Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив




  • Управление
  • 12 февраля 2006

    Времена. 12 февраля 2006 года

    Рубрика: Времена.


    ВЕДУЩИЙ: В эфире программа “Времена”, я – Владимир Познер. Ну, что ж, гром победы, раздавайся. В конце этой недели в Государственной Думе во втором чтении был принят закон, который не оставит равнодушным никого из вас. Он вызовет вашу горячую поддержку, в этом я не сомневаюсь.

    Итак, речь идет о новой редакции закона о рекламе. Если коротко, то законопроект вводит ограничение рекламы на алкоголь, табак, биодобавки и лекарства. Вводятся ограничения на то, кто может появляться в рекламе, ну, для врачей, скажем, актеров некоторые рамки ставятся. Принципиально можно сказать так: это попытка ограничить количество рекламы, это самое главное, что там есть. Если этот законопроект станет законом, то к 2008 году количество рекламы на телевидении в стране сократится ровно наполовину. Революционная вещь. Ну, что, вы блаженно улыбаетесь, радуетесь, поздравляете друг друга.

    Не спешите.

    Телевизионщики говорят так: они не ведают, что творят. Давайте разберемся. Ну, какие возникают вопросы? Есть опасения, что при сокращении рекламы товары подорожают, в обязательном порядке, то есть мы с вами будем платить больше за товары. При этом это ударит по нашему производителю кроме всего прочего, потому что крупный иностранный производитель спокойно или не очень спокойно, но переживет – это раз. Затем, количественное ограничение рекламы на телевидении вообще ударит по небольшим, независимым телевизионным компаниям в первую очередь, а в этом видят некоторую политическую подоплеку, то есть, как бы задавить вот эти самые маленькие независимые телевизионные компании вот таким вот образом – второй вопрос. Третий вопрос – передачи, в которых сильно ограничена реклама, просто перестанут появляться – это невыгодно, то есть детские передачи. Их просто не будет больше на телевидении или их будет очень мало. Третье – возможные последствия. Я говорю как возможно, не утверждаю, что это так. Правда, есть ощущение лично у меня, что мы имеем дело в какой-то степени с очередной такой популистской, что ли акцией. Ну, народ не хочет, не любит рекламу, нигде в мире, кстати, вот давайте мы народу и подфартим вот таким вот образом. Вроде просто и особых денег не требуется для этого. В общем, поговорим на эту тему с нашими гостями.

    Среди них разработчики этого проекта, я их называю. Справа от меня против часовой стрелки заместитель председателя Государственной Думы Владимир Семенович Катренко, рядом с ним сидит заместитель председателя комитета Государственной Думы по экономической политике, предпринимательству и туризму Владимир Ростиславович Мединский, напротив меня, это наши другие гости, представители медиа и рекламного сообщества, президент Национальной ассоциации телерадиовещателей и член Общественной палаты Эдуард Михайлович Сагалаев, президент Ассоциации Коммуникационных Агентств России Игорь Ростиславович Янковский и вот рядом со мной слева главный редактор журнала “Эксперт”, член Общественной палаты Валерий Александрович Фадеев. Всем вам добрый вечер.

    И на трибунах у нас эксперты. Справа от меня председатель Правления Международной Конфедерации обществ потребителей Дмитрий Дмитриевич Янин, и напротив меня генеральный директор Ассоциации рекламодателей Вадим Алексеевич Желнин. Здравствуйте.

    Давайте, Владимир Семенович, мы с вас начнем. Иногда складывается впечатление, что и вправду Государственная Дума живет в другой стране, а в самом деле, неужели нет ничего более насущного, чем вот этот “Закон о рекламе”. Вроде вот, в стране все хорошо, других проблем нет, давайте вот присмотримся к рекламе. Где пожар, объясните мне?

    Владимир КАТРЕНКО, заместитель председателя ГД РФ: Спасибо. Вы знаете, у широкого круга депутатов, в первую очередь “единороссов”, в последнее время очень часто возникает мнение, что наше телевизионное сообщество и наше рекламное сообщество тоже живут в другой стране.

    ВЕДУЩИЙ: То есть мы живем в разных странах?

    Владимир КАТРЕНКО: Да, у нас тоже такое впечатление создается. И если уж продолжать эту мысль, хотелось бы, чтобы вы, как представители телевизионного бизнеса и представители рекламного сообщества…

    ВЕДУЩИЙ: Я не телевизионный бизнес, я журналист.

    Владимир КАТРЕНКО: Владимир Владимирович, давайте мы так договоримся.

    ВЕДУЩИЙ: Ну?

    Владимир КАТРЕНКО: Я предполагаю, что вы должны здесь занимать нейтральную позицию.

    ВЕДУЩИЙ: Я все-таки хочу, чтобы вы меня правильно называли. Я не в бизнесе.

    Владимир КАТРЕНКО: Но, тем не менее, вы, судя по тем интонациям, которые прозвучали сегодня, вы как бы изначально уже на стороне тех наших…

    ВЕДУЩИЙ: Не спешите, не спешите.

    Владимир КАТРЕНКО: …коллег, которые представляют сегодня рекламное бизнес-сообщество. Так вот, мы не можем не реагировать на те пожелания, на те требования, которые звучат у широкого круга наших избирателей, мы просто не имеем на это права.

    ВЕДУЩИЙ: Вы реагируете на все требования у широкого зрителя?

