Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив




  • Управление
  • 23 сентября 2007

    Владимир Познер на Эхо Москвы. Телехранитель. 23.09.2007



    Итоги XIII церемонии “ТЭФИ”

    Версия для печати
    Е. АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер! В эфире «Телехранитель» – программа о сути телевидения и тех, кто определяет и хранит эту суть. В студии Елена Афанасьева. Как всегда по воскресеньям, говорим мы с вами о персонах, программах, событиях и антисобытиях, которые влияют на то, каким наше телевидение будет сегодня и завтра. И, разумеется, основным событием этой недели стала XIII церемония вручения премии «ТЭФИ». Страсти вокруг нее разгорелись нешуточные, и, по-моему, в эфире «Эха Москвы» эти страсти разгорелись больше, чем на самой церемонии. Вчера в двух программах мои бывшие коллеги по телекритическому сообществу обсуждали эту церемонию: Ирина Петровская в своей программе и у Ксении Лариной в программе «Культурный шок» были телекритики Арина Бородина и Александр Мельман и член Академии Анна Качкаева. И туда в прямой эфир дозвонился Владимир Владимирович Познер. Я это уже слышала в повторе, ночью, но услышала реплику Владимира Владимировича о том, что хорошо бы звать представителей разных точек зрения, а не одной. На что Ксения возражала, что здесь только критики. Я после этого ночного повтора позвонила Владимиру Владимировичу и позвала его прийти в нашу программу сегодня. Добрый день, Владимир Владимирович!

    В. ПОЗНЕР: Добрый!

    Е. АФАНАСЬЕВА: И здесь же триумфатор премии «ТЭФИ», потому что три раза получить премию «ТЭФИ», – это, по-моему, мало кому удавалось.

    С. МАЙОРОВ: Леониду Млечину три года подряд.

    Е. АФАНАСЬЕВА: И Сванидзе еще, да. Но, в общем, редкость большая! Поздравляем вас с этой премией. Не с «грудой железа», как вчера, к сожалению, сказала Ирина Петровская, – а с профессиональной премией, за которую люди профессионально работают целый год. Или Вы относитесь к ней иначе, Сережа?

    С. МАЙОРОВ: Нет, мы своих мальчиков называем мальчиками: мы с них пыль протираем и переживаем, что один из них темнеет, а другой светлеет.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Я знаю, что некоторые даже святой водой окропляют, чтобы не сглазить удачу и не пошло бы дело с программой хуже.

    С. МАЙОРОВ: Мы, получив мальчика, пошли в ресторан, гуляли до утра, и очень-очень этому рады!

    Е. АФАНАСЬЕВА: Владимир Владимирович, что, действительно, на Ваш взгляд, церемония была какая-то удручающая, скандальная, печальная? Или все-таки она была как каждый год, когда проигравшие считают, что она недостаточно хороша, а победители – что достаточно?

    В. ПОЗНЕР: За 13 лет я был на 12 церемониях – я не был только в прошлом году, – и из всех, что я видел, это, на мой взгляд, была самая лучшая церемония. Не просто она была хорошая или средняя – она была самая лучшая. И по декорациям, которые были сделаны с большим вкусом и без помпезности, и по тому, как она велась. Ведь люди, в отличие от всех мне знакомых лет, не читали текст и не пытались острить по написанным вещам, а просто общались между собой и с залом по-человечески – это было очень приятно. Это второе, чем эта церемония отличалась. Третье – хотя у нас аплодируют с бо-ольшим трудом – все-таки этот зал, по сравнению со всеми прошедшими и прошлыми, аплодировал. А пару раз, можно сказать, даже устраивал овации. И последнее: она была довольно короткой, меньше 2,5 часа. И четвертое: почти никто не уходил. В прошлые года к середине церемонии, к концу – зияющие пустоты рядов. Люди уходили: раз я не победил – я ухожу, мне неинтересно. А тут очень мало кто ушел. Так что с этой стороны, повторяю, это была лучшая церемония.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Это о церемонии. А собственно о подведении итогов?

    В. ПОЗНЕР: Что касается справедливости и объективности того, кто выиграл, а кто не выиграл. На мой взгляд, примерно 85% победителей – победители безусловные. Я абсолютно убежден, что это правильно. Да, о 15% можно спорить, и о совсем небольшом проценте (я просто не готов сказать, потому что я не подсчитал) можно сказать, что это было неправильно. По-прежнему, наверняка, немалое число академиков смотрели не все. И тогда, когда они попадали в состав голосующих, они голосовали за фамилию более знакомую, чем за незнакомую. Это было. Боюсь, что это всегда будет. Был, наверняка, элемент корпоративного голосования. Это тоже всегда было и всегда будет.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Вот давайте на секунду прервемся на словосочетании «корпоративное голосование» и попробуем понять, что вкладывается в это понятие. То ли человек считает себя частью какого-то целого и голосует за программу своей команды – то есть, условно говоря, это моя семья, и я за нее голосую; пусть другая семья лучше, но я – за свою. Либо это указание начальства: я вам всем велю, – сказал главный начальник, и все пошли поднимать руку. Вот у меня есть подозрение, что под корпоративным голосованием чаще всего подразумевают какой-то диктат руководства. Сережа, у вас был какой- то диктат ан канале?

