считаю, на какой период времени. На начальной стадии, при формировании таких крупных конгломератов – да, это было позитивно. Но в дальнейшем государство должно выходить из собственности.

    В.ПОЗНЕР: То есть сегодня уже, наверное, не позитивно?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я думаю, что те приватизационные проекты, которые сегодня предлагаются государству, уже сегодня говорят о том, что очень многие поняли, что надо выходить государству из управления народным хозяйством, а внедрять хорошую нормативную базу по регулированию процессов.

    В.ПОЗНЕР: Понимаю. Вы этот вопрос ставите, например, перед Медведевым (еще Президентом), перед будущим Президентом?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет. Это не моя собственность. Я не имею права собственнику ставить вопросы. Я могу только своим делом показывать, кто более эффективно работает.

    В.ПОЗНЕР: А в диалоге разве эти вещи не происходят?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, они происходят, но не в такой прямой форме. Потому что я не могу говорить собственнику: “Ты продай свою собственность”. Он должен почувствовать период, когда ему это выгодно сделать.

    В.ПОЗНЕР: Президент Медведев некоторое время тому назад говорил о том, что государству надо уходить из СМИ. Может быть, это полгода тому назад. Что вообще государству нечего делать в СМИ. Как, между прочим, в очень многих, будем говорить, отсталых странах, где государство имеется, но не владеет ни одним СМИ. Если бы, например, Президент сказал, что государство должно уйти из экономики, вернее, не из экономики, а не должно владеть никакими заводами, пароходами и так далее, вы бы считали это полезным делом?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Это сказано уже, и сегодня уже активно обсуждается пакет приватизационных объектов, который будет приватизироваться. В том числе там есть и наш сегмент, и о “Роснефти” говорится, и о “Транснефти” говорится. И я думаю, что в ближайшее время, конечно, будут приняты эти решения.

    В.ПОЗНЕР: Ладно. Я, читая о вас самое разное, прочитал такую любопытную мысль, что хоть вы и в хороших отношениях с властью, на самом деле, но подкладываете соломку на всякий случай. А именно некоторые эксперты так оценивают тот факт, что вы пришли на топливный рынок США, где “ЛУКойл” приобрела более 200, кажется, автозаправочных станций. И дальше пишут следующее: “Расширение деятельности “ЛУКойла” в мировом масштабе помимо всего прочего преследовало цель создания неподконтрольной кремлевским властям международной дочерней компании. Это было бы гарантией сохранения своего весомого присутствия на мировом рынке энергоресурсов в случае возможной национализации нефтяного бизнеса”. Ну, это иностранная печать, конечно, не российская. Что бы вы ответили?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Весь наш зарубежный бизнес на 100% принадлежит российской компании “ЛУКойл” и напрямую связан, и все деньги были вложены туда по разрешению соответствующих государственных институтов. Это напрямую связь. У нас нет дочерних неподконтрольных – все они принадлежат российской компании. Все наши проекты – мы в первую очередь реализуем проекты, где есть экономическая эффективность, мы сегодня присутствуем в 42 странах мира, – они все связаны.

    В.ПОЗНЕР: Значит, если, скажем, национализируют “ЛУКойл”, то они сразу становятся?..

    В.АЛЕКПЕРОВ: Все: и американская розница, и иракские проекты – это все единая вертикаль.

    В.ПОЗНЕР: Так. Еще один вопрос, который я не могу вам не задать. Он связан с Ходорковским. В 2005 году журнал “Власть” спросил у разных людей о том, как они относятся к решению суда над Ходорковским и Лебедевым. Вопрос был такой: “Вы согласны с приговором?” И список людей, которые отказались отвечать, в алфавитном порядке: Роман Абрамович, Вагит Алекперов, Виктор Вексельберг, Олег Дерипаска, Алексей Миллер, Владимир Потанин, Михаил Фридман, Анатолий Чубайс. Сегодня, если задать вам этот вопрос, вы по-прежнему отказываетесь отвечать на него или нет?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, я сочувствую Михаилу Ходорковскому. Потому что, действительно, наказание у него суровое.

    В.ПОЗНЕР: Вопрос такой: все-таки как вы относитесь, вы согласны с приговором? Вопрос был такой. Не ответили. Вы и сейчас не отвечаете?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, я еще раз повторяю, что я сочувствую Михаилу Ходорковскому и считаю, что приговор суровый.

    В.ПОЗНЕР: Но справедливый? Это вопрос важный.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Сложно. Потому что мы не знаем сути дела. Ведь там очень много декларативного было, того, чего не было, документа, который можно было бы прочесть. Обвинения были всякого порядка. Но я еще раз хочу повторить, что я сочувствую Михаилу Ходорковскому и, конечно, желаю, чтобы как можно быстрее он вышел на свободу.

    В.ПОЗНЕР: Вы как будто бы уверены в том, что нефти хватит и нашим детям, и нашим внукам. В то же время вы недавно заявили, что в России может произойти резкое падение объемов добычи нефти после 2016 года. И чтобы этого не произошло, вы призываете внести изменения в налоговое законодательство, которые бы повысили эффективность системы налогообложения. О каких изменениях речь, первое? И главное, как это повышение эффективности скажется на рядовых гражданах? Это что означает? Что цены какие-то снизятся? Или, наоборот, что появятся очередные миллиардеры, которые купят пентхаусы в Нью-Йорке, ну и так далее? О чем речь конкретно?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Когда я говорю о налоговой системе, я никогда не ставлю под сомнение действующую систему и никогда не высказываю мысли о снижении налогов или даче льготы нефтяникам. Мы достаточно мощные компании и самодостаточные для своего развития. Я всегда говорю о чем? Что не надо брать больше налогов с оборота, а надо брать по американской системе.

    В.ПОЗНЕР: То есть?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Налог на добавленный доход. Начальный период развития месторождений всегда требует больших капиталовложений. Здесь должна быть минимальная налоговая система. Середина развития проекта приносит большие доходы и минимальные инвестиции. Здесь налоговая система должна изымать весь дополнительный доход. И третья стадия – когда месторождения истощенные, там огромные капитальные затраты для поддержания производства, но минимальный объем производства. Там надо планку снижать. В целом за жизнь месторождения налоговая система не изменится. Почему в Америке сегодня выгодно эксплуатировать скважины, которые дают 100 кг, 200 кг нефти, а у нас не выгодно, когда она дает 5 тонн? Вот эта налоговая система должна быть гибкая. Это позволит продлить жизнь месторождениям и государству получить дополнительный объем нефти, а соответственно, дополнительные доходы.