    Владимир КАТРЕНКО: Нет, конечно. Мы стараемся, как мы уже выражались на этот счет в решении данного вопроса, касающегося рекламы, постараться пройти между Сциллой и Харибдой. И как нам это удалось, ну, покажет время. На мой взгляд закон достаточно сбалансированный.

    ВЕДУЩИЙ: Сцилла кто и Харибда кто, чтобы я просто понимал?

    Владимир КАТРЕНКО: Это интересы бизнес-сообщества, это интересы гражданского общества и это интересы государства.

    ВЕДУЩИЙ: Хорошо. Тогда уже трое, не только Сцилла, Харибда, но еще кто-то.

    Эдуард САГАЛАЕВ, президент Национальной ассоциации телерадиовещателей, член Общественной палаты: Хотелось бы знать, кто мы, конкретно.

    ВЕДУЩИЙ: Хорошо. Владимир Ростиславович, вот все-таки два, может быть, вопроса. Первый – в чем принципиальное новшество этого законопроекта, на ваш взгляд, и, во-вторых… Понимаете, я не хотел бы действительно выглядеть как ваш противник, но когда мне говорит заместитель спикера Госдумы, что мы не можем не реагировать на требования населения.

    Население бы очень хотело иметь гораздо более высокий минимальный уровень заработной платы, но вы же не принимаете такие законы, потому что вы их не можете принять. А тут вы можете принять, и вроде бы это получается, что на самом деле вы играете в игру, потому что у населения есть масса требований, гораздо более острых, чем вопрос рекламы?

    Владимир МЕДИНСКИЙ, заместитель председателя комитета по экономической политике, предпринимательству и туризму ГД РФ: Давайте все-таки два слова скажу о законе, потому что, Владимир Владимирович, из вашего представления там не совсем корректно расставлены акценты, просто хотел бы чуть-чуть уточнить. Во-первых, он рассматривает содержание рекламы. Что касается содержания? Я хотел бы, чтобы наши так называемые оппоненты высказали тоже по поводу содержания рекламы свое мнение потом. Он ограничивает рекламу казино, табака, алкоголя…

    ВЕДУЩИЙ: На телевидении?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Везде. Казино, табака, алкоголя, биологически активных добавок, лекарств, на что покупаются наши бабушки, покупая непонятно что и обманываясь фактически. Он регулирует рекламу телемагазинов, он запрещает рекламу спама во всех его видах, спама как компьютерного, так и с помощью телефонов, SMS и так далее. Далее. Он разрешает рекламу, разрешает, а не запрещает, в детских телепередачах. Вы говорите о том, что…

    ВЕДУЩИЙ: Это ошибка.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Это правда. Вы говорите о том…

    Эдуард САГАЛАЕВ: Внутри детских передач?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Да, внутри детских телепередач. Именно по действующему законодательству, сгоряча принятому коммунистической Думой в 1995 году, реклама в детских телепередачах запрещалась полностью и в результате на самом деле давайте, положа руку на сердце, скажем, – у нас нет российских детских телепередач.

    ВЕДУЩИЙ: Очень мало.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Очень мало. У нас есть покупные мультфильмы, причем, как правило, очень низкого качества, потому что купить хочется подешевле, естественно, а норму по проценту детского вещания надо как-то выполнить. И если канал подталкивается к покупке дешевой мультипликационной продукции, в промежутках между этими мультфильмами дети все равно видят рекламу. Ведь наши дети смотрят телевизор в любом случае. Поэтому наоборот, мы разрешаем рекламу в начале и непосредственно в конце детских телепередач, причем достаточно в большом количестве, чтобы стимулировать, таким образом, наших телепроизводителей, тех замечательных наших мультипликаторов…

    ВЕДУЩИЙ: Но не во время?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: …и художников во время детских телепередач после начала детской телепередачи и перед окончанием детской телепередачи.

    ВЕДУЩИЙ: Я говорю, внутри самой передачи.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Я спросил внутри? Да? Вы говорите – да.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Мы не разрешаем прерывать детские телепередачи.

    ВЕДУЩИЙ: То есть, можно либо перед, либо после, но не во время.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Нет, после начала и перед окончанием.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Вы только что сказали, что можно внутри.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Это перед окончанием считается внутри.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Перед окончанием – это внутри.

    Владимир КАТРЕНКО: Мы как раз и настаиваем на том, что с учетом восприятия детской психики прерывать детские передачи нецелесообразно. Мы эту норму учитываем.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Нет, это понятно. Я просто спросил – внутри можно? Вы говорите – да, можно.

    ВЕДУЩИЙ: Внутри нельзя, понятно.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Нельзя блоками прерывать детские телепередачи, но это время, таким образом, стимулируется производители под создание детских телепрограмм, потому что как сейчас создаются российские телесериалы. Это первое. И только второй аспект касается количества рекламы. Я скажу так, что, в частности, регулирование общей продолжительности рекламы, тоже никакой велосипед не изобретен. Есть европейская конвенция, так называемая, о трансграничном телевизионном вещании, которую все государства-члены Совета Европы должны соблюдать. И в этой конвенции черным по белому написано, что совокупное количество рекламы в течение часа не должно превышать 20 процентов продолжительности этого часа, то есть 12 минут. Именно эта норма и вводится, начиная с 1 июля следующего года.