    С. МАЙОРОВ: Нет, у нас не было никакого диктата. Мало того, Александр Ефимович Роднянский, генеральный директор СТС, спросил только, все ли пришли. И увидел я его только после того, как мы получили премию. Он подошел и поздравил. Я голосовал, когда как член Академии оказался в своем голосующем блоке за программу Первого канала, за программу ВГТРК. Там было две программы СТС: я, например, за одну из этих программ не проголосовал. У нас не было никаких установок.

    В. ПОЗНЕР: Вы знаете, есть еще один момент: когда мы перешли на персональное голосование, то есть когда становится известно, кто как голосовал, я не сомневаюсь, что есть люди, работающие на Первом и втором каналах, которые опасаются, что если они проголосуют не за своего, то у них могут быть неприятности. Сказать, что эти опасения совершенно лишены оснований, я не могу. Это так. Хотя я не могу показать пальцем и сказать: вот этот человек не так голосовал, смотрите, что с этим человеком случилось. Так что, на мой взгляд, корпоративное голосование – это все то, что Вы назвали. Это и то, что «мне все равно, что лучше, я буду голосовать за свой канал», что неправильно. Второе – «я получил указание», третье – «на всякий случай я проголосую за своего, потому что мало ли что будет». Это все есть корпоративное голосование. Я еще раз хочу сказать, что это будет всегда в той или иной мере. По мере того как состав Академии будет расширяться и будет больше людей, не работающих на федеральных каналах, а работающих, скажем так в регионах, будет размываться этот корпоративный элемент.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Вот мне и кажется, что в этом году, после такого более чем в два раза увеличения состава Академии, огромное число людей пришло, которые как раз ни в корпорации ВГТРК, даже с региональными отделениями, ни на Первом канале, который меньше, чем ВГТРК со всеми структурами, не работают. В данном случае можно меня упрекать как человека, который работает на Первом канале, – но я просто специально села и посчитала: формально в составе Академии сотрудников Первого канала и людей с производящих структур, которые производят не только для Первого, но и для Первого в том числе, – по-моему, человек 65 из 300. То есть даже не треть и не четверть! И в тех командах, которые вызывались по 21 человек, я ни разу не видела больше 5-7 человек. Говорить о тотальном превосходстве достаточно сложно.

    С. МАЙОРОВ: Вот у нас была такая история. Была номинация «Информационно-развлекательное вещание»: я лично отмечал, кто оказался из академиков. У нас не было Первого канала, что меня очень удивило – у нас порядка 16 человек были представители ВГТРК, в том числе аффилированные. Тем не менее они отдали голос за программу канала СТС.

    В. ПОЗНЕР: Это показательная вещь. Так что, как мне кажется, это обсуждение. Как Вы говорите, Вашего бывшего цеха, абсолютно необъективно. Я плохо их понимаю, искренне вам говорю. Я плохо понимаю, чего они хотят. Как-то Александр Мельман совсем недавно, когда вручалась премия критика, выступая, сказал: я как критик должен говорить гадости. По-моему, это такая критическая оговорка. На самом деле, такое впечатление, что критики должны говорить гадости.

    С. МАЙОРОВ: Вы знаете, я читал расшифровку программы «Культурный шок» и слушал Ирину Петровскую на «Эхе Москвы». Мне показалось странным, что никто из критиков не обратил внимание, что огромного количества независимых академиков не было! Не было Евгения Киселева, не было Леонида Парфенова, не было тех людей, которые, наверное, в обидной и проигрышной для нас номинации «Репортер» своими голосами как люди, понимающие толк в тележурналистике, нам бы очень пригодились.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Если кто-то не знает, скажу, что корреспондент программы «История в деталях» Любовь Камырина была номинирована как лучший репортер за блистательный сюжет, но проиграла. Победил в этой номинации Сергей Пашков с канала «Россия».

    С. МАЙОРОВ: Мне, например, было обидно, что некоторые люди, которые могли бы реально проголосовать, просто не пришли. А компьютер же дурак, понимаете: ему задали программу – и он выбрал людей чисто случайно. Обидно, конечно, безумно, что многие не пришли.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Причем, конечно, 300 человек не было хотя бы по простому факту: голосовали за 2-3 номинации (по-моему, 6 смен было первый раз и 5 – второй) 21 человек всего. Это не 300, а во второй вечер стали повторяться, и голосовали те, кто голосовал накануне. Значит, не хватило даже.

    С. МАЙОРОВ: А Светлана Колосова, телеакадемик, голосовала дважды именно в этот день – так попало. Мы лично это фиксировали.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Я забыла в начале назвать наши средства связи.

    С. МАЙОРОВ: И меня представить, мне сейчас по sms пишут.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Боже мой! Какой ужас! Позор, позор! Это Сергей Майоров, конечно же. Я просто думаю, что все знают уже голос. Просто не успела. Сергей Майоров, ведущий программы «Истории в деталях» на канале СТС!

    С. МАЙОРОВ: Добрый вечер!