    В.ПОЗНЕР: Можно ли считать, что я, рядовой потребитель, от этого что-то получу?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Разумеется. Потому что появятся новые рабочие места. Мы не будем останавливаться…

    В.ПОЗНЕР: Почему?

    В.АЛЕКПЕРОВ: А потому что скважины будут больше работать, будет буриться больше скважин, будет больше подрядных организаций, будет идти уплотняющая сетка, будет покупаться новое оборудование. Ведь сегодня нефтяная промышленность, когда мы часто говорим о нефтяной игле, нефтяная и газовая промышленность являются локомотивом множества отраслей: и металлургия, и автоматика, и электротехника, и энергетика, и прочее-прочее. Потому что мы капиталоемкие, мы являемся крупнейшими заказчиками для нашего машиностроения, то есть для нашей металлургической промышленности. Поэтому налоговая система будет стимулировать развитие месторождений и продление срока их эксплуатации, соответственно, это будут новые рабочие места.

    В.ПОЗНЕР: Вы хотите сказать, что у нас налоговая система не гибкая?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Она не гибкая, она больше ориентирована на налог с оборота. Это экспортная пошлина, это налог на добычу полезных ископаемых и прочее-прочее.

    В.ПОЗНЕР: Насчет локомотива. Вот, скажем, в США, насколько я понимаю, все-таки локомотивом оказалась автомобильная промышленность, от которой потом все пошло – дороги пошли, химическая промышленность, производство шин и так далее. Именно это оказалось на рубеже XX века локомотивом американской индустриализации.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Но параллельно с развитием нефтяной промышленности. Америка до сих пор добывает огромные объемы нефти и газа.

    В.ПОЗНЕР: Да, это я понимаю.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Это совмещенные отрасли.

    В.ПОЗНЕР: Я потому говорю, что где видно, чтобы нефтяная промышленность у нас была локомотивом? Вот вы сказали о нефтяной игле. Да, гигантская часть наших доходов, особенно экспортных, – это все от нефти и газа. Больше мы мало в чем можем конкурировать с точки зрения экспорта товаров. Что у нас развивается в результате этой концентрации нефти и газа? Сказать, что дороги здорово строятся, никак нельзя. Где реальная отдача?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Реальная отдача – это, во-первых, уже в России будет собираться и производиться около 2 миллионов машин. Представляете, за 15 лет такой скачок. Собираться и производиться. То есть сегодня, когда мы говорим о буровых станках, Советский Союз покупал около 30% и буровых станков, и запорной арматуры, и станков-качалок, – все это за рубежом, в странах содружества СЭВ. Сегодня все это производится на территориях России. У нас импортная составляющая сегодня менее 5%. Если вы приедете в Астрахань, вы увидите, как обустраиваются морские месторождения, и вы увидите, как загружены сегодня астраханские верфи, где сегодня уже тысячи и тысячи людей работают над нашими заказами. Сегодня, когда мы говорим, мы хотим увидеть все сразу. Но я вам привел примеры.

    В.ПОЗНЕР: Ну не все сразу. Хотя бы немножко.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да. Я привел примеры, сегодня уже миллионы людей работают над нашими заказами. Это, может быть, не совсем видно, это часть айсберга, которая спрятана от общественности, но это сегодня. Огромное количество высокооплачиваемых рабочих мест, которые созданы и создаются сегодня. Вы правы, параллельно от этих доходов надо формировать программы, которые должны быть профинансированы на развитие отраслей, которые будут формировать наше будущее. Я тоже понимаю, что каменный век закончился не потому, что камни кончились. И век углеводородов когда-нибудь закончится. Но моя задача сегодня – продлить жизнь углеводородных месторождений и дать возможность человечеству пользоваться тем продуктом, который я произвожу.

    В.ПОЗНЕР: Считаете ли вы, что те доходы, которые получает государство в результате работы частных и не частных нефтяных компаний, используются правильно?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Это не мои деньги. Я чужие деньги не считаю.

    В.ПОЗНЕР: То есть вы знать не хотите, да?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, я чужие деньги не считаю. Но все-таки у нас перед глазами у всех, в том числе, я так думаю, у наших руководителей страны, кризис девяностых годов, когда было огромное потрясение для всего населения. И, конечно, эту финансовую подушку нужно формировать, нужно ее сохранять. Потому что и вы, и я пережили конец девяностых годов, когда действительно было огромное потрясение для страны, и я такого повторения не хочу. И все-таки мы смогли в 2008 году за счет денег, которые были накоплены за счет нефтедолларов, достаточно плавно пройти этот сложный период времени.

    В.ПОЗНЕР: Вы человек, являющийся одним из лидеров в финансовом состоянии России. Если бы я вас спросил, каковы экономические прерогативы нашего государства, хотя бы две-три? Как вы видите это? Потому что, я вам скажу совершенно откровенно, если меня спросить, то я скажу, что я не понимаю. А вы понимаете?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Прерогативы сегодня? Это человек. Да, это абстрактно, может быть, приоритет. Но сегодня приоритетом должны стать те отрасли, где задействовано большое количество людей, высококвалифицированных, высокооплачиваемых. Сегодня нужно полностью модернизировать сельское хозяйство, ввести туда новые технологии, чтобы там работали люди с хорошим образованием.

    В.ПОЗНЕР: То, что нужно, я понимаю. Я же ведь вас спросил, а как…

    В.АЛЕКПЕРОВ: Но это сегодня и есть. Я был в Ставрополье, я видел комплексы. Это уникальные комплексы. Я таких комплексов в США не видел, хотя я посетил в США очень много территорий и видел очень много объектов. Но сегодня те современные комплексы, которые построены на Ставрополье, таких я не видел. Они сегодня уже функционируют. Я считаю, что это приоритет. Конечно, приоритетом сегодня должно быть здравоохранение в первую очередь.

    В.ПОЗНЕР: То, что должно быть, это у меня нет вопросов.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Но сегодня делается, Владимир Владимирович.