    ВЕДУЩИЙ: У нас 40 процентов, да?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: У нас на данный момент, к сожалению, вообще никак количество рекламы не ограничено.

    ВЕДУЩИЙ: Вы знаете, я работал раньше в Федеральной конкурсной комиссии по частотам, где четко сказано – 25 процентов.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Это неправда, Владимир Владимирович.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Это правда. Я сейчас работаю в этой комиссии.

    ВЕДУЩИЙ: Как это неправда, когда это написано? Нарушают, может быть, но ограничение существует.

    Владимир КАТРЕНКО: Существующий закон не регулирует. Новый закон устанавливает более четкие рамки.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Просто в сутки, Владимир Владимирович, можно было 20 процентов в сутки. А теперь сказали – 20 процентов в час, причем не просто в час вещания телевизионного, как было бы понятно вот профессионалам, а в астрономический час. А астрономический час применительно к телевидению – это бред, потому что телевидение состоит из передач 13 минут, 26 минут, 49 минут, 56 минут и так далее. И поэтому мы не понимаем сейчас, что нам делать с этим астрономическим часом. Извините, я перебил.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Кроме этого устанавливается максимальная продолжительность одного рекламного блока. Ну, мы все с вами все-таки живем в одной стране и смотрим телевизор.

    ВЕДУЩИЙ: Да, но только что мы установили, что в разных.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Дело в том, что продолжительность рекламного блока действительно очень раздражает телезрителей. Когда рекламный блок составляет 7-8, до 9 минут иногда доходит, это, конечно, за рамками здравого смысла. Более того, как мне кажется, это не только обман телезрителей, которые хотят посмотреть фильм и телепередачу, это обман рекламодателей, потому что рекламодатель покупает количество контактов и не может повлиять на позиционирование собственного ролика. Когда его ролик идет под номером 16, эффективность этого ролика крайне низка.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Переключит на другой канал.

    Валерий ФАДЕЕВ: Он хочет смотреть кино, а на другом канале тоже реклама. Вот по существу. Я иногда вечером смотрю телевизор, по вечерам, вот это уже, видимо, не прайм-тайм, а чуть позднее.

    Я за рекламу, вы поймите, я целиком за, но это начинает напоминать анекдот советских времен, когда человек приходит домой, включает телевизор – там Брежнев, он переключает на другой канал – там опять Брежнев, на третий – Брежнев, а на четвертом человек в штатском ему говорит: я тебе по переключаю. Мы с рекламой имеем такую же ситуацию, и мы идем по неверному пути. Нельзя увеличивать объем рекламного времени, надо цены поднимать. Правильный путь, я говорю сейчас не как журналист, а как предприниматель отчасти, надо цены поднимать, надо пытаться выжать с этого рынка столько же денег. Как это сделать? Это сложно. Я согласен, что там есть вот огрехи очевидные, что контракты заключаются на год, а с полугодия уже вводятся новые какие-то правила. Конечно, надо с этим бороться, конечно, надо победить. Но мы должны вместе понять стратегию, которая позволила бы нам зарабатывать столько же денег, сколько раньше.

    ВЕДУЩИЙ: Игорь Ростиславович, по данным Международной Ассоциации Маркетинга, есть такая, 75,5 процентов жителей России относятся к рекламе отрицательно. Я думаю, что в любой стране будет примерно такой процент. Около 80 процентов опрошенных считают, что вся или почти вся реклама вводит в заблуждение, я думаю, что тоже это не специфически русское отношение к этому, более половины опрошенных реклама в основном раздражает, ну, еще бы, и, наконец, почти треть вообще не верят рекламе, это вот я как раз отношусь к этой трети, но это другое дело. Скажите, кто отвечает за качество рекламы: производитель продукта, производитель рекламы или тот, который разместил эту рекламу? Вот кто должен нести ответственность за то, что вот если я буду чистить зубы такой пастой, то все девушки меня будут любить.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Все вместе.

    ВЕДУЩИЙ: Как все вместе?

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: А вот так, все и отвечают.

    ВЕДУЩИЙ: Они действительно отвечают или никто не отвечает?

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Нет-нет, все действительно отвечают, и отвечаем мы и по закону, и есть у нас закон, он действует, следят за добросовестностью рекламы. Это раз. Производитель рекламы тоже, он не может предоставить заведомо неправильный товар, и когда мы приносим рекламу даже к вам на телевидение, там ее внимательно рассматривают и если она не подходит по каким-то рамкам, она не выходит в эфир.

    ВЕДУЩИЙ: Ну, вот, скажем, есть одна радиостанция, где очень часто рекламируют медицинский товар. Говорят, что все волосы вырастут, ну, понимаете сами. А потом делается так: такая музычка, блям-блям, – посоветуйтесь с врачом. Таким образом, снимают с себя ответственность: вот мало что тут сказали, вы все-таки посоветуйтесь с врачом. Это вот как?

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Да. Есть такая хитрость и вот как раз об этом и говорили, вот кто заинтересован, кто мучается. Вот все говорили – вот будет реклама страдать. В общем, мы приспособимся ко всему, реклама. Мы найдем выход и найдем пути.

    Вот эта блям-блям, музычка – посоветуйте с врачом – конечно, ход.

    ВЕДУЩИЙ: Конечно, ход. Сказали.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Но действительно надо посоветоваться с врачом.

