Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив



Купить ДЕТСКИЕ ТУФЛИ 7км ОПТОМ http://www.flamingokids.ru/pages/65.html.

  • Управление
  • 15 февраля 2011

    Франция Познера.

    Рубрика: Интервью, Новости.


    В издательстве “АСТ” вышла книга Владимира Познера “Тур де Франс. Путешествие по Франции с Иваном Ургантом”. Книга стала дополнением к фильму, прошедшему на “Первом канале”. О том, чем французы отличаются от россиян, мимо чего во Франции нельзя пройти и почему в этой стране умеют получать удовольствие даже от мелочей, Владимир Познер рассказал обозревателю “Недели” Елене Лория.

    Маршрут проложат итальянцы

    - Владимир Владимирович, почему вы решили еще и книгу написать? Что-то осталось за кадром?

    - Телевизионный формат никак не позволяет рассказать обо всем, разъяснить какие-то вещи, раздумывать вслух. Все-таки телевидение – совсем другой инструмент. Поэтому я и решился написать книгу.

    - Раньше советские люди смотрели на мир глазами Сенкевича. Сейчас россияне видят мир глазами Познера.

    - Это не так. Все-таки мир Сенкевича – а он делал замечательные передачи – туристический. То, что делаю я, – попытка проникнуть в суть страны, живущих там людей и развеять существующие мифы. Для меня это очень важно, потому что Россия в течение всей своей истории была отрезана от мира самыми разными обстоятельствами, начиная с татарского ига и заканчивая советской властью. Эта обособленность сыграла дурную шутку с Россией и с менталитетом русских людей. Мне хочется хоть немножко это изменить.

    - Какая страна на очереди после Франции?

    - У нас сейчас запланирован фильм по Италии. Но он будет другим. Если Америка и Франция для меня страны родные, то Италия – нет. Мы с Иваном будем для себя открывать не туристическую Италию. А что будет после нее, я не загадываю.

    - Когда начнутся съемки?

    - По-видимому, в конце февраля. Сначала снимем интервью с известными и не очень известными итальянцами. В конце каждого интервью мы будем задавать два вопроса: “Если бы я мог поехать только в одно место в Италии, куда бы вы посоветовали?” И второй: “Если бы я мог съесть одно итальянское блюдо, какое это будет блюдо и где его лучше всего готовят?” Вторая часть съемок – поездка по Италии в названные людьми места с поеданием этих блюд. При окончательном монтаже это место и это блюдо будут введены в тело интервью с героем.

    - То есть ваш маршрут будут прокладывать итальянцы?

    - Да. Если я разговариваю, условно, с Моникой Белуччи и она говорит – знаете, вам надо поехать туда-то, – вот это и будет одной из точек маршрута.

    - Нет желания поездить так по России?

    - Это, конечно, очевидная идея. Но есть сложности. У меня, как у человека, живущего в России много лет, глаз замылен. Должен ездить иностранец и видеть то, что мы уже не видим. Я всем рассказываю историю про своего внука. В десять лет он приехал в Россию из Германии, где он родился. Немецкий мальчик, несмотря на то, что мать его русская. Едем мы по дороге, и внук меня спрашивает: “Скажи, пожалуйста: а почему столб кривой?” В Германии-то все столбы прямые. А мы своих кривых столбов не замечаем, понимаете? Поэтому, если бы такой фильм снимался, я хотел бы быть “российским голосом”. Иностранец скажет что-то, а я отвечу: ничего подобного, на самом деле все так-то и так-то. Но сложно найти подходящего человека. К тому же необходимо, чтобы иностранное телевидение захотело сделать такой фильм для себя.

    Вино – это радость

    - В какие страны вам еще бы хотелось съездить?

    - В Японию. Я был там очень недолго и хочу вернуться хотя бы на три недели. Она меня пленила. Хотелось бы поездить по Латинской Америке. Поеду сейчас в Иорданию, Петру посмотреть.

    - Европа больше привлекает?