    В.ПОЗНЕР: Я не могу сказать, и мне моя власть не говорит: “Вот это наш приоритет. У нас денег вот столько, а задач вот столько. И поэтому мы должны выбрать то, куда мы будем вкладывать основные деньги. Мы должны вам сказать: “Вот это главное и это главное. И хотя то тоже важно, но туда пока мы не будем вкладывать, потому что нам надо решить вот это”".

    В.АЛЕКПЕРОВ: Ну, Владимир Путин в Думе сказал четыре направления. Эти четыре направления действительно приоритетные. Но еще, самое главное, надо видеть, как провинция преобразовывается, Владимир Владимирович. Я вас приглашаю посетить Западную Сибирь, посмотреть медицину Западной Сибири. В Астрахани посмотреть, как сегодня новые производства реанимируются и все то, что было построено.

    В.ПОЗНЕР: Принимаю приглашение.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Сегодня из Москвы, конечно, не чувствуется очень многих вещей, которые происходят в стране.

    В.ПОЗНЕР: Конкретно давайте вот что. То, что волнует наверняка очень многих наших слушателей, тем более что в результате все-таки повышения уровня жизни количество частных автомобилей выросло несказанно по сравнению с тем, что когда-то было. Цены на бензин. У меня самые последние данные, это auto.mail.ru: “Бензин в России начал дорожать”. “Росстат вынужден признать: бензин в России начал дорожать, – передает “Российская газета”. – Согласно официальной статистике, впервые за последние 19 недель цены на топливо пошли вверх, и многие эксперты говорят, что это начало длительного тренда. Согласно предсказаниям, в этом году бензин подорожает от 7 до 18 процентов, то есть он может прибавить в цене до 5 рублей”. Опровергаете?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я хочу пояснить. Я не хочу говорить о цифрах: “до 5 рублей”, “до 8 рублей”, я хочу сказать несколько цифр. Цена на бензин в РФ в два раза ниже, чем в сопредельных государствах

    В.ПОЗНЕР: Так там нет нефти.

    В.АЛЕКПЕРОВ: В два раза. Ну, в Норвегии тоже много нефти. Мы всегда говорим, что наш бензин должен стоить столько, сколько стоит в Иране. Но в Иране лимитирован отпуск бензина. Советский Союз добывал больше всех в мире нефти, 625 миллионов. Я был заместителем министра. Но я не мог поехать в отпуск на машине без запасной канистры. И никто не мог. Кто ехал, никто не знал, заправится он на заправочной станции или не заправится.

    В.ПОЗНЕР: Это я помню прекрасно.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да. Мы сегодня выполнили главную цель – мы наполнили наш рынок дешевым топливом. Мы считаем, что в два раза дешевле, чем у сопредельных государств. Но сегодня происходит вымывание нашего топлива. Сегодня ни одна машина не заправляется в Прибалтике – они заправляются все на территории России и едут, пересекая все страны.

    В.ПОЗНЕР: Но, согласитесь, в Прибалтике нет нефти. Понятно, что там это должно быть дороже.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Но в Норвегии самый дорогой бензин.

    В.ПОЗНЕР: В Норвегии. Хотя очень много бензина. Это политика. Это определенная политика.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Да. И у нас сегодня тоже государство через акцизную политику решает проблемы наполнения дорожных фондов. Вы знаете, с 1 января акцизы на бензин, на топливо поднялись очень значительно. Цена на бензин сегодня отстает от того, что требует акцизная политика. С 1 июля еще раз будет поднятие цены на акциз.

    В.ПОЗНЕР: В цене литра бензина какая часть?

    В.АЛЕКПЕРОВ: 8% – это доход заправочной станции. 53-57% – это налоги. Остальное – это производство и логистика. Когда говорим о заправочной станции, я вам привел пример заправочной станции. Недавно я тоже с удивлением посмотрел, мне очень понравился пирог, нарисованный в одной из газет, кто что получает от этого пирога. Поэтому сегодня, когда мы говорим о стоимости бензина, да, она высокая, но сегодня литр самого дорогого бензина стоит дешевле, чем литр воды в любом киоске.

    В.ПОЗНЕР: Это я понимаю. Я даже читал, и, в общем, это довольно остроумное возражение, потому что сделать даже литр водки – это гораздо меньше усилий, чем произвести литр нефти, литр бензина. Это я понимаю. Но ведь такое впечатление, что стоимость этого литра бензина практически не зависит от того, падают или растут цены на нефть. Нету, не корреспондируется. Мы не видим на бензозаправках, что есть какое-то соответствие.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, есть. И в прошлом году цены падали, особенно в конце осени, на дизельное топливо, на бензин. То есть есть корреляция. Но просто мы наблюдаем то, что последние 5 лет цены постоянно идут вверх. Цены на нефть, сырую, постоянно идут вверх. И, конечно, цена бензина не поспевает за ценой нефти. Но я хочу сказать о другом. Если мы хотим иметь дешевый бензин, тогда нам надо сделать второй шаг: закрыть границы.

    В.ПОЗНЕР: Почему?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Потому что мы в любом разе не удержим наш рынок, потому что он уйдет на сопредельные территории.

    В.ПОЗНЕР: Почему?

    В.АЛЕКПЕРОВ: А потому что сегодня, если там в два раза дороже, конечно, люди повезут туда и там будут продавать. Нам надо в любом разе балансировать. На территории РФ в два раза ниже мировых цен продается только два товара – нефть и газ. То есть бензин и газ – в два раза ниже. Все остальное – мировая цена. И одежда, и продукты питания, и металлургия, и оборудование – практически все продается на уровне мировых цен. Объявляя тендер на территории России, мы объявляем международный – нам предложения идут и с российских компаний, и с других. Это наша миссия – мы ее выполняли и выполним. То есть цена топлива на российском рынке будет всегда ниже, чем у наших соседей. Но сегодня цена топлива зависит и от налоговой позиции, которую занимает государство. Здесь должно быть обоюдостороннее движение. Цена топлива зависит и от цены электроэнергии, которой потребляется огромное количество. Это все взаимосвязанный механизм. Самое неблагодарное дело – это ручное управление. Поэтому сегодня необходимо, чтобы рыночные механизмы выравнивали и цену на бензин, и заработную плату наших работников, и пенсионное обеспечение наших пенсионеров. Вот этот баланс должен наступить.