    ВЕДУЩИЙ: Я с вами совершенно согласен. У меня есть к вам предложение. Сейчас мы с вами посмотрим сюжет. Этот сюжет неизбежен, поскольку сейчас будет реклама.

    ВЕДУЩИЙ: Ну вот, мы с вами посмотрели рекламу. Я так быстро записал, сперва рекламируется “Форд” и якобы будут замечательные выходные дни, если вы будете ездить на “Форде”, понимаете, что получается. Правда? Ну, иногда, правда, иногда нет, и так далее. Зрение, вот эта самая там черника какая-то. На самом деле помогает? Я не знаю.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Посоветуйтесь с врачом.

    ВЕДУЩИЙ: Но там не говорят – посоветуйтесь с врачом. Владимир Ростиславович, вот в законе о лекарственных средствах и биодобавках там говорится, что их реклама ограничена, что врачи не должны их рекламировать?

    Эдуард САГАЛАЕВ: Люди в белых халатах.

    ВЕДУЩИЙ: Люди в белых халатах. Но здесь же их не было, смотрите?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Речь идет о другом. Речь идет о том, что закон вообще запрещает использование образа врача, в какой бы то ни было рекламе.

    ВЕДУЩИЙ: У нас?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: В России.

    ВЕДУЩИЙ: В Германии я видел сам, как врач рекламирует.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Вот наш проект предлагает запретить использование образа врача в любой рекламе, кроме рекламы профилактических средств, однозначно полезных, типа, например, зубной пасты. Потому что доверие к образу врача, исторически так у нас в стране, к счастью, сложилось, очень высокое и когда врач, а на самом деле это не врач, а актер в белом халате, рекламирует жевательную резинку как средство от кариеса, у стоматолога это вызывает улыбку. Это неправда. Вот в том рекламном блоке, что мы видели, он непродолжительный, хороший рекламный блок.

    ВЕДУЩИЙ: Две с половиной минуты.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Это хорошо. В нем было две рекламы биологически активны добавок, вот от печени и от зрения. Если мы еще раз посмотрим, они представлены как реклама лекарств, но реально эти добавки ни от чего не лечат. Ну, в лучшем случае они как-то там чуть-чуть добавляют, может быть, полезных веществ. По нашему закону…

    ВЕДУЩИЙ: Это нельзя показывать?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Это можно, конечно, показывать, но надо будет указывать, что это не является лекарством, что это биологически активная добавка и тогда уж вы делайте соответствующие выводы сами. Но я бы хотел вот что сказать. Вот все-таки мы спорим все время о продолжительности рекламы. Это ведь только один узкий аспект данного закона. Я так понимаю, что если отвлечься от продолжительности рекламы на телевидении, то все присутствующие здесь, за круглым столом сидящие, этот закон поддерживают, с точки зрения содержания рекламы.

    Валерий ФАДЕЕВ: Вот я не поддерживаю. Владимир Владимирович тему затронул, другую тему, и она совсем в стороне остается этих ограничений.

    По крайней мере, до позавчерашнего дня там было серьезное ограничение, скажем, запрет на использование памятников истории и культуры в рекламе. Он остался, этот закон?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Конечно.

    Валерий ФАДЕЕВ: Остался. Вот один из самых популярных памятников истории и культуры в рекламе, например, Джоконда или статуя Свободы и запретить использовать вот такие важные вещи – это значит очень серьезно ограничить творческую работу, очень креативную работу, очень серьезно ограничить.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Вы сказали, прозвучало так, будто бы в законе есть то, что вообще использовать.

    Валерий ФАДЕЕВ: Да, именно так.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Прописывается гораздо более тяжелый механизм и при наличии определенных согласований, разрешений и так далее это делать можно. Нельзя впрямую наружной рекламой портить архитектуру.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Вы не поняли, здесь прозвучало так, что использовать образ.

    ВЕДУЩИЙ: Вы мне можете объяснить, где пожар? Почему вам не разработать это так… Ну, хорошо, вот уже мы имели 122-й закон. Вот почему нельзя действительно пройтись тщательным образом, со всеми переговорить, выяснить все блохи и принять такой закон, что просто сердце радуется. Вот все эти люди, здесь сидящие, они же не противники.

    Валерий ФАДЕЕВ: Боюсь, что такого закона нельзя принять.

    ВЕДУЩИЙ: Можно принять, ерунда.

    Валерий ФАДЕЕВ: Такого не бывает.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Хотя бы чуть получше.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Ну почему нельзя, допустим, ввести закон в действие не с июня 2006, а с января 2007, когда кончится действие контрактов.

    Валерий ФАДЕЕВ: Вот совершенно ясно, что сокращение рекламного времени на телевидении приведет к определенному перетоку рекламы в прессу, а я представитель прессы и мне это выгодно. Я поэтому сижу и помалкиваю, если уж на то пошло.

    ВЕДУЩИЙ: Вот так. Позвольте, я все-таки включу наших экспертов. Дмитрий Дмитриевич, у меня к вам вопрос. Ваша организация, насколько мне известно, требовала ограничить рекламное время. Я вас цитирую: “Телевизионная рекламная продукция является наименее адресным инструментом продвижения продукции и почти всегда обоснованно раздражает”. Это ваша цитата. У меня к вам два вопроса. Если рекламная продукция так уж безадресна, почему готовы платить такие гигантские деньги за рекламную минуту на телевидении? Ведь не дураки? А у нас маленькие еще деньги. Сегодня в США в прайм-тайме одна минута рекламного времени стоит 600 тысяч долларов. Одна минута. Так что, наверное, они понимают, что делают. Второй вопрос – что значит, обоснованно раздражает? Прошу.

