Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив




  • Управление
  • 11 августа 2011

    Эхо Москвы. Особое мнение (Владимир Познер).09.09.2008

    Рубрика: Новости.


    С. БУНТМАН – Добрый вечер. В «Особом мнении» Владимир Познер. Добрый вечер, Владимир Владимирович.

    В. ПОЗНЕР – Добрый вечер. А вас как по отчеству?

    С. БУНТМАН – Александрович.

    В. ПОЗНЕР – Сергей Александрович, добрый вечер.

    С. БУНТМАН – Владимир Владимирович, цеховую новость сначала прокомментируйте. Отказ программы «Время» от участия в ТЭФИ.

    В. ПОЗНЕР – На самом деле надо было, наверное, более подробно поговорить об этом с К. Л. Эрнстом. Он принял это решение, которое затем озвучил Кирилл Клейменов, возглавляющий ДИП – Департамент информации и печати. Я понимаю это так, поскольку ни РТР, ни НТВ не участвуют своими информационными программами, то очевидно, Первый канал счел, что некорректно в отсутствие других федеральных каналов соревноваться с каналами региональными. Я так думаю. Может быть, еще и была вторая мысль, что, а вдруг выиграет региональный канал и тогда совсем программа «Время» проигрывает.

    С. БУНТМАН – То есть можно проиграть и «Вестям»…

    В. ПОЗНЕР – «Вестям» ладно или программе «Сегодня», но информационные программы, я говорю как человек, который много ездит по России и много видел этих программ. Я уверяю, что есть очень крепкие информационные программы, которые, на мой взгляд, получше, не с точки зрения технического оснащения, но с точки зрения информационной программы новостной.

    С. БУНТМАН – То есть и содержание, и композиция и подача.

    В. ПОЗНЕР – Именно так. И поэтому я бы не удивился, если именно с участием не только программы «Время», но и всех федеральных каналов выиграла бы программа из Екатеринбурга или из Красноярска. Или из Томска. Это вполне ныне реально.

    С. БУНТМАН – И я не считаю, что это плохо.

    В. ПОЗНЕР – Это отлично. И так как сейчас, я перехожу на спорт, в хоккее уже не Москва постоянно, там Казань и так далее. И то же самое футбол. Это хорошо.

    С. БУНТМАН – «Рубин» лидирует казанский в футболе. Это очень правильно, потому что если сейчас выиграет региональная программа, всегда можно сказать: знаете ли, это в отсутствие лидеров. На безрыбье.

    В. ПОЗНЕР – Это немножко жалко.

    С. БУНТМАН – Но с другой стороны ситуация сама по себе щекотливая в целом. Потому что можно было бы сказать, программа «Время» участвует в отсутствие ВГТРК и НТВ идет на заведомую победу. Они и устроили отказ. Здесь какая-то ситуация не очень хорошая.

    В. ПОЗНЕР – Они не хорошая ни так, ни сяк.

    С. БУНТМАН – Все-таки в этих условиях ТЭФИ вам интересно?

    В. ПОЗНЕР – Послушайте, 457 номинантов. Больше, чем в прошлом году. То есть то, что для российского телевидения ТЭФИ остается премией номер один, вне всякого сомнения, это так. То, что сейчас определенные сложности есть и с РТР, и с «Газпром-медиа», который является хозяевами и НТВ и ТНТ, это так. То, что академия должна кое в чем перестроиться, я не сомневаюсь. Я думаю, что когда все это произойдет, а произойдет сразу после торжественного мероприятия, которое будет 25 сентября, после видоизменения академии вновь могут войти или, по крайней мере, стать активными членами академии и НТВ, и РТР, и все это без потери лица и на пользу телевидению в России. Вот это главное.

    С. БУНТМАН – Мне это напоминает немножко олимпийские игры 1976, 1980, 1984. То одни бойкотируют, то другие. Или хоккей, то Канада не участвует, то Чехия.