    - Обожаю Европу, просто балдею от нее. Я европеец и очень рад этому. Хотя гордиться тут нечем, потому что гордиться надо тем, что ты сделал.

    - Что особенно запомнилось во время съемок во Франции?

    - Общение с французскими виноделами. Это люди, работающие на земле, с грубыми руками, обветренные. Но их любовь к делу – как они касаются лозы, как они трогают землю, как они пробуют вино – это поэзия. По-другому не скажешь. Эмоционально это было для меня очень сильной вещью.

    - Вы ездили по Франции на трех машинах. В книге пишете, что там очень суровая дорожная полиция, жесткие штрафы. А манера вождения французов отличается от нашей?

    - Французы довольно агрессивные водители. Но ездить во Франции проще, потому что там соблюдают правила. Ехать по встречной полосе никому даже в голову не придет. Есть культура вождения. Но давайте не забывать, что автомобилизация во Франции и во всем западном мире была постепенным процессом. А в России случился взрыв. Не было машин – три с половиной человека ездили, и вдруг все сели за руль! Поэтому у нас не сложилась культура вождения. Но я уже замечаю, что в Москве происходят изменения – если ты хочешь перестроиться, тебе уступают, все чаще водители пропускают людей на пешеходных переходах. Постепенно люди начинают понимать, что так удобнее. Я тебя сегодня пропустил, ты меня завтра. Это вопрос привычки.

    - Иван Ургант, наверное, сделал много открытий?

    - Да. Иван очень восприимчивый человек, желающий знать сердцем, душой. Вино для него приобрело совершенно другое значение. Он теперь коллекционирует его. Звонит, советуется.

    - А вы коллекционер?

    - Нет, я просто очень люблю вино. Не проходит дня, чтобы я не пил красное вино.

    - Какое любимое?

    - Их много. Но в общем бургундское. Вино для меня это радость. Вообще я люблю выпивать разное, потому что это вкусно. Но не напиваться. Водку очень люблю, если к месту. Придешь с мороза – и картошечка с маслом, огурчик, капусточка, селедочка – замечательно. Виски, пахнущее дымом, – ну, вообще!

    - Чистое виски пьете или по-американски, разбавляя колой?

    - За это надо расстреливать. Кстати, разбавлять вино разрешалось только королю. Королю! Вино нельзя разбавлять. Впервые я пил вино, когда мне было лет шесть, оно было разбавленное. А неразбавленное попробовал, когда мне было лет 11-12.

    - Куда вы, как человек, родившийся во Франции и хорошо ее знающий, посоветуете поехать новичку?

    - Трудный вопрос. В отличие от Америки – большой страны, где много пустот и неинтересного, во Франции на каждом шагу что-то важное. Назвать одно место я бы не смог. Ну, Париж, конечно. Есть еще три города, в которых надо побывать обязательно – Лион, Бордо и Марсель. Я уж не говорю о долине Луары и совершенно поразительных дворцах, о городах, где стоят абсолютно уникальные готические соборы, построенные в XII-XIII веках. А еще есть Бретань, Нормандия – древние, строгие… В общем, во Францию лучше всего отправляться хотя бы на две недели. Она очень разная. Когда спрашиваешь жителя Гаскони: “Вы француз?”, он вам ответит”: “Я гасконец, а потом – француз”. Это поразительная вещь.

    Издержки политкорректности

    - Считается, что французы жадные и высокомерные.

    - Французы сдержанные. Гораздо в большей степени, чем итальянцы. Но они намного более искренние. Если француз тебя пустил к себе, то ты можешь не сомневаться, что он сделал это от души. Они настоящие. Теперь насчет жадности. У французов есть выражение “un sou c’est un sou”, которое можно перевести на русский как “копейка рубль бережет”. Француз внимательно считает деньги. Нельзя сказать, что они широкие натуры, как, например, русские, могут спустить все. Они скорее не жадные, а скаредные. Это есть, и это мне не слишком симпатично.

    - Другой стереотип: Франция – это в первую очередь еда и мода.