    Дмитрий ЯНИН, председатель правления Международной Конфедерации обществ потребителей: Спасибо за вопрос. Действительно, как сейчас устроен российский рекламный рынок? 50 процентов всех денег идет на телевидение. Что такое телевизор? Телевизор смотрят и школьник, и пенсионер. Если вы продаете какой-то продукт, рассчитанный на средний класс, например, машину, эту рекламу, не хочу называть марку автомобиля, который стоит 70 тысяч долларов, смотрит и человек, который получает 3 тысячи рублей, и человек, который получает 100 тысяч долларов.

    ВЕДУЩИЙ: А почему это так вас заботит?

    Дмитрий ЯНИН: Понимаете, телевизор рассчитан на всех, его смотрят все люди, и есть люди, которые не могут спокойно воспринимать очень многие утверждения, которые вам и мне кажутся абсолютно нормальными.

    ВЕДУЩИЙ: А вот как эти люди, когда они идут по улице и видят, что едет 600-й “Мерседес”. Что, надо запретить на нем ездить?

    Дмитрий ЯНИН: Аналогичная ситуация с наружной рекламой. Это два носителя, которые работают не с целевой группой, а со всеми. И во многих странах именно и приняты ограничения на объемы рекламы на телевидении, чтобы эту рекламу сделать более дорогой и чтобы компании, продающие нишевые товары, не продавали эту продукцию с использованием телевизора.

    ВЕДУЩИЙ: Что такое нишевый товар?

    Дмитрий ЯНИН: Это, например, дорогой автомобиль. Его, конечно, если бы реклама была бы дорогой.

    ВЕДУЩИЙ: Вот “Форд” продается, мы рекламируем сейчас, в 6 часов вечера. Это что, дорогая машина?

    Валерий ФАДЕЕВ: В России – да.

    Дмитрий ЯНИН: В России – да.

    ВЕДУЩИЙ: “Форд”?

    Валерий ФАДЕЕВ: В России это нишевый товар.

    Эдуард САГАЛАЕВ: У нас же “Форд” покупают.

    ВЕДУЩИЙ: Еще как покупают, очередь на “Форд”.

    Дмитрий ЯНИН: Надо сопоставлять со средней зарплатой все-таки. Для простого человека это дорогой автомобиль. Сейчас впервые, когда депутаты приняли во втором чтении норму, которая устанавливает те ограничения, которые действуют на Украине, в Польше, в Европе, в разных странах по уровню развития, но эта норма доступна всем.

    ВЕДУЩИЙ: Дмитрий Дмитриевич, если бы только мы все делали как в Польше, как в Европе и так далее, я бы не возражал, но каждый раз, когда нам надо что-то отстоять, что не очень нравится, мы ссылаемся на них, а когда не нравится, мы не ссылаемся на них. Это вообще не аргументы уже, это из другой области. Вадим Алексеевич, хотел бы вас спросить. На ваш взгляд, как вам кажется, вырастет ли, наверное, вырастет, цена рекламного времени, если да, то насколько и скажется ли это на самом деле на ценах на товары, потому что эксперты утверждают, что вообще отечественный производитель пострадает более всего. Так, не так, ваш взгляд?

    Вадим ЖЕЛНИН, генеральный директор Ассоциации рекламодателей: Начну с конца. Конечно, прежде всего, пострадает отечественный производитель, который сегодня, слава Богу, и, наконец, благодаря экономическому росту, выходит на уровень возможности размещать телевизионную рекламу. Это очень важно для бизнеса. Все-таки я хотел бы сказать, реклама вроде бы никому не нужна: телезрителям не нужна, телевизионщики скрепя сердце, смирятся с ней, как же еще по-другому содержать телевидение. Кому же она нужна? А нужна она, прежде всего товаропроизводителям. И я хочу всем все-таки напомнить, что люди, кроме того, что смотрят телевизор, иногда ходят на работу и там, где они работают, успех того предприятия, на котором они работают и в конце концов их успех тоже зависит от того, насколько развивается предприятие. Наш рынок сегодня и рынок производства потребительских товаров, слава Богу, на подъеме.

    И в этом смысле очень жаль, что возникают совершенно искусственные затруднения для развития наших производителей. Потому что именно наши производители, прежде всего, пострадают от повышения цен. Большое повышение цен на рекламу. Вот Владимир Владимирович назвал цифру, порядка полутора раз уменьшается тот реальный ресурс, который будет сокращен, для возможности рекламироваться. Цены при этом вырастут, по-видимому, выше, на рекламу. Многие не смогут размещаться по ценам. Многие не смогут размещаться, потому что сократился физический объем рекламы. По какой цене не продавай, часть российских производителей потеряют возможность рекламироваться на телевидении.

    ВЕДУЩИЙ: Понятно. Владимир Семенович, что вы думаете по этому поводу?

    Владимир КАТРЕНКО: Я думаю, что здесь опять идет эмоциональное обсуждение популярной темы.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Какое же эмоциональное?