    Е. АФАНАСЬЕВА: Да-да-да! Трехкратный обладатель премии «ТЭФИ». И Владимир Познер в программе «Телехранитель».

    В. ПОЗНЕР: Пятикратный обладатель «ТЭФИ». Но не подряд.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Пожалуйста, наши средства связи: +7-985-970-45-45 – вы может свои реплики высказывать, присылая sms. Я не хочу, чтобы вся сегодняшняя программа превратилась в спор с телекритиками, потому что у телекритиков своя точка зрения. Я, когда занималась телекритикой, всегда знала, что, может быть, что-то бывает людям обидно. Когда я стала книжки писать, меня стали спрашивать: нужно ли тебе читать, что про тебя литературные критики пишут. Я тогда отвечала так: мне иногда бывает очень обидно, потому что я вижу по рецензии, что они не дочитали, что это только по первым 20 страницам. Но я понимала, что они видят процесс, они видят шире. Давайте оставим точку зрения моих бывших коллег им. Я во многом с ними согласна, во многом категорически не согласна. Согласна я, что Марианна Максимовская абсолютно заслуживает своей премии – мы это уже обсуждали, и Владимир Владимирович об этом говорил.

    С. МАЙОРОВ: Я вам хочу рассказать одну историю, которая меня просто потрясла в пятницу, когда я видел Михаила Глебовича Осокина. Я ему сказал: Михаил Глебович, Вы пришли – какое счастье великое. А он говорит: а я подумал, вдруг я приду – и мой голос кому-то поможет. Вы знаете, для меня личная ответственность каждого академика за свои действия превыше всего. Владимир Кара-Мурза, Елена Масюк потом подошли и сказали: ребята, у вас отличная работа, мы вас поздравляем, и мы будем голосовать за вас. Мало того: они покадрово расписали, что было в этой истории, так же, как Арина Бородина, Ирина Петровская, уважаемые телекритики, говорили много слов. Для меня эта оценка была важнее всего. Очень жалко, что не пришли те люди, которые понимают толк в ТВ, которые создавали это ТВ: и Киселев, и тот же самый Парфенов.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Мы же с вами сказали, что чаще всего ходят тогда, когда самим светит эта награда.

    С. МАЙОРОВ: Вот поэтому мы получаем то, что мы получаем: победу Петра Толстого, а не Марианны Максимовской.

    Е. АФАНАСЬЕВА: К сожалению, не все академики ходят в эфир. Вот, спасибо Светлана Сорокина пришла и проголосовала, а Леонид Парфенов, к сожалению, не пришел, что очень жаль, потому что действительно профессиональный взгляд есть и остается. И если ты академик и не выходишь из состава Академии, то, наверное, есть профессиональный долг. Или я не права, Владимир Владимирович?

    В. ПОЗНЕР: Я думаю, что правы.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Давайте очень быстро пока ответим на вопросы, которые приходят по sms и пришли заранее на наш сайт. «На «ТЭФИ» должна быть конкуренция между журналистами, а не между каналами», – пишет Андрей из Самары. Да кто же спорит, Андрей, должна быть! Пишет Игнат: «Сергей Майоров, я Вас поздравляю: это настоящая победа достойной команды. А лично Вы видели работы Ваших конкурентов?».

    С. МАЙОРОВ: Мы с Янкой Чуриковой как новые академики и большие друзья созванивались каждый вечер и говорили: ты смотрел? – а ты? – за что голосовать? – голосуем за это. Яна на Первом канале, я на СТС. Смотрел абсолютно все. У меня было свое мнение, во многом оно расходилось со мнением голосующих. Я бы однозначно отдал голос и Марианне Максимовской, и «Неделе». Я считаю, что это достойная работа. При этом, с точки зрения аналитики, мне очень понравилась работа Мучник из Томска.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Вот это как раз вопрос Владимира из Томска: «Прокомментируйте результат работы Мучник».

    В. ПОЗНЕР: Результат, как вам известно, ноль голосов, проиграла, что нонсенс: проиграть она могла, но не со счетом «ноль». Для меня это показатель двух вещей: во-первых, того, что многие голосующие вообще не смотрели ее программу. И, второе, как одна из дам, которая голосовала, сказала, когда я ее спросил: да, она лучшая, – сказала она (я ее цитирую), – но я понимала, что она все равно не выиграет, поэтому проголосовала за «Вести».

    С. МАЙОРОВ: А у нас была очень смешная история, связанная с заседанием гильдии создателей развлекательных программ и ток-шоу. Когда мы голосовали гильдией за выдвижение троек, у нас 25 голосов набрали Лолита Милявская и Саша Цекало, а Ваня Ургант набрал 11 голосов. И тут такая триумфальная победа! Он прошел, опередив меня на один голос: у меня 10, а у него – 11. Я, например, был бы в шоке, если бы Ваня не оказался победителем.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Ваня действительно лучший в этом сезоне.

    С. МАЙОРОВ: И вот ситуация 27 голосов у Цекало с Лолитой в отборочном туре, и 11 у Вани, – и он стал победителем. Вот тоже любопытная история!