    В. ПОЗНЕР – Ничего хорошего. Я думаю, что люди, которые пекутся о телевидении в России, не о своем личном успехе или успехе их канала, я думаю, что они это понимают.

    С. БУНТМАН – Александр из Саратова спрашивает: что вы думаете о претензиях телеканалу 2х2?

    В. ПОЗНЕР – Очень странная вещь. Есть зрители, не все знают, практически Генпрокуратура сообщила на своем сайте, что подано на канал 2х2 за то, что показываемые мультипликации или анимационные фильмы способствуют экстремизму, насилию, порнографии и еще, еще…

    С. БУНТМАН – И все это «Южный парк»?

    В. ПОЗНЕР – Да, «Симпсоны», там несколько. Мой вопрос: кто за этим стоит. Какая организация инициировала это.

    С. БУНТМАН – Самое интересное, что это протестантские общины.

    В. ПОЗНЕР – Да мы не знаем точно. До сих пор не знаем, кто. Если протестантские общины, то, собственно говоря, а почему. Я, например, программу «Симпсоны» видел сто раз, там нет и намека на это.

    С. БУНТМАН – В следующий раз, у меня есть галстук, мне подарили, три галстука с разными видами Гомера Симпсона. Мой любимый герой.

    В. ПОЗНЕР – Там нет порнографии.

    С. БУНТМАН – Там все хорошо. Там обжорство есть. По-моему, очень важно…

    В. ПОЗНЕР – Это один из грехов.

    С. БУНТМАН – В общем, да, но оно показано с отрицательной стороны.

    В. ПОЗНЕР – Я не понимаю, что это такое. Я даже начинаю думать, может быть, они выполняют чье-то желание, чтобы отняли лицензию у 2х2, чтобы потом ее забрать. Не понимаю.

    С. БУНТМАН – Это все непонятно, тем более что 2х2 один из немногих каналов, которые устраивают четкую возрастную градацию своих программ. Вчера были договоренности чрезвычайно важные между Евросоюзом и Россией.

    В. ПОЗНЕР – Я бы сказал, исторические.

    С. БУНТМАН – Тогда объясните это слово, если это не просто так определение.

    В. ПОЗНЕР – Я имею в виду следующее. Что уровень этих договоренностей и, на мой взгляд, успех этих договоренностей и явные, если вы умеете читать то, что по-английски называется «body language», то есть, как человек себя ведет, руки, лицо и так далее. Было видно, что у Саркози с Медведевым контакт. Что они друг друга понимают. Что, в общем, они друг другу симпатичны. И что, по крайней мере, я не видел встречи в Тбилиси, но что есть здравый смысл и готовность идти на определенные компромиссы ради достижения главной цели. Давно такого не было. И это анти-анти противостояние, куда-то ушло.

    С. БУНТМАН – Не совсем ушло.

    В. ПОЗНЕР – Совсем.

    С. БУНТМАН – Когда был пассаж у Медведева очень…

    В. ПОЗНЕР – Жесткий.

    С. БУНТМАН – Не только, лексически грубый.

    В. ПОЗНЕР – Я согласен.

    С. БУНТМАН – Этот пассаж пережидали партнеры по переговорам. И потом вернулись к теме.

    В. ПОЗНЕР – Вы знаете, кто первый ввел такую лексику в русский политический словарь?

    С. БУНТМАН – Кто?

    В. ПОЗНЕР – Владимир Ильич Ленин.

    С. БУНТМАН – А, со своими политическими проститутками.

    В. ПОЗНЕР – В частности, но не только. Именно тогда это было заложено, показано в лингвистике, специальных исследованиях, до Ленина подобных слов не употребляли. Это просто результат определенного развития. Но понимаете, по сути дела вопрос решен. Главный вопрос. Я не помню, с вами мы говорили или нет, когда я сказал, вот увидите, что Евросоюз будет присутствовать своими наблюдателями. Или вы или Матвей говорили…

    С. БУНТМАН – Мы с вами говорили об этом точно.