    Владимир КАТРЕНКО: Нет, это эмоциональное обсуждение. Мне, например, ближе точка зрения моего коллеги, выступившего чуть ранее. Второе, я хотел бы уточнить. Не надо создавать впечатление, что широкий круг депутатов… из присутствующих 390 человек 352 проголосовали за данный законопроект. Я хочу подчеркнуть, что он разрабатывался более полутора лет.

    ВЕДУЩИЙ: Хотите я вам приведу пример, когда так же голосовали и потом поправили.

    Владимир КАТРЕНКО Я все-таки считаю, что главный судья находится за пределами этой студии. Это люди с юга России, с Дальнего Востока, с Сибири, центральной России и им, в конце концов, определять, правильно поступили депутаты, их избранники…

    ВЕДУЩИЙ: Это вот не эмоциональное сейчас у вас, нет?

    Владимир КАТРЕНКО: Может быть да, но я вынужден подчиниться.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Это популизм называется.

    ВЕДУЩИЙ: Это чистый популизм. Мы говорим о том, что будут расти цены на товары.

    Владимир КАТРЕНКО: Они будут расти, но мы забываем о том, что будет расти и другой сектор рекламного рынка, мы как-то об этом скромно забываем.

    ВЕДУЩИЙ: Какой?

    Владимир КАТРЕНКО: Есть рекламные агенты, есть средства массовой информации, печатные средства массовой информации.

    ВЕДУЩИЙ: Я имею в виду другое, что вот эти люди, о которых вы печетесь, им придется платить больше за товары. Вот раз вы так за них печетесь, вы это посчитали или нет?

    Владимир КАТРЕНКО: Мы посчитали, Владимир Владимирович. На основании научно обоснованных расчетов данная норма, она, во-первых, приближается к международным стандартам, а во-вторых, она научно обоснована.

    ВЕДУЩИЙ: Хорошо. Прошу вас.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Я бы хотел очень рационально, с вашего позволения. Во-первых, основные ограничения на количество телевизионной рекламы, наиболее резкие, вступают в действие не с 1 июля, а только с 1 января 2008 года, с отсрочкой почти в два года. Это, во-первых, основание данного закона. Читайте переходные нормы, пожалуйста.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Не все.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Во-вторых, телевидение лишь один из секторов рекламы. Общее количество рекламы никаким образом не ограничивается и если часть денег перетечет, в том числе малых товаропроизводителей, с телевидения в газеты, в журналы, в наружную рекламу, на радио, они все равно получат возможность продвигать свой товар.

    В-третьих, реклама является лишь одним из факторов ценообразования, причем очень и очень небольшим. Говорить о том, что уменьшение телевизионной рекламы приведет к росту цен на товары – это вообще ничего не знать об экономике. В-четвертых, было много очень радикальных…

    ВЕДУЩИЙ: То есть вы это отвергаете, полностью?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Я это отвергаю абсолютно, потому что я работал в рекламе, я работал в средствах массовой информации. Это лишь один из небольших факторов маркетинга и один из факторов формирования цены, 2-3 процента. При перетекании рекламы в другие сектора этот фактор нивелируется. В-четвертых, было много очень совсем радикальных предложений. Я очень люблю телевидение, и Владимир Семенович очень любит телевидение, и мы все тут вместе собравшиеся, наверное, хотим, чтобы рекламы было меньше. В идеале, вообще в идеале должны быть отдельные рекламные издания и отдельные рекламные каналы.

    ВЕДУЩИЙ: В идеале существует общественное телевидение, как Би-Би-Си, которое не имеет вообще рекламы и которое поддерживается населением. Но есть коммерческое телевидение и коммерческое телевидение не может быть качественным без рекламы. Или вы полагаете, что, сокращая рекламу, можно сохранить качество производства, например, сериалов, которые без рекламы жить не могут?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: С вашего позволения я закончу. Идеальная ситуация – это общественное телевидение, как в Великобритании, когда каждая семья платит 11 фунтов, это примерно 600 рублей в месяц, за содержание “Би-Би-Си”.

    ВЕДУЩИЙ: 400 долларов в год.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Меньше.

    ВЕДУЩИЙ: Я этим занимаюсь плотно.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: И я этим занимаюсь. 130 фунтов в год платится.

    ВЕДУЩИЙ: Во-первых, 200 фунтов сейчас и помножьте на два, 400 долларов в год. У нас об этом не то, что думать, этого не может быть.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Потому что это очень большие деньги.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Вы уводите в абстракцию. Владимир Владимирович, я только что приехал из Красноярска, где собрал всех руководителей всех телевизионных каналов, которые сказали, что это удар по коммерческому и независимому телевидению, потому что такие крупные, серьезные федеральные каналы, такие как “Первый канал”, как РТР, они, конечно, устоят. Я, например, не против, чтобы какая то часть денег перетекла в печатную прессу.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Перечет в региональные каналы в том числе.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Нет, нет.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: В малые коммерческие каналы перетечет.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Категорически нет, это демагогия и незнание предмета, потому что это повлечет за собой удорожание рекламы, а удорожание рекламы соответственно отпугнет отечественных товаропроизводителей, а “Форд” не любит размещаться на региональных каналах.

    Владимир Семенович, вы говорите, что все время эмоционально. Вот вы так заботитесь о телевидении, о других источниках, например, о финансировании телевидения.