    - И при этом забывают о том, что Франция – страна, благодаря которой у нас есть кинематограф. Страна, которая создала первые скоростные поезда и колоссальную авиацию, конкурирующую с “Боингами”. Эта страна погружена в науку, в высокие технологии. Французская культура, французская страсть ко всему тому, что они делают, французское ощущение красоты, которое выражается во всем. Вот Франция. Я пытался это передать и в фильме, и в книге.

    - Кстати, по поводу науки и образования. У французов совершенно другое отношение к образованию, очень отличающееся от нашего…

    - Именно! Во Франции считается, что образование обязательно. Если французы когда-то провозгласили: “свобода, равенство, братство”, то имелось в виду, что все рождены равными и должны иметь одинаковые возможности. Образование – это главная возможность. Школы открыты для всех, они не платные, за исключением религиозных. То же и с высшим образованием: все бесплатно и все зависит только от твоего желания, таланта – пожалуйста, вперед. Это расширяет возможность получить лучшее, что есть в людях. Человеческий ресурс там очень ценится.

    - Во Франции есть большая проблема – мигранты. Вы много пишете об этом в своей книге. Сейчас и Россия столкнулась с тем же.

    - Франция стала в какой-то момент чувствовать себя виноватой перед мигрантами из своих бывших колоний. Приняла законы, облегчающие для них ситуацию. А потом оказалось, что такие шаги все только осложнили. Эти люди стали воспринимать все, что делается для них, как должное.

    - Общество отвергает мигрантов?

    - Да. Надо сказать, что это одна из неприятных черт французов – некоторое ощущение своего превосходства. Француз не думает, что Франция и французы лучше всех, – он это знает. И это, увы, чувствуется. Но мне кажется, что они смогут решить проблему мигрантов. Я абсолютно поддерживаю французскую светскость – строгий запрет на любые проявления религиозности в общественных местах. Я в данном случае на стороне государства.

    - России не надо идти по французскому пути, облегчая жизнь мигрантам?

    - Нет. Нужно понимать, что, если ты приехал в страну, ты должен соблюдать традиции и законы этой страны. Иначе тебе здесь нечего делать.

    - Демографы считают, что надо помогать мигрантам адаптироваться – создавать школы, специальные программы, центры трудоустройства.

    - Французы никогда не адаптировали мигрантов. Они все время делали им уступки.

    - Издержки политкорректности?

    - Да.

    Пашут и получают удовольствие

    - Есть и позитивный стереотип – французы любят комфорт и умеют получать удовольствие от всего, у них есть вкус к жизни.

    - Да, это часть французского характера. Экзистенциализм характерен для француза, он понимает, что завтра может и не быть. Не надо откладывать удовольствие на завтра, если можно получить его сегодня. Совершенно другой темперамент и совершенно другой взгляд, чем в России. Я думаю, это объясняется историей, влиянием религии, очень многими вещами. В Америке, например, так не живут. Там все работают, работают, работают и откладывают удовольствия на потом. У французов этого нет. Мечта о пенсии – не французская мечта.

    - Может быть, поэтому у них такая еда, такая парфюмерия?

    - Конечно! Вкус к жизни, что называется “savoir-vivre” – умение жить. Они этим очень гордятся. И даже посмеиваются над теми, у кого этого нет. При том, что французы пашут, между прочим.

    - А нам можно научиться savoir-vivre или это должно быть в крови?

    - Не знаю. Наверное, это должно быть результатом какого-то серьезного изменения обстоятельств жизни, и на это уйдет очень много времени.

    - Можете описать Францию тремя понятиями?

    - Ну, я выношу за скобки то, что Франция для меня место, где я себя чувствую дома в большей степени, чем где-либо. Я бы сказал так: Франция – это страна красоты, страна культуры и страна удовольствий.

    - Не хотелось туда уехать жить?

    - Полагаю, что уеду… Если случится так, что по каким-либо причинам я не смогу больше работать в России, то я, конечно, уеду. Может быть, это драматически звучит, но я там родился и там хотел бы закончить свою жизнь.

    »crosslinked«





    Оставить комментарий

    Это не спам.