    В.ПОЗНЕР: Как человек, возглавляющий крупнейшую частную нефтяную компанию, вы считаете, что налоговая политика государства в отношении нефтяных компаний правильная?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я считаю, что она не гибкая. Она правильная, но не гибкая. Мы предлагаем, чтобы акцизная политика была привязана к мировым ценам. Как выше цена на нефть, государство зарабатывает на экспорте нефти, значит, снижаются акцизные поступления. Цена нефти падает, на экспорте государство зарабатывает меньше, значит, акцизные поступления должны увеличиваться. Вот эта гибкая политика не даст возможности скачкам цены на бензин реагировать. Это даст возможность нашим гражданам иметь стабильную цену, которая могла бы их застраховать от этих всплесков на нефть, которые могут быть в том числе и с иранскими событиями.

    В.ПОЗНЕР: Да, кстати говоря, иранские события. Если будут бомбить Иран, если нанесут удар по Ирану (я допускаю, что это может быть), это как-то скажется на ценах?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я думаю, что в сегодняшней цене (124-125 долларов) эти риски уже присутствуют. Если будут, то небольшие пики. Эти риски уже заложены потенциально.

    В.ПОЗНЕР: Вхождение в ВТО как-то будет влиять на цены на нефть?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я думаю, что нет. Наша отрасль абсолютно не связана с ВТО. Мы только надеемся на одно – что машиностроительная продукция будет более доступна нам по справедливым ценам.

    В.ПОЗНЕР: Последний вопрос, пожалуй, который я успею сейчас. Он из неприятных, но вынужден вас все равно об этом спросить. Вы помните этот тяжелый случай, который был на Ленинском проспекте, авария, в которой участвовал ваш заместитель, при которой погибли две женщины, которые были на “ситроене”. И было очень много по этому поводу разговоров, судов, свидетельств и прочее, прочее. И ГИБДД определила, что виновата была погибшая женщина. Дело закрыли, потому что сказали, что не может быть дела, когда обвиняемого человека нет в живых. Потом Конституционный суд отменил это решение, сказав, что смерть обвиняемого не означает прекращения дела. Ну это все ладно. Я не хочу вдаваться в эти подробности, но факт тот, что ваш заместитель как-то высказался… Его спросили: “Вам не кажется, что вам надо уйти в отставку? Вы все-таки нанесли компании некоторый вред своим поведением и тем, что вы говорите”. На что он ответил, что если так, то должны были бы уйти в отставку очень многие, потому что аварии и тут бывают, и там бывают, и так далее, и поэтому нет совершенно и прочее. В течение всего этого, в общем, невероятного дела ваш голос вообще не был слышен, вы вообще ничего не сказали. Вы мне можете объяснить почему? И вообще, какое ваше отношение к этому?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я высказал свое мнение, Владимир Владимирович. Я считаю, что это трагический случай. И мы сопереживаем семьям погибших. Мы сделали со своей стороны все, чтобы девочка ни в чем не нуждалась. Но я считаю несправедливым, если человек на заднем сиденье едет на работу, а его обвиняют в том, что он за рулем был, что он убийца. Ну какой человек ездит на работу рано утром за рулем на персональной машине?

    В.ПОЗНЕР: Ну, бывают.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Это исключение из правил. Человек, который спал на заднем сиденье, в чем его вина? Вина водителя. И мы сделали все со своей стороны, чтобы процессы расследования были прозрачные. Мы дали все материалы, мы представили всю информацию, которую требовали компетентные органы. Но подменять компетентные органы и вершить закон над человеком я не вправе как руководитель. Почему? Потому что он находился на заднем сиденье. Следствие выявило, что он был невиновен. Хотя я еще раз, что это трагический случай. Этот случай, действительно, мог случиться со всеми.

    В.ПОЗНЕР: То есть вы разделяете точку зрения своего заместителя, что ему, собственно, подавать в отставку не следует?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я считаю, что подавать в отставку за то, что он на заднем сиденье дремал, следуя на работу, – это не случай для того, чтобы его в отставку отправлять. А вот то, что он лично и его друзья сделали фонд, который сегодня обеспечивает материально, до 2023 года эта девочка будет обеспечена финансовыми источниками для того, чтобы вести нормальный образ жизни, и при совершеннолетии она получит крупную сумму для того, чтобы можно было строить свою судьбу, – это его обязанность была.

    В.ПОЗНЕР: Именно его? Это не “ЛУКойл” участвовала?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Это его, это он, частный человек. Его друзья, в том числе и я, дали в этот фонд деньги. Да, мы понимаем, что косвенно водитель машины, которая принадлежит нашей компании, совершил это ДТП, хотя он не был виновным.

    В.ПОЗНЕР: Перед тем как предоставить слово Марселю Прусту, я хочу вам задать вопрос. Есть что-то такое, что вы хотели сказать, но не смогли?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, Владимир Владимирович, я с вами был откровенен.

    В.ПОЗНЕР: Что-нибудь, может, мы забыли? Может быть?.. Нет?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Нет, нет. Всё.

    В.ПОЗНЕР: Хорошо. Тогда Марсель Пруст. Первый вопрос. Из того, что принадлежит вам, вы более всего чем дорожите?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я более всего дорожу отношениями в моей семье.

    В.ПОЗНЕР: Какое ваше любимое занятие?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Это работа.

    В.ПОЗНЕР: Кстати, сколько часов вы работаете в день?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Я в свое время, когда приехал в Западную Сибирь, определил восьмичасовой рабочий день: с восьми утра до восьми вечера.

    В.ПОЗНЕР: Какое ваше любимое женское имя?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Лариса.

    В.ПОЗНЕР: А мужское?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Мужское – Юсуф. У меня отца звали Юсуф.

    В.ПОЗНЕР: Чего вы больше всего боитесь в жизни?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Опозориться в той или иной степени.

    В.ПОЗНЕР: Какую черту вы более всего не любите в себе?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Мягкость, наверное.

    В.ПОЗНЕР: Какое качество вы более всего цените в женщине?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Порядочность.

    В.ПОЗНЕР: А в мужчине?