    Е. АФАНАСЬЕВА: Я хотела сказать одну реплику по поводу Юлии Мучник: три года назад, по-моему, она обыграла Владимира Владимировича в номинации «Ведущий». Так вот тогда мне тоже было обидно. Я за Юлю – двумя руками, очень люблю ее программу и ее саму. Но в тот момент было тотальное голосование против Первого канала, а не за.

    В. ПОЗНЕР: Тогда Первый канал ни одной премии не получил.

    Е. АФАНАСЬЕВА: В номинации «Лица», да. А в «Профессии» получил. И мне тогда было чертовски обидно, что Юля получила не за то, что она заслуживает, а только потому, что в тот момент «мочили» Познера. Юля – блестящий журналист! И, конечно, Владимир Владимирович прав, бесспорно. Давайте ответим на вопросы, которые были заданы по sms и на сайте. Глеб из Белоруссии спрашивает: «Почему «ТЭФИ» транслирует только СТС, а не по очереди Первый и канал «Россия»?». Насколько я знаю, раньше была очередность: по кругу большие каналы.

    В. ПОЗНЕР: Была очередность, да, трех федеральных каналов. Если первым начинал, предположим, НТВ, потом Первый канал, потому ВГТРК, потом опять НТВ и т.д. НТВ, как, наверное, знают слушатели, вышла из состава учредителей и, видимо, больше пока не будет транслировать. А в этом году была очередь Первого канала.

    Е. АФАНАСЬЕВА: А потом добавился канал СТС, который хотел транслировать в прошлом году первый раз.

    В. ПОЗНЕР: Да, и поскольку предвыборная ситуация и два больших канала сильно заняты, то руководство Первого канала в лице Константина Эрнста взмолилось и попросило, чтобы в этом году их все-таки от этого освободили с обещанием это делать в будущем году. Так что вот поэтому – СТС.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Понятно. Тут много вопросов, которые сводятся к тому, почему бы не дать телезрителям возможность влиять на определение победителей. Например, социолог Константин пишет, что надо сначала сделать на сайте «ТЭФИ» голосование по определению, чтобы одного, например, выбирали зрители, других претендентов выбирали академики. И таких реплик несколько. Дайте зрителям выбирать. Сережа, Ваше мнение? Должны ли зрители участвовать в голосовании?

    С. МАЙОРОВ: Я считаю, что это профессиональная премия. Зрители голосуют пультом: они определяют рейтинг канала и программы. Они могут писать на сайты, писать письма и высказывать свое отношение. Писать в газеты, звонить на радио «Эхо Москвы». Но «ТЭФИ» – премия профессиональная, и мнение публики не всегда при обсуждении профессиональной премии помогает, скажем, при определении достойного.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Владимир Владимирович, Ваша точка зрения?

    В. ПОЗНЕР: Еще раз подчеркиваю: «ТЭФИ» – это профессиональная премия. Она вручается людьми, которые профессионально разбираются в этих вопросах. Может быть приз зрительских симпатий. Это – отдельный приз, к «ТЭФИ» не имеющий никакого отношения.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Именно для этого, как я понимаю, ввели голосование за тройки в профессиональной гильдии, потому что были даже у профессионалов ТВ сомнения, что, например, в дизайне или в операторском искусстве могут понимать люди, которые занимаются сценарным ремеслом ил информацией. И было как раз такое обсуждение в кулуарах, я слышала: не стоит ли, например, сделать так, чтобы какой-то процент голосующих в зале при открытом голосовании был из представителей гильдии. Или такого желания нет? Более профессиональный результат и в тройках.

    В. ПОЗНЕР: Мы будем, конечно, дальше совершенствовать способ голосования гильдии, которая заседает в зале. Возникали разные предложения, которые мы будем собирать, рассматривать. Если там что-то будет полезное, несомненно мы этим воспользуемся.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Критики несколько раз вчера в программах призывали вернуться к закрытому голосованию.

    В. ПОЗНЕР: И да, и нет. Они сами сначала поддерживали открытое голосование. Теперь они говорят, что, видимо, нет, потому что люди боятся голосовать так, как они считают.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Я помню, потому что тоже не первый год: мы всегда участвовали в обсуждении «ТЭФИ» на радио «Свобода», на «Эхо Москвы» или где-то еще. И, когда было закрытое голосование, именно к нему были претензии в корпоративности. Вроде бы открытое сделали, чтобы человек смог проверить, кто за кого. Сереж, а Ваше мнение: открытое или закрытое?

    С. МАЙОРОВ: Ирина Петровская, Ваша коллега, довольно последовательна, она всегда: и в интервью нашей программе, когда мы делали передачу накануне «ТЭФИ», – всегда говорила о том, что все-таки закрытое голосование более объективно. Посмотрев на то, как голосуют в этом году (может быть, это моя личная оценка, моя личная эмоция), мне, например, не стыдно голосовать, мне никто не указывает, как голосовать, и никто не говорит. Надо просто сделать коллег более свободными – наверное, закрытое голосование на сегодняшний момент более объективно по форме.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Александр из Москвы спрашивает, был ли Виктор Шендерович. Я его в зале не видела, но он был на заседании гильдии информационных программ, в которой я участвовала. Он очень активно выступал: в основном с Александром Пономаревым они выступали. А на программе я его не видела.