    Почему вы не примете закон об охране интеллектуальной собственности, почему вы не примете меры к тому, чтобы не было контрафактной продукции. Чтобы “Мастер и Маргарита”, чтобы “Золотой теленок”, чтобы “Турецкий гамбит” и так далее, так далее, все бестселлеры, “Дневной дозор”, “Ночной дозор” не продавались на всяких толкучках, а деньги на телевидение, которое их производит, не поступали бы. Это был бы хороший источник для телевидения, еще один не рекламный.

    ВЕДУЩИЙ: Позвольте привести две цитаты. Вот первая, это участник рекламного рынка. Вот он говорит так: “В условиях подобного рода законодательных ограничений телевидение в России перестает быть интересным, падает его стоимость, снижаются интересы инвесторов и возможность соревнования коммерческого”. И еще: “Под ударом окажется одно из основных достижений современного российского телевидения – рынок производства фильмов и сериалов, который сегодня живет в основном на рекламные деньги”. Это цитата руководителя канала СТС Александра Роднянского, который, скажем, не хуже любого из здесь сидящих понимает, как может жить телевидение. Вот это вещи, которые, как мне кажется, мы их просто игнорируем и вы говорите – нет, этого не будет, этого не будет, мы заботимся о народе. А на самом деле что происходит? Вы, например, сказали, Владимир Ростиславович, такие были слова, в пятницу вы говорили: “Та реклама, которую мы с вами видим в газетах и с экранов телевизоров есть плата за подлинную независимость СМИ, плата за свободу слова?” Это что значит?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Это правда, мы так считаем.

    ВЕДУЩИЙ: А как это плата? Я не понимаю.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Это означает то, что если убрать всю рекламу с экранов… Реклама – это основной источник существования независимых средств массовой информации. Вы согласны с этим?

    ВЕДУЩИЙ: Да. Почему ее надо ограничивать?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Поэтому то, может быть, неудовольствие, с которым мы иногда видим рекламу, мы должны понимать, что мы, таким образом, оплачиваем существование данных средств массовой информации.

    ВЕДУЩИЙ: Тогда это вступает в противоречие с тем, что вы пытаетесь сделать.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Боже упаси, ни в коем случае.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Вступает, вступает.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Ни в коем случае. Дело в том, что в той же Великобритании, которую мы приводили в качестве примера.

    ВЕДУЩИЙ: “Би-Би-Си”.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: На остальных коммерческих каналах законодательно количество коммерческой рекламы ограничено 10 минутами в час.

    ВЕДУЩИЙ: Ну?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: У нас по законопроекту…

    ВЕДУЩИЙ: Вы можете мне объяснить, почему вы ссылаетесь на Великобританию? Давайте сделаем все, как в Великобритании…

    Эдуард САГАЛАЕВ: У нас реклама дешевле чем в Польше, между прочим.

    ВЕДУЩИЙ: …потому что в Америке из каждого часа 16 минут рекламы, и стоит она в 100 раз больше.

    Валерий ФАДЕЕВ: Владимир Владимирович, вот сейчас опять мы уходим от темы. Вот сейчас было сказано: в Великобритании ограничения 10 минут, а цена в России ниже, чем в Польше, цена рекламного времени. Мы сами загнали себя в тупик.

    Расширяя предложение времени, некоторые телевизионные каналы фактически демпингуют, они снижают цену, пытаясь забить все больше и больше времени. Это порочный, неправильный путь. О чем говорит Сагалаев? Меньше времени, но выше цена. Конечно, цена должна быть выше, чем в Польше, примерно такой же как во Франции или в Италии.

    Эдуард САГАЛАЕВ: А наш отечественный товаропроизводитель не сможет размещать по такой цене.

    Валерий ФАДЕЕВ: Сможет.

    ВЕДУЩИЙ: Прошу вас.

    Владимир КАТРЕНКО: В ответ на реплику Эдуарда Михайловича хочу сказать, что в течение последних 6 лет принято очень много конкретных, важных и нужных решений. И что касается борьбы с тем контрафактом, который серьезно мешает развитию сегодня рекламного бизнеса, это хочу заявить на всю страну, следующий шаг “Единой России”.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Я бы хотел вот о чем сказать. Вы знаете, сократится время, цена поднимется – это 100 процентов. Все заплатить не могут. Заплатят, наверное, только те, кто у нас хорошо себя чувствует, а это, как ни жалко, но это, в общем, транснациональные компании. И, следовательно, наш народ, который вы представляете, не понимая этого, себя ограничит в выборе.

    Владимир КАТРЕНКО: Почему вы народ считаете глупее нас с вами?

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Нет, я не считаю ни в коем случае. Вы поймите, идет реклама, она подспудно все равно влияет, подспудно действует на него и человек все равно пойдет и будет это выбирать, это покупать, и мы как-то ограничиваем людей в своем выборе. Эта есть опасность. Я еще раз говорю… Вот вы говорите, что не будет хватать денег на сериалы. Мне кажется, деньги будут, потому что не уменьшится, на телевидении, сколько было денег, может быть…

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Все равно будут выделены.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Будут выделены, просто будет другая цена. Но люди будут видеть не ту ширину аспекта товаров, которую могли бы увидеть. Они будут лишены права выбора.

    Эдуард САГАЛАЕВ: У меня вопрос к Владимиру Семеновичу. Владимир Семенович, вам понравилось, что вот эти сериалы, замечательные, последние, они, особенно первые серии, вообще шли без рекламы.