    В. ПОЗНЕР – Я сказал: будут. И вот, пожалуйста. Это значительная вещь.

    С. БУНТМАН – Она идет дальше решения самого саммита Евросоюза. И это отмечали все обозреватели европейцы, воздержались от предложения собственно миротворцев Евросоюза и наблюдателей. 200 человек. Это предложение было убрано. А после переговоров, хотя утром российская сторона сказала: никогда в жизни.

    В. ПОЗНЕР – А вот тебе, пожалуйста.

    С. БУНТМАН – Что касается компромисса. Я думаю, что ни у одного человека сложилось ощущение, что Россия уступала что-то. Россия уступила быстрый вывод, буферная зона исчезает как таковая.

    В. ПОЗНЕР – Евросоюз возникает.

    С. БУНТМАН – Договорились о предлогах наконец-то. История с французским текстом. Договорились о терминах. И пускают Евросоюз, нашли правда, очень серьезные компромиссные названия территориям разным. Чтобы не затрагивать другие вопросы. Что приносят в жертву, какой путь до этого компромисса прошел Евросоюз? И Саркози.

    В. ПОЗНЕР – На мой взгляд, то, что Россия твердо и неуклонно заявляет о том, что признание этих двух теперь государств незыблемо и никогда не изменится и там будут столько русских войск, сколько захотят, и с этим пришлось согласиться. Они, конечно, понимают, что никогда, плохое слово, в обозримом будущем эти территории не вернутся в Грузию. И с этим приходится мириться. Вот это, пожалуй, для них главное. Они остального всего добились. И, на мой взгляд, в самом тяжелом положении оказывается все-таки Грузия. Которая не только должна обладать абсолютной гарантией, что никакого военного вмешательства или попыток не будет, и потом они понимают, что они потеряли эти территории и что Евросоюз не является той силой, которая пытается это вернуть. Говорит слова, что мы считаем, что это Грузия, но они видят, что никакого серьезного давления на Россию не оказывается.

    С. БУНТМАН – Журналистка из замечательной газеты «Либерасьон», хулиганской, хорошей, бодрой газеты настаивала на том, вы сдали Абхазию и Южную Осетию, говорила она президенту Саркози.

    В. ПОЗНЕР – Да.

    С. БУНТМАН – Не отдавая микрофон, если вы видели.

    В. ПОЗНЕР – Да, я видел. И, кроме того, очень что интересно, что я давно не видел, чтобы Европа проявляла такую самостоятельность по отношению к Америке. Потому что американский подход к этому вопросу совершенно не тот, что европейский. Гораздо более жесткий, менее готовый к каким-то компромиссам, абсолютная поддержка Грузии, совершеннейшее осуждение России. И так далее.

    С. БУНТМАН – Владимир Владимирович, мне кажется, позиция именно в председательстве Саркози, вы говорили, что давно не было таких, но были месяц назад. Ведь план Медведев-Саркози он родился сразу после конфликта. Он конфликт в какой-то степени остановил.

    В. ПОЗНЕР – Я согласен.

    С. БУНТМАН – Интересная вещь, что сейчас Саркози добивался не каких-то запредельных вещей. А добивался, план принят, давайте договоримся, что мы его выполним до конца. Никакого плана «Б» не будет.

    В. ПОЗНЕР – Что и есть запредельная вещь.

    С. БУНТМАН – А вот это очень интересная вещь. Договорились, давайте выполним. Тогда пойдем дальше.

    В. ПОЗНЕР – Правильно.

    С. БУНТМАН – Это характерная черта его как политика.

    В. ПОЗНЕР – Это правда. Но я вот что думаю. Когда был этот план подписан, первые 6 пунктов и потом Саркози уехал, я про себя думал: американцы сейчас будут на него давить. Вот давили они или нет, я не знаю. Но результата никакого не было. Если бы план провалился, если бы сейчас они не договорились по ключевым вопросам, для Саркози и как президент Франции и как человек, возглавляющий сейчас Евросоюз…

    С. БУНТМАН – И просто как для политика.