    В. ПОЗНЕР: Да, его не было.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Александр Горбунов из Москвы с двумя вопросами, на один из которых мы уже ответили. А другой такой: «Почему бы не прописать в правилах голосования, что академик, являющийся штатным сотрудником канала, не должен был голосовать за программы и передачи своего канала?». Как вам такая идея?

    В. ПОЗНЕР: У нас такое правило есть. Если твоя программа фигурирует, когда ты голосуешь, то ты обязан воздержаться от голосования, ты не можешь голосовать за свою программу.

    Е. АФАНАСЬЕВА: А воздерживались? Я что-то не следила.

    В. ПОЗНЕР: Да, всегда. Если так получается, что оттого, что ты работаешь на канале, ты не можешь голосовать ни за какую программу, ни за какого человека, то я считаю, что это несправедливо.

    С. МАЙОРОВ: Это сложно, потому что, например, мне было бы интересно, как бы проголосовал Александр Цекало, который был в числе голосующих в номинации «Развлекательная программа. Юмор». Потому что, с одной стороны, он лицо Первого канала; с другой стороны, – программа «Слава богу, ты пришел!» – это его дочка. Миграция настолько сильная с канала на канал, что это не очень справедливо.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Давайте примем несколько телефонных звонков. Наш номер – 363-36-59, вы можете задавать свои вопросы свои вопросы Владимиру Познеру и Сергею Майорову. Нина спрашивает по sms: «Как вы оцениваете работу Александра Пушного? Мне очень-очень понравилось, как он вел церемонию». А вам?

    В. ПОЗНЕР: И мне!

    С. МАЙОРОВ: Я вообще Сашку очень люблю.

    Е. АФАНАСЬЕВА: По-моему, был абсолютно живой, чувствовалось, что человек говорит не по написанному тексту.

    С. МАЙОРОВ: Мне очень понравилось платье Тины Канделаки и то, как она шутила.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Странный вопрос: «Если Максимовская лучшая, то Академия – ничто?». Не поняла. Поясните, пожалуйста. «А что это был за сентиментальный выпад Тины Канделаки в адрес Татьяны Веденеевой? Я-то думал, что она вспомнит Валентину Леонтьеву», – Павлик.

    В. ПОЗНЕР: Наверное, надо спросить Тину Канделаки.

    С. МАЙОРОВ: Я очень хорошо понимаю композицию ведущей, потому что в это момент показали Таню, у которой были глаза, полные слез. Знаете, иногда ведущие бывают несдержанны, эмоциональны. Это, наверное, прелесть нашей профессии. Потому что приходит легенда, эмоции тебя распирают. Татьяна Веденеева вошла как богиня! Окажись на месте Тины я, я бы, наверное, в пляс пошел, увидев ее.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Наверное, Вы правы. У меня в этом году тоже вопрос к тем, кто делал эту церемонию, организаторам: обычно вспоминали тех, кто ушел, людей телевидения. Была такая траурная минута видеонекролога. Весь зал стоял и вспоминал этих людей. В этом году почему-то этого не было. Действительно, надо было вспомнить многих, наверное. «Уважаемый Сергей, Евгений Киселев вел программу в восемь вечера в пятницу. Наверное, нельзя было успеть и на «ТЭФИ» тоже. Но Вас, Сережа, поздравляю с «ТЭФИ». Спасибо за программу». Диана из Саратова: «На этот раз никто Гусинского не благодарил?». Нет, по-моему, Гусинского никто не благодарил. Но, к сожалению, это, наверное, реплика по поводу того, что в прошлый раз не показали именно то, как Андрей Норкин благодарил Гусинского. А в этот раз были вот такие «ножницы» в речи Михаила Сергеевича Горбачева и еще некоторых людей.

    В. ПОЗНЕР: Да, были, были ножницы. Я абсолютно не понимаю, почему. То, что вырезали, я потом смотрел, – какие-то смешные вещи. Это вопросы к Роднянскому.

    С. МАЙОРОВ: Очень жалко, что вырезали письмо-поздравление, которое зачитывала Наталья Никонова. Смешное, по-моему, письмо.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Там уж точно ничего политического.

    В. ПОЗНЕР: Нет, абсолютно. Понимаете, было указано по программе, что будет длиться три часа. Поэтому даже если целиком показывать и ничего бы не резанули, осталось бы в запасе, по крайней мере, 35 минут. Так что вырезали не из соображений времени. А вот из каких соображений – я не знаю.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Спрашивают: «По какому каналу можно увидеть Юлию?» – Анна из Петербурга. Наверное, Юлию Мучник имеют в виду. Анна, в Петербурге, к сожалению, как и в Москве, Вы Юлию не увидите: она работает в телекомпании «ТВ2», Томск, в замечательной телекомпании. И счастье смотреть ее программы принадлежит только жителям Томска и области. Может быть, у вас в Петербурге работает канал регионов – пятый: может, они смогут привлекать такие интересные силы региональные, как Юля. Кстати, когда мы начинали разговор еще до эфира, Сережа не знал и спросил у Вас, Владимир Владимирович, могут ли быть учредителями такие небольшие каналы, как РБК, «Звезда». Учредителями уже быть не могут.

