Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив



tax due diligence iptg.ru .IPT Group- финансовые услуги

  • Управление
  • 12 августа 2011

    Владимир Познер: Задорнов ничего не знает об американцах!

    Рубрика: Новости.


    Владимир Познер в госях на радио МАЯК у Сергея Роста и Дарьи Субботиной.

    РОСТ: У нас в гостях легендарный, великий Владимир Владимирович Познер. Вот извините, что я вас так называю, но для меня вы действительно великий!

    СУББОТИНА: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

    ПОЗНЕР: Сергей, и то, и другое крайне не по мне!

    РОСТ: Вот человек, который для меня лично открыл какие-то такие вещи, которые на нашем ТВ были до этого либо запрещены, либо просто вот не допускались. Я вот начну с вашей цитаты, которая меня сразу озадачила…

    СУББОТИНА: Она резанула!

    РОСТ: Да, резанула эта цитата, приписывается вам: «Истратил лучшие годы на ложь, ложь во благо – так не бывает, ложь это ложь, не имеет никакого отношения к журналистике, день за днем ты врал, это было твоей профессией… отрекся, раскаялся, никогда больше не вру». Может быть, я пропустил из-за возраста какой-то период вашей жизни, но я не помню, когда вы врали. Наоборот, у меня сложилось такое впечатление, что вы человек, который всегда честен, в самого начала, как я его видел по телевизору, рубил правду, говорил о том, о чем до этого не говорили, или был такой период, когда вас заставляло что-то кривить душой?

    ПОЗНЕР: Дело в том, что я ведь очень много лет работал на пропаганде, на зарубежные страны. Начинал я в печати, а потом уже на радио, много лет я работал. Пропаганда всякая не до конца правдива, она стремится выделить только то, что хочет, правда же? Так как я работал на Америку, то, рассказывая о СССР, были вещи, которые нельзя было говорить. Само собой. Но были вещи, которые даже не хотелось говорить. Я вам скажу, что я был очень просоветским. Меня привезли, мне было 19 лет, когда мы приехали в СССР, я был воспитан своим отцом – горячим поборником этого строя. И до конца пытался его защищать. И временами говорил полуправду. Что то же самое, что неправда. Поэтому цитата ваша неточная, я говорил, что лучшие свои годы я отдал, а это были все-таки лучшие годы, потому что я был тогда молодым, я отдал неправде, я защищал строй преступников.

    СУББОТИНА: А разве была какая-то альтернатива?

    РОСТ: Но вы же это искренне делали!

    ПОЗНЕР: Это другое дело.

    РОСТ: Мы же все в это верили! Я помню, я верил.

    ПОЗНЕР: Это другое дело, но когда ты веришь в это дело и когда ты говоришь «ну что ж я буду американцам говорить о каких-то наших недостатках, что они в этом понимают, в общем, им все равно», ты всегда можешь найти оправдание. Это как если твой сын набедокурил – и все-таки ты найдешь, как это оправдать. Если это сын другого человека, то ты таких оправданий не найдешь. Об этом я говорил, понимаете? Не о том, что я абсолютно ни во что не верил, а вот говорил. Нет, я верил, ошибался, и тем не менее, отдал лучшие годы, в общем-то, не тому, чему надо было.

    СУББОТИНА: А как вы считаете, а вот нынешние, современные американцы, их взгляд на Россию существенно изменился? Понятно, что пропаганда несколько другая и несколько другие возможности передачи информации, и у них сейчас больше возможности знать о нас, но все-таки?

    ПОЗНЕР: Американцы в своей массе на редкость нелюбопытны. Их интересует только та страна, которая на самом деле им угрожает. Поэтому, собственно. Они так интересовались СССР, потому что это был основной и единственный противник. Сегодня, по сути дела, противника нет, и интерес к России резко упал. Другое дело, что с возвращением России, с Путиным, с тем, что Россия стала занимать довольно видное место и с ней надо считаться, опять некоторый интерес возникает, но, в общем и в целом, представления у них о России просто нет. Есть некоторые стереотипы. Вот медведи, к примеру, вреям от времени бегают по Тверской. Появляются не так часто, но все-таки. Но я должен вам сказать, что наши стереотипные представления об Америке чуть лучше, но в целом не намного.

    СУББОТИНА: Ну, у нас же есть американское кино…

    ПОЗНЕР: Ну да, но тут такое представление: дело в том, что американцы не духовны. Вот мы необыкновенно духовны, а американцы нет. А я вот смотрю: в любом американском публичном месте есть туалет для людей в инвалидной коляске, в любом городе с любого тротуара есть специальный съезд, на общественном транспорте там, где он есть, существует специальный подъемник для этих людей, но при этом они не духовные. А у нас этого всего нет. Но при этом мы духовные.