    В. ПОЗНЕР – Это был бы тяжелый удар. А он выходит просто победителем. Он показал, что он активен, небезразличен, умен, умеет договариваться. В общем, я как человек, родившийся во Франции, ощущаю определенную гордость…

    С. БУНТМАН – Саркози идет, начиная с того момента, когда он договаривался с террористами, у него ни одного поражения не было.

    В. ПОЗНЕР – У него пока нет проколов, что в общем, здорово.

    С. БУНТМАН – Интересно. Что за чудо, спасибо Руслану из Уфы. Что за чудо произошло в отношениях между Арменией и Турцией. Очень внезапная ситуация. Еще чудо не произошло, но намек есть. Премьер-министр Турции был приглашен на матч Армения-Турция в Ереван.

    В. ПОЗНЕР – Как они сыграли, кстати?

    С. БУНТМАН – Как и ожидалось, армяне проиграли. Потому что Турция конечно сильнее. Несмотря на всю неуступчивость армян у себя на поле. Но показ на трибуне VIP-ложи президента Армении и премьер-министра Турции это не решает проблему ни геноцида, ни войск в Карабахе, чем Турция недовольна. Но все-таки это шаг.

    В. ПОЗНЕР – Это важный шаг. И для меня он говорит о том, что возможно Турция пересматривает свою позицию по поводу геноцида. В том смысле, что найдет возможным в какой-то форме признать, что было сделано что-то такое, что не красит…

    С. БУНТМАН – Может быть, по-другому назовет.

    В. ПОЗНЕР – Может быть.

    С. БУНТМАН – Что было массовое преступление.

    В. ПОЗНЕР – И, может быть, в ответ на это Армения чуть-чуть изменит свою позицию по Нагорному Карабаху. Это ж соседи. И Турция мощная страна. И она может быть очень полезной для Армении. И преодолеть эту вековую вражду 1915-16 годов, вещь важная. Так что мне кажется, что просто определенный здравый смысл возникает. Я как и вы, как журналист не склонен мечтать или воспринимать время каким-то розовым, но последнее время я вижу некоторые проявления именно здравого смысла. У всех, кроме как у американцев. Здесь здравого смысла уже нет совершенно просто. Непонятно, что. Но в скором времени эти люди уйдут и придут другие, это будет другая ситуация. Но и в Европе, и даже в Китае и здесь в этих вопросах начинает возникать какое-то ощущение, что люди хотят договориться. Могут договориться. Что умеют немножко управлять своими эмоциями. Не знаю, прав или нет, время покажет.

    С. БУНТМАН – Потому, Владимир Владимирович, чрезвычайно обидно, что произошел такой взрыв на Кавказе в августе.

    В. ПОЗНЕР – Конечно, обидно.

    С. БУНТМАН – Потому что эти потерянные 15 лет и даже больше, которые могли может быть перейдя, как сейчас турки, армяне через невероятное количество лет…

    В. ПОЗНЕР – Для этого нужно, чтобы было два лидера, которые хотят этого. В данном случае их не было. Был один. Второй явно этого не хотел. Вы как хотите, я не ура-патриот ни в какой мере, но, на мой взгляд, господин Саакашвили не хотел никаких договоренностей, это человек неуправляемый, это то, что называется по-английски «катающаяся по палубе пушка», неизвестно, куда выстрелит, как выстрелит.

    С. БУНТМАН – И что разобьет на пути. Но за эти 15 лет настоящей инициативы ни с одной стороны, их 4 стороны. Две зависимые были, и две самостоятельные. То есть Осетия, Абхазия достаточно зависимые. И зависимые прежде всего от России. На России больше ответственность просто в силу ее величины и значения.

    В. ПОЗНЕР – Не знаю. Не могу сказать, на чьей стороне больше ответственности. Мне кажется, что в годы Путина, все-таки Путин был более склонен к здравому смыслу, в подходе к этим вопросам, чем его визави.