    В. ПОЗНЕР: Учредителями не могут, согласно Уставу. Устав – это юридическая вещь, и они, даже при всем желании нашем, учредителями быть уже не могут.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Но они могут выставлять работы.

    В. ПОЗНЕР: Сколько угодно!

    Е. АФАНАСЬЕВА: Выставляют?

    В. ПОЗНЕР: Нет.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Почему?

    В. ПОЗНЕР: Я не знаю.

    С. МАЙОРОВ: ТВ3 выставил «Балканского мальчика». Очень хорошая работа.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Замечательная.

    С. МАЙОРОВ: Она прошла в финал.

    В. ПОЗНЕР: Они пока выставляют мало и, видимо, считают, что у них нет шансов. А я всех, наоборот, уговариваю: выставляйте, шанс есть всегда.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Владимир Владимирович, а не думали ли вы, что возможности у федеральных каналов и небольших – разные. Может быть, все-таки делать какие-то номинации для сетевых каналов? Или что-то еще? Все-таки это профессионально можно как-то разграничить.

    В. ПОЗНЕР: Не знаю, думаю, что это очень трудно, если делать еще церемонию отдельно.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Но Вы же всегда говорите, что на «Эмми» пять церемоний.

    В. ПОЗНЕР: Да, и номинаций около 500. Но именно номинаций. То есть речь идет о номинациях «Лучший осветитель», «Лучший исторический костюм», «Лучшая историческая прическа», «Лучший грим» – то есть масса вещей, которые важны на ТВ, но это делится не по каналам, а именно по специальностям. А показывают они только 2 – те, что интересны зрителям: то, что идет в прайм-тайм, и так называемое «дневное ТВ» – мыльные оперы.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Вчера показывали как раз. Интересно было сравнить трансляции примерно в одно и то же время: на СТС в пятницу была «ТЭФИ», а в субботу «Эмми». Как, разницу почувствовали?

    С. МАЙОРОВ: Конечно! Какие лица-то просветленные на «Эмми» сидят! Они аплодируют стоя! А у нас! Вот я сидел с одной дамой, мне было очень интересно смотреть на ее реакцию (очень известная дама с канала «Россия»). Я не выдержал и в конце наклонился к ней и сказал: хотя бы сымитируйте два аплодисмента – это будет так мило!

    В. ПОЗНЕР: Да. Это абсолютно правильно. В Америке очень доброжелательная в этом смысле атмосфера. Критика тоже доброжелательная, кстати говоря. Хотя надо сказать, что американское ТВ не отличается, на мой взгляд, таким уж прямо выдающимся содержанием. Та масса «развлекухи», масса «мыла» и т.д.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Вы знаете, я прошлую программу «Телехранитель» пропустила, потому что ездила на конференцию, который проводит европейский вещательный союз. Там разные страны представляют свои форматы. Я сидела целый день, с утра до ночи, смотрела форматы. И я могу вам сказать, что очень многие программы и канала СТС (я уж не говорю о Сережиной программе), и Первого канала, и ТНТ – в общем, там, где свои, – выглядят на голову выше, чем то, что представлено было.

    С. МАЙОРОВ: Европейское ТВ вообще скучнейшее! Самое скучное – ТВ Италии: сплошное «гербалайф-шоу», там вообще смотреть нечего.

    В. ПОЗНЕР: Англия – это тоже Европа, и их каналы, знаете! И, кстати, немецкое ТВ очень неплохое.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Да они очень разные. Конечно, в некоторых странах показывают и смотрят с большим интересом то, что не будет идти в других странах. Это и есть национальные особенности. Но то, что уровень средний даже у нашего ТВ очень достойный и выше среднего в Европе, именно по профессиональным каким-то элементам мастерства, – это совершенно очевидно.

    В. ПОЗНЕР: Даже и говорит нечего.

    В. ПОЗНЕР: И то, что, наверное, наше ТВ сделало такой грандиозный скачок, – не случайно в этом году спецприз вручили программе «Взгляд» к 20-летию, которое будет через несколько дней. Не знаю, как вы, но я иногда на канале повторов («Ностальгия», «Ретро ТВ») смотрю программу «Время» и того же года, где-то 1987, «Взгляд». Это называется «почувствуйте разницу». Когда я вижу программу «Взгляд», понятно, что время поменялось, но профессиональная картинка, работа репортеров, свет, звук. И сравните в программе «Время» – меня иногда оторопь берет: камера дрожит, задник непонятный. «Взгляд» – программа, которая перевернула эфир. Когда вышли на сцену эти люди… А почему не всех позвали?

    В. ПОЗНЕР: Звали абсолютно всех.

    Е. АФАНАСЬЕВА: То есть вызывали на сцену тех, кто пришел? Почему не было Политковского, почему не было Мукусева?

    В. ПОЗНЕР: Политковского звали. Но этот список дал нам не кто-нибудь, а Александр Михайлович Любимов. Это его список, он сказал: вот, кто работал во «Взгляде».

    С. МАЙОРОВ: Может, он просто забыл?