    В.АЛЕКПЕРОВ: В мужчине это профессионализм.

    В.ПОЗНЕР: Когда и где вы были более всего счастливы?

    В.АЛЕКПЕРОВ: В Западной Сибири.

    В.ПОЗНЕР: Оказавшись перед Богом, что вы ему скажете?

    В.АЛЕКПЕРОВ: Чтобы ничего не менял в моей жизни.

    В.ПОЗНЕР: Это был Вагит Алекперов. Спасибо большое.

    В.АЛЕКПЕРОВ: Спасибо.

    »crosslinked«




    К записи "16 апреля 2012 года в программе «Познер» Вагит Алекперов" 28 комментариев

    Какой симпатичный мужчина, будет в гостях у Познера! Какие честные глаза! Надеюсь, он не собирается нам рассказывать о том, что все нажитое им состояние, было заработано честным трудом?

    Ну уж явно не пиво рюкзаками таскал, когда начальный капитал создавал.Интересно, его тоже америкосы на интервью к Познеру пойти заставили?И как он выкрутится, когда Познер его о политике в России спрашивать будет?

    Только что посмотрела программу. Что могу сказать по данному поводу? Да ничего!!! Небольшая кучка растащила государственные недра,ну и что! Произошел захват страны, мафия оплела паутиной все ветви власти, снизу до верху, ну и что! Я считаю, правильно! С таким-то народом, грех не грабить.Молодец, Вагит Алекперов! А как он Путина собственником назвал, ну просто здорово! Все правильно, он собственник этого государства, а точнее ее хозяин. Пусть дальше грабят этот несчастный, нищий народ, он заслуживает. Теперь остается все с бюджета снять, и не тяготить себя нуждами народа, пусть сам карабкается, русский Ванька-дурак. Государству зачем утруждаться? Пусть русский Ванька горбатится на двух-трех работах,выживет-нам благодарен будет, а не сможет иметь доход выше минимального размера оплаты труда,пусть подыхает. Нам-то, государству, какая печаль? А народ молчит, значит нравится в неудобной позе, простите, стоять. Поэтому, считаю что русской мафии захватившей власть, нужно дальше выводить активы крупных компаний за рубеж, это более выгодно, чем на благо русского народа трудиться. Все “в оффшоры”, Господа, все “в оффшоры”! Правильно, Молодцы!

    Очень «специфическое» интервью.

    Гость программы сам пригласил себя.

    Весь разговор был на одну тему, поэтому программа для многих скучная, так как мало кого касается. Полагаю, что В. Познер мог бы подобрать и более интересные (острые) вопросы.

    В. Алекперов очень достойно выглядел отвечая на вопросы, а вот господин Познер по-моему побаивался гостя.

    Единственное – это хотелось бы увидит в деле те социальные фонда, про которые говорил В. Алекперов. Хорошо бы если все руководители компаний понимали значимость таких фондов и реально их поддерживали.

    А в общем программа вышла «тусклая» и не вызовет особой реакции, даже заключительные слова ведущего сегодня как никогда «ровные».

    Уважаемый, Скол. Подскажите, пожалуйста, мне не грамотной, какие социальные фонды? И как они могут помочь, к примеру, тем-же многодетным семьям, с низким доходом, и пенсионерам, которые на сегодняшний день имеют позорно низкие пенсии?

    Оксана!

    Вы это у меня спрашиваете?

    Странно, я в своем комментарии задал аналогичный вопрос: «Хотелось бы увидеть в деле те социальные фонда, про которые говорил В. Алекперов».

    Конечно, попытаюсь Вам ответить, раз уж Вы спросили.

    «Как социальные фонды могут помощь многодетным семьям?» – это достаточно трудный вопрос.

    Надо понимать, что если просто давать деньги это может вызвать ответную реакцию – станет много малоимущих многодетных семей, которые ничего не будут делать (в лучшем случае) рассчитывая на помощь государства. Поэтому помощь должна быть адресная и на конкретные цели. Например: у семьи маленькая квартира в которой тесно, в этом случае государство может предложить (как впрочем, сейчас и делается) земельный участок строительства нормальный дом. Или семья имеет земельный участок, но дом на нем старый, в этом случае государство может помочь, предоставив строительный материал для постройки нового дома. Надеюсь понятно.

    Что касается пенсий.

    Здесь я с Вами согласиться не могу. Конечно, я не знаю, какая пенсия у тех, кого Вы имели ввиду и цены в Вашем регионе, но я вижу, что большинство пенсионеров, которых я знаю (?), со своей «позорно низкой пенсией» (как сказали Вы) умудряются материально помогать своим детям, внукам и правнукам.

    По поводу «процветающих мест, где вместо роскошных лесов, стоит теперь грузная техника, которая уничтожает все живое и прекрасное». Вы наверно думаете это инопланетяне прилетают и уничтожают Ваши леса и вливают водку в жителей деревень. Легче всего сидеть на печи ничего не делать, а только кричать во все стороны, что всё развалили, не те законы, во власти одно мошенники и т.д.. Я правильно Вас понял?

    Ещё по поводу пенсий.

    Как я полагаю, в первую очередь не государство должно заботится о пенсионерах, а их дети (в некоторых странных вообще нет пенсии, а люди хорошо живут). То, что происходит сейчас в СМИ, все эти религии и др., направлено на изъятие человека из семьи и это очень плохо.