    С. БУНТМАН – Не будем спорить, здесь нужны достаточно точные приборы.

    В. ПОЗНЕР – Я согласен.

    С. БУНТМАН – Еще один вопрос. Тоже о гадании на кофейной гуще и закрытых странах. Ким Чен Ир не появился на юбилее.

    В. ПОЗНЕР – Говорят, помер.

    С. БУНТМАН – Говорят, пять лет назад.

    В. ПОЗНЕР – Это японец один говорит. Меня бы не удивило.

    С. БУНТМАН – Да меня бы ничего не удивило.

    В. ПОЗНЕР – Это меня бы не удивило.

    С. БУНТМАН – Я бы вообще не удивился, что его вообще не было. А что был какой-то…

    В. ПОЗНЕР – То есть вообще никогда.

    С. БУНТМАН – Был Ким Ир Сен, а потом что-то. А потом нечто. Не понимаю. Сохранение абсолютно непонятных стран. Это такая удивительная вещь в нашу эпоху тоже.

    В. ПОЗНЕР – Это что-то из области Евгения Шварца, «Тень», не знаю. Очень странно, вполне возможно, что он умер. Что его нет уже 5 лет или три года.

    С. БУНТМАН – Хотя там тоже в определенное время, когда с какой силой, но намечались небольшие скачки через препятствия, через 38-ю параллель что-то намечалось. Но это было так зыбко всегда.

    В. ПОЗНЕР – Чрезвычайно.

    С. БУНТМАН – Очень зыбко. На «Эхо Москвы» сегодня будет «Клинч» о беженцах. Нужно ли добиваться любой ценой их возвращения. Или же стоит материально помочь, разместить их там, где они находятся сейчас. И несколько раз задавали нам вопрос: почему вы не говорите о беженцах. А о них вчера шла речь. И очень хорошо, что о них впервые за некоторое время пошла речь.

    В. ПОЗНЕР – Я считаю, что нужно занять гибкую позицию, которая заключается в следующем. Если беженцы хотят вернуться туда, откуда они бежали, имея в виду, наверное, Абхазию и Южную Осетию, нужно сделать все возможное, чтобы они вернулись и могли нормально жить. Коль скоро эти две страны сейчас, давайте не будем играть в прятки, сильно зависят от России, то Россия может настоять на том. Чтобы там предприняли все необходимые шаги, в том числе пропагандистские, по радио, телевидению, в газетах, выступлениях президентов и так далее, чтобы беженцы могли вернуться комфортно в свои дома. Если они того хотят.

    С. БУНТМАН – Владимир Владимирович, в силах ли Россия гарантировать им безопасность?

    В. ПОЗНЕР – Никто не в силах гарантировать. Но Россия может занять открытую, понятную для всех позицию. Что она это защищает. Если же есть люди, которые не хотят возвращаться, боятся, надо все сделать, чтобы помочь им устроиться там, где они есть. То есть не должно быть одно решение. Или это или это. Почему? Это люди. К людям нельзя так относиться.

    С. БУНТМАН – Россия не сумела и до сих пор не может, может быть правильно, что морозит, но застарелый конфликт на территории России. Который связан с пригородным районом. Ингушетия и Осетия. Который связан был с высылкой ингушей и до сих пор невозможно этого решить. Люди, которые хотят вернуться в свои дома, наоборот, люди, которые уже живут десятилетиями в этих местах почти не разрешимая проблема.

    В. ПОЗНЕР – Очень тяжелая.

    С. БУНТМАН – В Абхазии проблема застарелая. Менее застарелая…

    В. ПОЗНЕР – Не такая застарелая. Но там еще более застарелая.

    С. БУНТМАН – Но там лежит кровь.

    В. ПОЗНЕР – Я это понимаю.