    Владимир КАТРЕНКО: Очень понравилось.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Всем понравилось, правда? И мне очень понравилось. Но вот теперь этого не будет после этого закона, потому что раньше телевизионщики могли варьировать, в эти 2 часа вообще ничего не дать, а в следующие чуть побольше дать. Теперь они не могут дать там побольше и они будут вынуждены давать здесь тоже, понимаете? То есть вы лишаете…

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Просто смешно.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Почему смешно?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Это не аргумент.

    Эдуард САГАЛАЕВ: Почему не аргумент? Я 30 лет проработал на телевидении, и почем вы говорите, что это смешной аргумент.

    ВЕДУЩИЙ: Вы работали на телевидении?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Нет, я не работал на телевидении.

    ВЕДУЩИЙ: А как же, вы же сказали?

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Я работал в газете, в информационном агентстве.

    ВЕДУЩИЙ: Ну, все-таки согласитесь, это другая специфика.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Другая специфика. Владимир Владимирович, мы вот здесь же, на Первом канале, я помню, комментировали закон о рекламе весной, после первого чтения. Я смотрел эту передачу в программе “Время” с вашим интервью, вы сказали, что это замечательный закон, очень справедливый, очень разумный и так далее.

    ВЕДУЩИЙ: Да, да, и был. Но он стал другим.

    Владимир МЕДИНСКИЙ: Получается, что спорим с вами только об одной единственной поправке, касающейся непосредственно ограничения количества рекламы на центральных телеканалах, правильно? Мы только об этом спорим?

    Эдуард САГАЛАЕВ: Нет, я лично вообще за региональное телевидение.

    Игорь ЯНКОВСКИЙ: Нет, нет. Можно я скажу? Когда меня позвали сюда на встречу, я судорожно стал искать материалы, потому что я даже не знал, о чем сейчас говорить и я еще детально не проработал все, что вы утвердили в пятницу. В пятницу вы утвердили, сегодня уже воскресенье, я не успел это. Я хочу посмотреть, явно там что-то есть. И поэтому огульно вот сейчас на телевидении заявить – мы все-все за, вот только вот это против, – нет, хотелось бы еще внимательно почитать.

    ВЕДУЩИЙ: Уважаемые господа, к сожалению, время-то жесткая вещь на телевидении. Газеты можно держать и смотреть, и на свет, а программа кончается. Мне совершенно одно очевидно из нашей программы – что этот законопроект далек от совершенства. Там есть очень серьезные вопросы, которые, как мне кажется, стоило бы все-таки присмотреться к ним, потому что здесь нет противников. Когда я говорил тогда, что этот законопроект замечательный, я так считал, а сейчас не считаю, это не только вопрос ограничения времени рекламы, который под конец, под сурдинку быстренько был предложен. Это так. Я вот что хочу сказать. Вот мы говорили об Англии, “Би-Би-Си-1″, “Би-Би-Си-2″, почти нет рекламы. Зритель платит за каждый телевизор порядка 380 долларов в год. За каждый. Если у него 2 телевизора, это он платит соответственно 760 долларов, если у него четыре телевизора, умножьте на четыре, он платит за каждый телевизор. Эти деньги идут на “Би-Би-Си” и поэтому “Би-Би-Си” может существовать без рекламы. Вместе с тем 2 года назад эксперты задали радиослушателям и телезрителям прямой вопрос о степени доверия к “Би-Би-Си”. Так оказалось, что 59 процентов британской публики разделяют мнение редакции “Би-Би-Си” против 41, которые разделяют мнение Тони Блэра, потому что это независимое общественное телевидение и это ставит очень серьезные вопросы применительно к нам, понимаете это, да? На самом деле, если спросить вас, уважаемые зрители, вот вы, сколько готовы заплатить в год, чтобы не было рекламы и было общественное телевидение? Сколько вы готовы заплатить в год? 200 рублей, 500 рублей, тысячу рублей, чтобы было на самом деле телевидение, независимое от бизнеса и независимое вот власти. Хотелось бы услышать ваш ответ. Я вас всех благодарю за участие, сейчас будет реклама, а потом я завершу программу.

    ВЕДУЩИЙ: Вчера и сегодня в разных городах России прошли демонстрации, продолжатся они, многих автомобилистов.

    Это по поводу приговора, вынесенного Олегу Щербинскому, водителю, который якобы был виноват в гибели губернатора Алтайского края Михаила Евдокимова и его охранника, ну и водителя. Как вы, наверное, помните, Щербинский хотел сделать поворот налево, а в это время его обгонял “Мерседес”, выезжая даже на встречную полосу со скоростью 150-200 километров в час, как говорят. Щербинский не успел среагировать, естественно, он смотрел не назад, а вперед, ну, вот произошло то, что произошло. И вот протест значительный. Бывший начальник ГИБДД России Владимир Александрович Федоров высказался в том духе, что, конечно, суд несколько односторонний и надо полагать, что все-таки водитель Евдокимова тоже несет определенную ответственность за то, что произошло. Я вспомнил опять замечательного английского писателя Джорджа Оруэлла, замечательную книгу “Скотный двор” и замечательные слова, которые там звучат: все животные равны, но некоторые ровнее других. Вот такие Времена.

    »crosslinked«




    Комментирование закрыто.