    А вот тут Вы совершенно неправы. Я явлюсь защитником Лесного массива. Совсем недавно по указанию властей началась массовая вырубка тайги. Мы, небольшая группа граждан, вышли на защиту природоохранной зоны. Совместными усилиями, нам удалось защитить небольшое количество леса, но общий ландшафт сильно попортили. Вопрос по массовой вырубке так до конца и не решился, возможно рубку возобновят. Чтобы этого не повторилось, нужно вносить существенные поправки в “драконовский” Лесной кодекс, принятый “карманной” думой. Если этого не произойдет, вдоль всей Матушки России будут стоять ПНИ, а что не вырубят, то сожгут до тла. Вот такой БЕСПРЕДЕЛ!!!!!!! Теперь, что касается пенсий и соцвыплат. Конечно, Вы правы, могут воспользоваться мошенники,но я считаю что мошенничество может возникнуть со стороны местных чиновников. По поводу стран не выплачивающих пенсий, Вы имеете в виду коммунистический Китай, но в Китае очень многодетные семьи. Но то, что дети должны обеспечивать своих родителей, вот тут я с Вами полностью согласна, но это вопрос нравственный. Что касается выплаты пенсий со стороны государства, хочу сказать следующее. Человек должен трудится на благо государства, а не на себя. Трудится только для себя,это паразитическое, потребительское отношение к государству и к обществу. Любое частное лицо работает на государство, выплачивая последнему налоги, и не только налоги. Частники, например, кормят народ продуктами, золотари добывают золото и т.д. Я, например, по специальности бухгалтер,скажу Вам ведение хозяйственной деятельности организации, тоже является работой на государство. А государство, в свою очередь выплачивает нам денежное довольствие, в виде зарплат и отпусков, чтобы мы могли дальше работать, не умерев с голоду. Когда человек заканчивает свою трудовую деятельность,проработав, к примеру всю жизнь на заводе, государство компенсирует ему износ, в виде пенсии. Это явление есть во всех крупных, развитых, цивилизованных и демократических странах. Демократия, есть ответственность государства. перед своим народом. Выплата пенсий обязанность, в первую очередь, государства перед народом, который на него работал. А выплата пенсий детьми идея утопическая, как коммунизм. Демография в России на спаде, детей рожать не хотят, очень много одиноких людей. У меня, например, детей нет,мужа тоже нет. Мне кто пенсию выплачивать будет, когда я стану старенькой? Я что, с сумой по России пойду? Только, прошу Вас, не надо мне писать про “накопительный бред”, я в это посмешище никогда не поверю. Прекращение выплаты пенсий, приведет Россию к катастрофе и кровавой революции так , как Россия далеко не благополучная страна, увы!

    Оксана, извините!

    По поводу печи, я говорил не о Вас конкретно, а в целом о нас.

    «Человек должен трудится на благо государства» – это не государство, а рабство.

    Человек должен трудиться на благо своей семьи, а государство должно этому способствовать.

    «Выплата пенсий обязанность, в первую очередь, государства перед народом, который на него работал. А выплата пенсий детьми идея утопическая, как коммунизм» – если человек не в состоянии самостоятельно дойти до магазина, то зачем ему деньги. В первую очередь должна быть забота близких, а не материальный достаток.

    «Демография в России на спаде, детей рожать не хотят, очень много одиноких людей» – это и есть основная проблема России. Именно её следует решать в первую очередь.

    Уважаемый, Скол? Мою “проблему” не нужно решать, я замуж не хочу, детей не хочу! Кто может меня заставить? Мы все, обязаны трудиться для того, чтобы наша Россия процветала. Если мы будем работать только на благо своего живота, это называется-паразитизм!!! Кстати, в Китае пенсию получают все члены компартии, а также в Китае постепенно решается вопрос по переходу страны на пенсионное обеспечение. Правда, это происходит очень медленно, но тем не менее, Китай уверенно двигается вперед. А мы? Семимильными шагами скачем назад! Насколько я знаю,и сейчас можно отказаться от выплаты пенсии, если есть много детей,например, которые могут обеспечить старость своих родителей. Никаких препятствий для этого нет, пожалуйста. Не думаю, что Вам кто-то помешает. Это Ваше личное дело.

    Уважаемый, Скол! Мне также хотелось добавить по поводу выплаты пенсий детьми, тем у кого есть дети. Конечно, эта идея имеет право на реализацию со стороны государства. Но, для этого работоспособный человек должен быть защищен законом, от макушки до пят. Зарплаты должны быть высокими, позорный МРОТ нужно отменить, дать возможность получать бесплатное средне-специальное и высшее образование. У каждого человека должно быть беспрепятственное продвижение по служебной лестнице, если он того желает. “Пристройку” на достойные рабочие места родных, близких и знакомых по “блату” нужно прекратить полностью. Ну и соответственно, расширить перечень профессий с достойными зарплатами. Для этого нужно провести огромную работу по изменению действующего законодательства. Вот только тогда народ будет рожать детей, а демография пойдет вверх. Одной бумажкой “материнский капитал” проблему не решить.

    «Мою “проблему” не нужно решать, я замуж не хочу, детей не хочу! Кто может меня заставить?» – Оксана, это не Ваша личная проблема, а проблема нашей страны – России.

    Я не сторонник Вашей позиции и осуждать вас не буду – это Ваш выбор. Но вот вопрос: Зачем мы живём? «Чтобы наша Россия процветала…» – и что это будет за великая России без людей?

    «Если мы будем работать только на благо своего живота, это называется-паразитизм!!!…» – такое ощущение, что Вы не читали мой предыдущий комментарий: «Человек должен трудиться на благо своей семьи, а государство должно этому способствовать».

    И по поводу пенсии Вы опять не туда. Повторю то, что писал: «Если человек не в состоянии самостоятельно дойти до магазина, то зачем ему деньги. В первую очередь должна быть забота близких, а не материальный достаток…».

    Ха, Скол, Вы юморист! Почему бы всем гражданам России не отказаться от денег вовсе. Зачем они нужны? Пусть будет забота близких, зачем достаток? А если серьезно, я коротко скажу Вам о своей бабушке. Она была труженицей Тыла в годы войны, и после войны долго работала на кухне, кормила людей. Работа и жизнь ее была очень тяжелая. Она говорила:”Я свою пенсию честно заработала!” Мы очень ее любили, но она была женщина гордая, и не хотела зависеть от близких, хотя жили мы вместе, и основным кормильцем нашей маленькой семьи была моя мама. Но, бабушка твердо считала, что она старушка независимая. Это я о том, что русские люди отличаются от других народов тем, что не измеряют родство зеленой бумажкой. Русский народ глубоко духовный, мы друг другу готовы отдать все так, без требований. Помогать друг другу, и заботится друг о друге-это вопрос нравственности и воспитания внутри семьи. Выплата пенсий государством-это совсем другое. У каждого гражданина есть обязанности перед государством и права. И у государства есть права, и обязанности перед своим народом. Выплата пенсий-это обязанность государства. Повторюсь,пенсии выплачиваются во всех крупных, цивилизованных и демократических государствах. Россия, по крайней мере по Конституции,пока таковой является. Хотелось бы верить, что в дальнейшем наше государство со своего пути не свернет.