    С. БУНТМАН – Не уверен, что Россия может гарантировать…

    В. ПОЗНЕР – Я уверен, что она не может гарантировать. Это надо четко и понятно сказать. Гарантировать мы не можем. Но мы понимаем желание людей вернуться, и мы поддерживаем вас. Мы будем оказывать материальную помощь. Мы будем работать с властями местными, разъясняя эту позицию, и ваше право вернуться домой. Мы это будем поддерживать. Гарантировать, что из-за угла кто-то не стукнет по башке, никто и нигде не может. Но свою позицию это важно морально и для Южной Осетии и для Абхазии заявить. Вот такова наша позиция.

    С. БУНТМАН – В случае с Абхазией это очень сильно меняют ситуацию и демографическую, и настроение в самой Абхазии, если вернутся беженцы.

    В. ПОЗНЕР – Во-первых, далеко не все вернутся. Давайте признаемся, что многие уже тоже, как вы говорите это застарелая вещь, кое-где они устроились, живут, они просто не хотят рисковать. А риск определенный есть. Так что это не то, что эти, сколько их беженцев, сотен тысяч, я не знаю, но чтобы они все там чохом вернулись, я в это абсолютно не верю.

    С. БУНТМАН – Что здесь самое главное для вас?

    В. ПОЗНЕР – Отношение к каждому отдельно взятому человеку. Я всегда говорю: Россия странным образом отличается тем, что «народ», это слово говорится с придыханием, народ, а вот отдельный человек это никто. Так вот, каждый отдельно взятый человек, вот к нему чтобы было отношение. Вот он вынужден был бежать из своего дома. Думайте о нем, а не вообще о народе.

    С. БУНТМАН – Но тут придется участвовать, во-первых, в том, что предложено вчера по дальнейшему плану урегулирования. В заседаниях участвовать вместе с гуманитарными организациями, столь ненавистными. С грузинскими властями.

    В. ПОЗНЕР – Придется, конечно. Более того, я понимаю, что то, что я скажу, вряд ли сделает меня чрезвычайно популярным, но я бы разъяснял России… Вот, кстати, извините, что я путаюсь, сегодня мне одна дама сказала: вот сегодня первый урок в нашей школе, в первом классе был урок толерантности. Объясняли детям, что грузины хорошие люди. Я говорю: ну и, слава богу. Так вот, я допускаю, что можно было обратиться к населению, сказать: кто хочет помочь, присылайте свои деньги на такой-то счет. Рубль, три рубля, пять рублей. Помогите этим людям. Они несчастные люди, с ними беда. Я уверен, что многие откликнулись бы. Хотя многие скажут: а почему вы не помогаете пенсионерам и так далее. Это бог с ними.

    С. БУНТМАН – Откликнулись же люди, когда осетинские беженцы, потерявшие дома. Но послать такой же сигнал, который бы касался и беженцев из грузинских сел из Южной Осетии, это было бы очень правильно.

    В. ПОЗНЕР – Еще бы.

    С. БУНТМАН – Не знаю, надо посмотреть. Я согласен с теми слушателями, которые говорят, что это нельзя забывать. Я считаю, что это главная тема дальнейшая.

    В. ПОЗНЕР – Согласен.

    С. БУНТМАН – Первая главная – прекращение огня, разведение войск, вторая – конечно, судьба людей. Об Украине я хотел поговорить. Ассоциация с Евросоюзом, предложение Украины, интенсивный процесс ассоциаций, и очень важная вещь. Начало до декабря этого года переговоров о безвизовом въезде в Европу граждан Украины. Следовательно, визовый въезд граждан России на Украину.

    В. ПОЗНЕР – Нет.

    С. БУНТМАН – Почему?

    В. ПОЗНЕР – А почему? Если у вас украинский паспорт, это означает, что вы можете выезжать из Украины куда хотите, если получится. Без визы. Если у вас русский паспорт, вы можете въезжать в Украину, ведь Украина не становится членом Евросоюза. Она не обязана подчиняться их законам. Русский человек может ехать на Украину, но из Украины без визы ехать дальше он не может. Ничего здесь такого нет.