    РОСТ: Ну да, больше всего говорит о различие наших великих народов Задорнов Михаил.

    ПОЗНЕР: Ну, если я великий и он великий, то я просил бы…

    РОСТ: Он великий сатирик!

    ПОЗНЕР: Я просил бы не смешивать!

    РОСТ: Он великий сатирик, а вы великий журналист.

    ПОЗНЕР: Да не великий он! Вот Михал Михалыч Жванецкий – он великий.

    РОСТ: Я имел виду – вот в этом направлении. Это его любимая тема: сравнение народов американского и русского.

    ПОЗНЕР: Об американцах он не знает вообще ничего, поэтому это особенно интересно.

    РОСТ: Ну, там есть одна фраза, может быть, она заслуживает внимания: с его слов, «не видно ни души» говорят, когда заходит в темную комнату человек, а в Америке говорят «ни одной задницы», я просто часто слышу это выражение в кино. И вот это знаменитое выражение во многих американских фильмах про войну – «спасай свою задницу», а у нас говорят – «спасай свою душу», и вот в этом, дескать, разница между народами! Это так или не так?

    ПОЗНЕР: По-английски, во-первых, грубее, чем «спасай свою задницу», и имеется в виду «спасайся». А СОС, которое придумано не у нас, расшифровывается как «save our souls», это «спасите наши души». Так что опять он отбирает то, что ему хочется. А у нас я не слишком часто слышал, чтобы орали «спасай нашу душу». Обычно орут что-то такое «спасайся кто может».
    РОСТ: Ну, хорошо, я хотел бы спросить о правде, с которой мы начали. Правда – она бывает совершенно разная, и у каждого она своя. И помните знаменитый ролик какой-то американской газеты, который взяли потом наши «Аргументы и факты», когда показывали со всех сторон какое-то событие, там падало что-то на человека, и с разных сторон это выглядело по-разному. Так и правда, и та правда, которую я говорю, может, не совсем та правда, которую хотел кто-то услышать.

    ПОЗНЕР: Ну, это совсем другое. Правду часто не хотят слышать.

    РОСТ: И я к чему говорю: справедливости ради, русскоязычная службы, советская машина пропаганды, она говорила тоже правду, но ту, которую ей нужно было?

    ПОЗНЕР: Нет!

    РОСТ: А в это же время я слушал «Голос Америки», и там была тоже правда, но другая правда!

    ПОЗНЕР: Значит, вот что. Я всегда так говорю. Действительно, у каждого человека своя правда, но важно, чтобы он понимал, что это правда. Может быть, он заблуждается, но важно, чтобы он понимал, что это не ложь. Тогда нет претензий. Но когда, предположим, в том же СССР говорили, что все живут замечательно, это знали, что это неправда.

    РОСТ: И в то же время, что там все загнивают…

    ПОЗНЕР: Это тоже неправда. И «Голос Америки» тоже говорил неправду. Абсолютно. Но это ложь, понимаете? А другое дело, когда человек был убежден, а потом оказывается, что он ошибался. Это из другой области. Мы все ошибаемся.

    РОСТ: А вот такой вопрос, может быть, даже серьезный, и на него трудно будет ответить…

    ПОЗНЕР: А до этого были несерьезные?

    РОСТ: Да, так, разминочка! Ведь вы, действительно, наверное, разбираетесь в этом лучше всех и на телевидении, и на радио – скажите, вы верите в то, что в нашей стране возможно абсолютно непредвзятое, честное освещение фактов, потому что я все время слышу, и не только я один, я сейчас просто говорю от лица своих друзей и народа, какой-то части народа, ну, есть такое мнение, дескать, никогда вам, кто работает на радио и ТВ, не дадут говорить то, что вы думаете, то, во что вы верите, правду, будут сообщать только те вещи, которые выгодны правительству всегда, тому или иному правительству, которое сейчас у власти, той или иной власти, и вы будете работать на эту власть всегда! И этим объясняется то, что ходят легенды, что есть вещи запретные…

    ПОЗНЕР: Ну, запретные слова есть в эфире. Определенные. Я вам скажу так: до тех пор, пока в России власть будет либо напрямую, либо опосредованно управлять СМИ, не будет правды в эфире. Как бы это вам поточнее сказать… У каждого есть свой интерес. И у власти есть свой интерес. Это нормально. Но власть, когда она управляет информацией, она эту информацию таким образом препарирует, что бы это ей было выгодно, но нам с вами это совсем не выгодно. Мы хотим иметь возможность слышать разные точки зрения. Поэтому власть должна уйти из СМИ, вот совсем уйти и все.

