Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив



Manual visual studio видеосъемка корпоративных фильмов magicfilms.ru.

  • Управление
  • 1 сентября 2009

    Владимир Познер “О национализме”



    О национализме.

    Лет двадцать тому назад, кажется, в 1989-м, когда Борис Николаевич Ельцин был в опале на должности заместителя председателя Госстроя СССР и баллотировался на пост Председателя Верховного Совета РСФСР наряду с Николаем Ивановичем Рыжковым (бывшим Председателем Совмина СССР) и Директором ЗИЛа (фамилии не помню), мне предложили взять интервью у Ельцина. Понятно, я согласился (какой бы журналист отказался?). Вот, я пришел в здание Госстроя, что тогда находилось на Калининском проспекте, поднялся на какой-то высокий этаж и пришел в приемную. Буквально через три минуты вышел мне навстречу Ельцин.


    Выглядел он замечательно: серебристые волосы, ярко голубые глаза, розовые щеки, великолепно сидящий на нем темно-синий костюм.
    Поздоровались.

    - Борис Николаевич, – сказал я, – нам дали полчаса в эфире, я буду интервьюировать Вас ровно полчаса, чтобы ничего не могли отрезать. Я прошу Вас отвечать на мои вопросы коротко, чтобы я смог задать их побольше. Отвечал он замечательно (интервью было запрещено, потом кто-то украл кассету и показали ее в Свердловске и Ленинграде, но это уже другой рассказ). Отвечал он прямо, умно на все вопросы…кроме одного. Я спросил его, как он относится к обществу “Память”, с его проповедью ненависти к евреям, к “черножопым”, с его русским квасным патриотизмом, с его явно фашистскими лозунгами. Ельцин, как говорится, ушел под корягу. Стал говорить, что это сложная тема, что разные бывают взгляды, ну и так далее. Тогда я снова задал свой вопрос, чуть изменив его. Ответ получил такой же неопределенный.
    Словом, никакого ответа я не получил.

    После интервью Борис Николаевич похлопал меня по плечу и сказал: – Я понимаю, о чем ты по поводу “Памяти”, но и ты пойми, мне нужны голоса разных людей…

    Был ли он прав? С точки зрения политика, добивающегося власти, может быть, хотя я с этим не могу согласиться. Но, ведь, даже став президентом, Ельцин ни разу не выступил публично и принципиально по поводу национализма в России. Эта тема не звучала у Путина (хотя однажды он высказался в том роде, что ему стыдно за антисемитизм в
    России), не звучит она и у Медведева.
    В чем дело? Почему молчит власть? Почему эта тема – шовинизм – не является приоритетной?

    Попытаюсь сформулировать свою точку зрения. Не приоритетно ВСЕ, что хоть в какой-то степени плохо характеризует Россию. Это относится ко всему. К прошлому: к безумной
    затее Ленина; к преступной деятельности Сталина; к кровавой коллективизации; к уничтожению трудового крестьянина, которого до сих пор величают кулаком; к уничтожению русской интеллигенции; к тяжелейшему удару, нанесенному генофонду России; к подлому пакту Молотов-Риббентроп и в особенности к его тайному протоколу; к преследованиям всего лучшего, что было в России – в науке, в искусстве, в технике (не стану перечислять фамилии, это заняло бы слишком много места, ограничусь лишь одной фамилией из каждого затронутого мной раздела – Николай Вавилов, Булгаков, Королев, “сидевший” в шарашке). Это же относится к настоящему: к всеобщей коррупции (о которой говорят, но не более того), к подавлению свободы слова, к отсутствию демократии, к абсолютной беззащитности всех и каждого перед лицом совершенно распоясавшейся бюрократии, к порядкам в вооруженных силах, к бессовестному поведению РПЦ, ну и так далее, и конечно же к национализму. Это молчание говорит о СЛАБОСТИ власти, о ее неуверенности, о боязни признать наличие проблем, потому что их признание требует действий, на которые власть сегодня неспособна.

    Народ же молчит, потому что лучшая его часть ни во что не верит, а худшая…
    Помните, у Евгения Шварца в гениальной пьесе “Дракон” есть сцена, когда Дракон встречается с рыцарем Ланцелотом, который вызвал его на бой? Помните, что говорит Дракон Ланцелоту? К сожалению, точных слов не помню, но смысл таков: триста лет я кроил этих людей по своему образу и подобию, триста лет я кромсал эти души, души подлые, трусливые… Вы думаете, они хотят свободы? Они вас ненавидят, боятся, не советую вам биться со мной, тем более, что я вас убью.

    На самом деле, из всех проблем, стоящих перед Россией, самая тяжелая, самая опасная – шовинизм. Пытаются делать вид, что такой проблемы нет. Если так будет продолжаться, дело кончится крахом.

    Так, по крайней мере, думаю я.




    Комментирование закрыто.