    С. БУНТМАН – Конечно, если безвизовое сообщение сохраняет паспортный контроль на границах Украины со всеми европейскими государствами.

    В. ПОЗНЕР – Паспорт предъявляется в любом случае. Если вы летите, например, из Парижа в Берлин. Вы проходите паспортный контроль.

    С. БУНТМАН – Самолетный.

    В. ПОЗНЕР – В поезде будут проверять.

    С. БУНТМАН – Когда у вас последний раз проверяли между европейскими странами?

    В. ПОЗНЕР – Я так давно не ездил поездом. А на машине не проверяли. В самолете проверяют.

    С. БУНТМАН – Я сейчас скажу, когда у меня последний раз проверили паспорт в поезде между европейскими странами. В 1995 году.

    В. ПОЗНЕР – Значит, в поезде нет. Но если поезд едет из Украины, уверяю вас, что будут проверять.

    С. БУНТМАН – Все равно любое присоединение к безвизовому пространству предусматривает договорами укрепление внешних границ.

    В. ПОЗНЕР – Не знаю.

    С. БУНТМАН – Потому что это следующий ход.

    В. ПОЗНЕР – Если они входят в Шенген.

    С. БУНТМАН – Это следующий ход. А без визы общение это пока… Но сигнал…

    В. ПОЗНЕР – А скажите, это не попытка немножко поддержать Ющенко, у которого сейчас положение неприятное, я бы сказал.

    С. БУНТМАН – Все обращаются к Евросоюзу и Юлия Владимировна и Ющенко. А что вы считаете самое главное было бы сейчас в этом кризисе на Украине? Чего бы не было, а что должно было бы быть? В разрешении этого кризиса.

    В. ПОЗНЕР – Не знаю. Вот есть определенный ряд людей, имеют ответ на все. Я в отличие не имею ответа на все. Я не знаю, как решить внутриукраинский кризис.

    С. БУНТМАН – Понятно, что силового решения не должно быть.

    В. ПОЗНЕР – Но оно может быть. Это никогда не должно быть. Но я слишком слабо разбираюсь во внутриукраинских политических передрягах, чтобы давать советы. Вообще дай бог разобраться в своих.

    С. БУНТМАН – У нас все достаточно просто.

    В. ПОЗНЕР – Я гораздо лучше разбираюсь в американских. Тут я готов выступить как некоторый эксперт.

    С. БУНТМАН – Там точно на Украине настоящая политическая жизнь. Со всеми оговорками…

    В. ПОЗНЕР – Согласен абсолютно.

    С. БУНТМАН – Тогда минута на Америку. Сравнялись герои наши Маккейн и Обама и друг друга обходят. Вы все считаете, что Обама?

    В. ПОЗНЕР – Да не сомневаюсь даже.

    С. БУНТМАН – Никаких сомнений.

    В. ПОЗНЕР – Никаких сомнений.

    С. БУНТМАН – Хорошо, запишем. Это было 9 сентября 2008 года.

    В. ПОЗНЕР – Будьте так любезны.

    С. БУНТМАН – Владимир Познер все настаивает на том, что будет избран Барак Обама. Я каждый раз буду спрашивать, пока не пройдет первый вторник, мы же, наверное, с вами встретимся в первый вторник после первого понедельника ноября високосного года.

    В. ПОЗНЕР – Именно так.

    С. БУНТМАН – И тогда уже наши дискуссии завершатся.

    В. ПОЗНЕР – Хорошо.

    С. БУНТМАН – Владимир Познер в программе «Особое мнение» по вторникам. Не только первым после первого понедельника. Всего доброго.

    В. ПОЗНЕР – До свидания.

    Особое мнение: Владимир Познер

    Саакашвили – человек неуправляемый; то, что называется по-английски «катающаяся по палубе пушка»: неизвестно, куда выстрелит, как выстрелит…


    »crosslinked«




    Комментирование закрыто.