    Добрый вечер! Смотрю(простой обыватель), В,В, Вас понимаю зачем ВЫ это сделали. Остальное “СН” СЛОВ НЕТ!!!!!!!! ОНИ НЕ ПОЙМУТ, НО ДЕЛАТЬ ЧТО-ТО НАДО. ОТ ТАКИХ ПРОГРАММ Я ПРОСЫПАЮСЬ……

    Да он настолько классный (сори, я про Алекперова), Вы ему задаете вопросы, которые к нему никак не могут относиться…Почему Вы не спросили, хотя бы на счет тех ученых, которых практически в стране не осталось, а он их поддерживал со страшных 90-х, да я ему на столько благодарен, что честно, слушая Путина, Медведева, да вообще не могу ничего сказать. Что они сделали для моего отца? Отменили бесплатные лекарства? Сделали так, что государство платит не проффесионалам, а торговцам, которые продают то, что нужно стране! Ведь я это все видел. И про Ходора Вы у него спросили? Вы прекрасно все про него – Ходорковского знаете…Это надо быть полным идиотом, что б это сказать Президенту, да я б сам его… А вот только он один – могу его назвать, только, как его называл мой отец – а что думает “товарищь Аликперов”?, дал не только отцу возможность работать, но и дал возможность обеспечивать его семью и меня в т.ч. Да это вообще смешно, Академик, лаурят 3-х премий (Гос.СССР, Гос. УССР, и Ленинского комсомола, который принимал участие в наших ракетных запусках и как он рассказывал – сына, помнишь, что спусканмый аппарат спустился по не правильной траектории, так это мы рассчитали (не он один) – зато они все живы(космонавты). Это мы – Советские математики сделали…Что бесит, что я его похоронил на Украине, где похоронена его мать и отец, а оказывается он не нужен никому – ни России, не Украине. А в чем его вина? В чем вина моя, что я родился в Киеве? Ведь это Вы страну делали, а теперь кто изгои?

    Я несколько не ожидала вместо программы «Познер», шедшей в 23.30. увидеть «Вечернего Урганта». Как-то поздно слишком «Познер» теперь идет, надеюсь, это временное явление. Правда, я – сова, а не жаворонок, и не сплю до двух часов ночи. «Яйца со смыслом!» – забавно, конечно. Вот, к чему так долго готовился Владимир Познер к битью яиц. А мне в пятницу 13-ого апреля подарил кулич один незнакомец, мы с ним разговорились, и этот человек в летах, решил меня поздравить по доброте душевной, неудобно было отказаться. В общем, премилые у нас люди. Настроение на пасху поднялось!
    Мне ближе юмор Александра Васильевича Маслякова и писателя Татьяны Толстой, нежели Ивана Урганта. Увидела Толстую с другой стороны, она чаще серьезная в своих передачах, она раньше на канале «Культура» вела передачу и в других передачах выступала. В паре с Масляковым в «Минуте славы» она мне тоже понравилась, столько о разных странах рассказала и чувство юмора хорошее. Она такая – простая русская маня, как я ее зову, что видит, то и говорит, прямолинейная, дама с характером. Приходила к Вам в передачу «Познер».
    Касательно этого человека из Норвегии, расстрелявшего людей, это, конечно, зверство, я часто в новостях слышу о выстрелах в школах, Университетах, в магазинах и т.д. Все время один рассказ Чехова вспоминаю, где он писал об оружии, почему-то вспомнила, как муж жену решил убить за измену, застрелить. У меня был такой период, когда и мне хотелось кого-то застрелись в порыве гнева, не знаю, если бы мне было доступно оружие в тот период моей жизни, может, я бы и нажала на курок, я прошла через то же, что и актриса Алла Демидова, но в более острой форме этого. И я отнюдь не знаю, как бы я поступила, если бы мне в руки в тот период жизни дали оружие, хотя это скорее в целях самозащиты, вряд ли бы я без причины начала стрелять, но, когда вас с последнего этажа пытаются сбросить, все смеются или плюют Вам в волосы. Или ваша мама больна, по больницам лежит, а Вам 15 лет, а о Вас всякие грязные слухи распространяют по всему двору, ей наговаривают на Вас, а ей нельзя волноваться, она может умереть и когда все кругом знают правду, а молчат. И всячески над вами издеваются, я бы, будь у меня оружие, либо их бы всех стала расстреливать, видя эти насмешки, и когда в круг собрались и говорят, что Вас будут избивать, а помощи ждать неоткуда и никто не вмешивается, и доказать ничего нельзя, бежать некуда. Я бы, наверное, выстрелила, либо в себя, либо в них, но, скорее всего – в себя, что я теперь знаю точно. Но это не случай с норвежцем – это другое дело. Да, в людях очень много жестокости и от возраста это не зависит, я тогда жалела, что у меня отца не было, кто знает, может, он бы меня защитил.

    «Пережитый страх (ребята вдруг ни с того ни с сего схватили ее за руки и за ноги и начали раскачивать над водой, угрожая бросить в реку) — вспоминает актриса Демидова Алла Сергеевна, — даже не страх, а ужас навсегда врезался в память. На всю жизнь осталось тягостное недоумение: откуда в людях столько жестокости, почему? Со временем я узнала, что не одну меня мучает этот вопрос».

    С уважением, Наталья (г. Москва, 27 лет)

    Уважаемая, Наталья! Я с интересом читала все Ваши комментарии, и читая Ваши рассуждения, все время задаю себе ряд вопросов. Скажите пожалуйста, а Вы когда-нибудь бывали в Сибири? Я имею ввиду не сибирские города, а поселки и деревни, вообщем окраины нашей страны. Вы видели когда-нибудь умирающие русские, некогда процветающие места, где вместо роскошных лесов, стоит теперь грузная техника, которая уничтожает все живое и прекрасное, а где техника уже прошла, валяются никому не нужные обрубки, которые очень скоро превращаются в залежи сухих “дров”, от которых каждый год возникают пожары? А Вы видели наш, когда-то, хорошо живущий народ? Если раньше на всю деревню были два-три алкоголика, то теперь, тех не пьющих людей можно пересчитать на пальцах? А Вы видели деревенское кладбище? Оно же совсем помолодело. Не кажется ли Вам, что за ширмой благополучия, скрывается полное разрушение страны, и уничтожение России и русского народа?