    СУББОТИНА: А это возможно?
    ПОЗНЕР: Ну, во многих странах это есть.

    СУББОТИНА: А в каких?

    ПОЗНЕР: Да во всех! Вот в Америке власть не владеет ни одним СМИ.

    СУББОТИНА: А косвенно?

    ПОЗНЕР: Что значит «косвенно владеть»?

    СУББОТИНА: Влиять.

    ПОЗНЕР: Влиять – это одно дело. Вы попробуйте на Руперта Мердока повлиять! И посмотрите, что у вас получится. Но у Руперта Мердока есть своя точка зрения. И на его ТВ, на его радио вы только это и услышите. Он не позволит другое. А Пупкин, у которого тоже есть своя компания, у него тоже есть свое мнение! И если вам это интересно, вы послушайте этого и того, и у вас…

    СУББОТИНА: И у вас сформируется своя точка зрения.

    ПОЗНЕР: Вот. И наконец, есть общественное телевидение и радио, которое не контролируется ни деньгами, ни властью. Это уже совсем другое, хотя и несколько для элиты, то есть для людей, очень сильно размышляющих. ВВС – один из таких примеров. Поэтому да, если власть уйдет, будет возможность получать разную и, в конце концов, объективную информацию. Пока власть все это держит, это исключено. Характер власти такой. Кстати, один из моих любимых президентов, Томас Джефферсон, третий президент США, сказал так: Если бы я должен был выбирать между властью без СМИ и СМИ без власти, я бы, без сомнения, выбрал второе. Понимая, что на самом деле власть без свободных СМИ не может работать!

    РОСТ: Вот спасибо вам за то, что вы честно так на все отвечаете, я тогда вообще сейчас расхрабрюсь и осмелюсь поделиться своим переживанием и наблюдением, если позволите. Как человек, давно не работавший на радио и телевидение, я был в ужасе, когда смотрел в прошлом году какой-то съезд партии «Единая Россия», где выступал Путин. Я лично Путина очень люблю.

    ПОЗНЕР: Вы лично знакомы?

    РОСТ: Он не знает, что мы знакомы!

    ПОЗНЕР: Просто любить, как мне кажется, можно только…

    РОСТ: Я люблю, я голосовал за него, я…

    ПОЗНЕР: А, вы его поддерживаете!

    РОСТ: Да, симпатизирую, поддерживаю, но справедливости ради, я терпеть не могу таких вот показов по телевизору, когда я помню с детства эти кадры, когда вот Сталин, в девяностые годы стало можно уже это показывать, показывали, как Сталин сидит над всеми, это чисто телевизионный такой показ, и вот выходит какая-то женщина и говорит: вот стою я перед вами, простая женщина, и я хотела бы сказать, что мы всем в нашей жизни обязаны дорогому, единственному Сталину!
    СУББОТИНА: Ура!

    РОСТ: И все встают и начинают аплодировать. Вы помните эти кадры?

    ПОЗНЕР: Да, я очень хорошо их помню.

    РОСТ: Они всем врезались в память. И вдруг я вижу на этом съезде практически такой же монтаж и такой же показ, как будто вернулось это время и все наверху…

    СУББОТИНА: На генетическом уровне операторам передается!

    РОСТ: Показывают, как наверху сидит Путин, чуть ли не свечение над ним, выходит простая женщина, какая-то из крестьян она была, и говорит: я простая женщина, тут так много мужчин, давайте вы поможете мне, простой женщине, давайте мы вместе с вами придумаем, как нам заставить остаться Владимира Владимировича на третий срок! Буквально так! Все встали и начали аплодировать. И меня буквально прошиб пот. Поскольку настолько у меня телевизионная картинка сошлась, аналогия. Я терпеть не могу таких возвращений во времени. Я позвонил своим друзьям, и они все сказали, что тоже это видели. Я вот про это говорю, я люблю нашу страну, я патриот, но я не хочу такого вот возвращения власти и такого давления власти на нас.

    ПОЗНЕР: Знаете, меня больше всего интересует в этом не то. Меня интересует, как легко все в это встраиваются. Понимаете? Я очень хорошо помню сталинские времена. Я приехал в СССР, и через два месяца Сталин умер. Но я помню кадры…

    СУББОТИНА: Владимир Владимирович, я прошу прощения, но мы должны вас с Сергеем перебить…

    ПОЗНЕР: Музыка, реклама?

    СУББОТИНА: Вы все понимаете! Продолжим после перерыва!

    Полностью интервью слушайте в аудиофайле.

    Владимир Познер, часть 1
    Владимир Познер, часть 2
    Владимир Познер, часть 3




    Комментирование закрыто.