    В. ПОЗНЕР: Вот и все: какой он нам дал, такой мы и зачитали. Кроме того, что связывались с Политковским, который по каким-то причинам прийти не смог.

    Е. АФАНАСЬЕВА: А Мукусева не было в этом списке?

    В. ПОЗНЕР: Нет, в списке не было.

    Е. АФАНАСЬЕВА: То есть за 20 лет отношения меняются.

    В. ПОЗНЕР: Мы обратились к человеку, который имел к этому самое-самое непосредственное отношение, и он нам дал этот список. Вот и все.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Я вот не запомнила: а Анатолий Григорьевич Лысенко выходил?

    В. ПОЗНЕР: А как же, выходил.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Пожалуйста, 363-36-59, ваши вопросы Владимиру Владимировичу Познеру и Сергею Майорову, ваши реплики на тему того, как выглядела церемония «ТЭФИ», насколько вообще интересно было то, что происходило в этом году. Может быть, вы выскажите свои точки зрения. Алло, здравствуйте!

    СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. У меня вопрос к Владимиру Познеру: не кажется ли Вам, что прошлогодняя история с Тиной Канделаки вскрыла кухню «ТЭФИ», которая потеряла всякий авторитет?

    Е. АФАНАСЬЕВА: А при чем здесь история «ТЭФИ»?

    СЛУШАТЕЛЬ: При том, что понятно было, что участвуют спонсоры, участвуют большие деньги в этом.

    С. МАЙОРОВ: Кстати, между прочим отвратительнейшая история, когда после этого появилась масса публикаций о том, что некий персонаж-спонсор купил премию «ТЭФИ» канала СТС. Вы знаете, Лена, я Вам честно скажу: у нас на работе люди плакали.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Да я верю.

    С. МАЙОРОВ: Это, черт возьми, так обидно!

    В. ПОЗНЕР: Знаете, серьезно относиться к таким вопросам, наверное, нельзя. Это вечная подозрительность. С помощью спонсоров приезжают такие люди, как, скажем, Элтон Джон. Крупнейшие концерты в нашей стране – с помощью спонсоров. Значит что, эти люди куплены что ли? Да, у нас есть спонсоры, они у нас всегда были, потому что у Фонда Академии российского телевидения своих денег нет: мы не коммерческая организация. Как вы нам предлагаете все это делать: церемонии, рассылать DVD, чтобы все академики, порядка 300 человек, могли все это посмотреть? Нужны деньги. Да, у нас есть спонсоры – и никаких тут секретов и тайн нет. Но вы думаете, что спонсоры навязывают нам, за кого голосовать? Скажем так: вы заблуждаетесь.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Алло! Добрый вечер!

    СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте! Меня зовут Александр, я из Липецка. Хотел бы спросить у ваших гостей: как вам кажется, уместно ли что в одной номинации соревновались программы одного и того же телеканала? Это вот «Развлекательные программы, игры» и «Ведущий развлекательных программ».

    Е. АФАНАСЬЕВА: Так там же процедура какая, Александр: выдвигают сначала все каналы программы, которые они хотят выдвинуть в номинацию; потом есть гильдии (гильдия – это профессиональное сообщество уже, например, только создателей развлекательных программ, профессионалов в этой сфере или только создателей игрового кино).

    С. МАЙОРОВ: Лена, они, наверное, имеют в виду то, что «Минута славы», «Король ринга» и «Звезды на льду» оказались в одной номинации.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Но вы понимаете, что в этой гильдии присутствуют люди из разных каналов? И с канала СТС. Сереж, Вы не в этой гильдии? Расскажите, кто у Вас в этой гильдии был?

    С. МАЙОРОВ: Владимир Сергеевич Ханумян, телеканал «Домашний», Татьяна Веденеева, канал «Домашний», Корчагин, РТР.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Это не РТР, это производитель.

    С. МАЙОРОВ: Да, но тем не менее продукция Корчагина и идет на канале РТР. Цекало, Андрей Малахов, Яна Чурикова…

    Е. АФАНАСЬЕВА: То есть есть гильдия профессионалов-создателей развлекательных программ. Они приходят на свое заседание, смотрят список, обычно 20-30 номинантов, да?

    С. МАЙОРОВ: У нас где-то около 10-15 человек.

    В. ПОЗНЕР: Давайте уточним: участвуют самые разные, а побеждают определенные. Я просто хочу провести такую небольшую параллель. Предположим: первенство мира по художественному катанию на коньках, и первые три места занимают представители России. Но участвовали не только они, а участвовали представители многих стран. Но судьи решили, что эти трое – лучше всех. Вот здесь так и получается.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Да существует этот лист, они голосуют. Сергей в этом участвовал.

    С. МАЙОРОВ: Да, существуют бюллетени, мы могли проголосовать за лучшую программу, потом тут же подводились итоги.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Голосование тайное на гильдиях. Я участвовала в гильдии информационных программ: дают тебе листочек, в котором все номинанты в каждой номинации, ты ставишь галочку против трех – ты выбираешь тройку. Какие претенденты или программы набрали больше всего голосов – те и проходят.