    Я не была в Сибири, но жизнь русской деревни знаю не понаслышке. И в благополучной Москве немало нищих, и работу тоже трудно найти. А разрыв между богатыми и бедными, конечно, велик очень. Мой дедушка тоже начал пить, когда потерял работу, началась перестройка. А это Москва. Я помню, как мы боялись выйти на улицу, выстрелы в моем дворе раздавались. У нас не поддерживают российское производство или поддерживают, но мало, бесхозяйственность. Не знаю, лежит ли в основе благополучия преступление, о чем говорил Владимир Познер, но я не сталкивалась со случаями, когда в основе благополучия не лежало бы что-то иное, кроме воровства. Как-то в России вижу иное, может, я ошибаюсь, такие люди есть, но, наверное, их мало. Владимир Познер утверждает, что он честно заработал свое состояние, и как его книга «Прощание с иллюзиями» на «ура» пошла в США. Дескать, мы не умеем деньги хорошие зарабатывать, а он умеет. Это хорошо, что он умеет, а уж как, другой вопрос, я этого не знаю, при этом не присутствовала. Все-таки В. Познер не с нуля начал. И у него была другая ступенька, равными мы не рождаемся, как известно. Все-таки у него есть ресторан, наверное, иные источники дохода, в бизнесе понимает, языки знает, образование у него хорошее, предпринимательская жилка есть.

    Наталья, Вы правы по поводу событий в Москве, ведь тогда был передел, государственные недра рвали на куски, и все остальное гос имущество, конечно же были перестрелки, помню по обзору новостей. А вот нас, живущих в глубинке, это не коснулось. Мы жили спокойно, можно сказать хорошо, на работу с дипломом все-равно можно было устроиться. Для нас бепредел начался с приходом нулевых, а точнее с 2004года, когда в Госдуме законы стала принимать одна партия. Жить хорошо стали только чиновники, которые натолкали на рабочие места своих родных и знакомых, не имеющих специального образования. Работать никто не желает, одни конкурсы проводят и аукционы, а край живет все хуже, и хуже. Законы принимаются антинародные,это бьет по карману средний класс,а о малоимущих семьях, и говорить нечего. То, что в последнее время вытворяют с природой, вообще не в какие ворота не лезет. А общеобразовательные школы, в сельской местности, превратили в штамповку рабов,дети стали получать лишь поверхностное образование. Со вступлением в силу Закона №83-ФЗ, совсем будет плохо. В селе, большинство людей не смогут оплачивать ни лечение, ни образование. Если дело пойдет так и дальше, деревня совсем умрет. На одной нефтяной игле долго не протянуть, может детям и внукам хватит, а дальше? Не знаю, может быть власти, наконец-то, начнут что-то менять, и приводить в порядок законодательство, которое было “на стряпано” в последнее время.Но, например, я с трудом в это верю.

    Эхх… По заточке Алекперова всё написано кто естя кто у вас в вашей Раше, кто такой В.В.П. Сцуко, его пешни ни разу не маргнули, за вс

    Посмеялся от души. Вы вообще россеяни вкурсе, что существует настоящее топливо, такое, как в Норвегии, о цене которого говорил ваш Алекперов?

    Посмеялся от души. Вы вообще россеяни вкурсе, что существует настоящее топливо, такое как в Норвегии, о цене которого говорил ваш Алекперов? Еду с полными баками, и не дай бог заправиться у вас там. Dizel.

    Да, кстати, что-то общее между ними есть. Между *П* и *ВУ*, кроме эфирного времени, само собой.

    ->Наталья (г. Москва, 27 лет) А Вам, милочка, лечиться надо. Нет?..

    Интересны люди, согласившиеся придти. Хотя… Кто на что согласился, вот в чём вопрос.

    А со своим *послесловием* ехали бы Вы обратно в штаты, Вл.Вл.

    Уважаемый, Владимир Владимирович! Вы, как всегда, абсолютно правы. Я тоже, не сторонница жестокости и жестких мер. Но если, перед обществом ставится вопрос о том, что лучше – смертная казнь, или пожизненное заключение, то я выбираю меньшее из двух зол. Догадываюсь и верю Вам, что маленькая Норвегия – прекрасная страна. Вот только России до демократии, простите, как всем нам “пешком до Японии…!”.

    Гость, похоже, не сам себя пригласил( с чего бы он столько лет отказывался), а был направлен высокопоставленным Другом. Видимо мы теперь будем чаще его видеть. Народ должен свыкнуться и полюбить(стокгольмский синдром) своих “героев”. Основная мысль: олигархи готовы поделиться с народом, правда взамен хотят получить еще больше. Ни слова о том, что в стране беззакония деньги пугают не менее чем их отсутствие. Не думаю что Владимиру Владимировичу самому был интересен этот гость в данный момент.

    А гость ему и не был интересен. По-моему, Владимир Владимирович, не умеeт скрывать своих чувств.

    Простите, за опечатку в слове “умеет”.

    Послушать Аликперова, так они еще только собираются вкладывать миллиарды, вывезенные из страны, в нашу экономику, поднимать сельское хозяйство, создавать рабочие места и т.д. Так надоела эта пустая болтовня. Очаровательная улыбка, а глаза такие стальные и хитрые. Оказывается, им мало того, что они приватизировали подземные недра, им подавай еще всю оставшуюся государственную собственность. Вот только все, что лежит под землей, принадлежит всему народу. И у этого несчастного народа с 1-го июля 2012 года отберут последнее – право бесплатно учиться и лечиться. Я правильно поняла, что господин Аликперов, представитель крупного бизнеса. У нас в стране крупный бизнес сросся с властью, а это уже МАФИЯ!

    Сдается,этот Гость видит всех жителей России в будущем, работающих только на нефтяных предприятиях… Странный Гость…Узко направленные ответы и полное непонимание вопросов…Или…понимание, но такой вот “уход” от них…. Зачем тогда на диалог напросился? Не власть ли порекомендовала?
    А В.В. как всегда тактичен, прозрачен для “зрителя думающего” и профессионален! Аплодисменты!