    СЛУШАТЕЛЬ: Я еще хотел бы спросить: как вам кажется, время выхода в эфир – полночь – это нормально для такого шоу, которое, я думаю, интересно будет посмотреть многим? Время выхода, мне кажется, ограничивает круг зрителей.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Спасибо за вопрос. Почему в полночь?

    В. ПОЗНЕР: В полночь, очевидно, потому, что те, кто ставит, так или иначе, полагают, что данная программа не будет иметь большой аудитории.

    С. МАЙОРОВ: Нет, нет, я хочу поправить уважаемого Владимира Владимировича, так как в прошлом году я имел отношение к трансляции: нас просили сделать фильм о «ТЭФИ». Программа выходит не только на Европу, но и по всей системе орбит и прокатать ее по орбите, например +8 или +4 невозможно, это раннее утро, и канал вынужден ставить программу, близкую к «ТЭФИ», например дневник Телеакадемии. Это вовсе никакая не политическая история.

    В. ПОЗНЕР: Но Вы же сами сказали, Сергей, что в общем во всем мире такого рода церемонии люди не очень смотрят.

    С. МАЙОРОВ: Да, но это не имеет отношение к нашему каналу, потому что, еще раз объясняю, премия в таком случае должна начинаться раньше.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Есть орбитное вещание.

    С. МАЙОРОВ: Программа должна начинаться в 12 часов дня – тогда она пойдет по всем орбитам, и доля будет общая.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер!

    СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, это Рашид, город Казань. Вчера в передаче [«Культурный шок»] и Владимир Познер, и Анна Качкаева согласились с тем, что у нас отсутствуют информационные программы. Может быть, если они практически отсутствуют, удалять эти номинации? Будут ли влиять эти мнения на те же программы информационные Первого, второго и других каналов в будущем? Спасибо большое!

    В. ПОЗНЕР: Я вторую часть вопроса не понял. Что касается того, чтобы вообще не выставлять информационные программы именно потому, что сегодня они не самые, скажем так, качественные, – мы подумаем об этом.

    С. МАЙОРОВ: Нет, нет, ребята с РБК, давайте выставляйтесь! У вас отличный продукт. Я смотрю с удовольствием! Просто жалко, что они сами не номинировались. У РБК – отличная служба информации.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Да, сейчас действительно много. В этом году выставлялось много программ Russia Today, просто они в тройки пока еще не вошли. Но я думаю, что в общем все впереди. И пятый канал питерский активно в этом году выставлялся. Были адекватные претенденты. Я вам честно скажу, что в некоторых тройках их выбирала и за них голосовала. Очень смешная реплика за подписью Бывший халявщик Витя: «Почему банкета не было? Я раньше любил поесть в ресторане с торца ГКЦЗ «Россия»!». Вот, наверное, потому, что таких халявщиков было много.

    В. ПОЗНЕР: И мы избавились от них. Да-да, именно поэтому.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Банкетов больше не делать, не тратить деньги спонсоров.

    В. ПОЗНЕР: Именно.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Ну что ж, самые печальные из всех рассуждений, которые велись вчера, – это реплики, типа «а не хотелось ли встать и уйти», которые раздавались. Вот почему вы не ушли, если вам что-то не нравится.

    В. ПОЗНЕР: Их задавала Ксения Ларина.

    Е. АФАНАСЬЕВА: Меня эти реплики всегда удивляют, потому что были года триумфа НТВ (полного триумфа!), были года, когда выигрывал Первый, тогда еще называвшийся ОРТ, были сезоны, когда канал «Россия» и в целом корпорация ВГТРК в прошлом году собрали больше статуэток, чем Первый. В этом году победил Первый, с большим отрывом, в принципе как и лидирует по рейтингам. Каждый год бывают те, кто побеждает, и те, кто проигрывает. Стоит ли ломать Академию?

    С. МАЙОРОВ: Нет, не стоит. Это допускать никоим образом нельзя, потому что это просто позор! У такой страны не будет своей премии?! Для меня это будет очень обидно, потому что мы гордимся своей победой. Правда, мы очень гордимся! И академики 13 голосов нам отдали триумфально не просто так.

    Е. АФАНАСЬЕВА: И те люди региональные, которые вошли в этом году в Академию, гордятся своей принадлежностью к корпорации!

    С. МАЙОРОВ: Это очень важно. Я, например, очень переживал за Максимовскую, зная, что она не получила. Можно было встать и уйти, но я не мог этого сделать, потому что я понимал, что есть еще «Завещание Ленина». А вдруг меня компьютер выберет, и я не отдам ему голос? Это вопрос ответственности.

    В. ПОЗНЕР: Два слова: не дождетесь!

    С. МАЙОРОВ: Спасибо!

    Е. АФАНАСЬЕВА: На этой оптимистической ноте мы и закончим программу «Телехранитель». В гостях у нас были Владимир Познер и Сергей Майоров. Спасибо! Я, Елена Афанасьева, с вами прощаюсь до следующего воскресенья, до свидания.

    Телехранитель: Итоги XIII церемонии “ТЭФИ”

    Гости: Владимир Познер, Сергей Майоров

    Подробнее →





    Комментирование закрыто.