Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив



Оборудование для парикмахерской парикмахерское оборудование.

  • Управление
  • 9 декабря 2012

    9 декабря 2012 года в программе «Познер» Борис Титов




    Б.Титов: Бизнес не хочет давать взятки, он вынужден это делать

    Уполномоченный по защите прав предпринимателей отвечает на вопросы Владимира Познера

    Институт бизнес-омбудсмена “пока работает в ручном режиме”, сообщил в эфире программы “Познер” уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов. Он пояснил, что пока не принят соответствующий закон, “системной работы нет”. При этом Борис Титов отметил, что этот закон уже внесен правительством в Госдуму, скорее всего, будет принят до конца года в первом чтении. Уполномоченный пояснил, что проект закона предусматривает выполнение госорганами предписаний института бизнес-омбудсмена, правда, пока только на муниципальном уровне. “Этот закон – плод компромисса, хотя как основа он – вполне рабочий, – заметил бизнес-омбудсмен. – Хотя я надеюсь, что до второго чтения в него будут внесены определенные изменения, который уточняют порядок моей работы, а не только мои права”.

    В прочем, отметил Борис Титов, институт уполномоченного по защите прав предпринимателей уже активно работает, в частности, – по обращениям людей, находящихся в следственных изоляторах или в местах лишения свободы за экономические преступления. “Мы работаем с каждым, кто к нам обращается, но мы должны помогать тем, кто имеет на это право, а не пытается использовать возможности нашего института, чтобы уйти от ответственности, – рассказал бизнес-омбудсмен. – Поэтому мы ввели процедуру юридических и общественных экспертиз”. По словам Бориса Титова, одно из обращений, по которому работает институт бизнес-омбудсмена, это обращение Михаила Ходорковского, которое тот подал в сентябре-октябре. “Это не простой вопрос, несколько юридических компаний проводят юридическую экспертизу, – отметил уполномоченный. – Мы в контакте с адвокатами Михаила Ходорковского, но ни они, ни мы экспертов не торопим, но я надеюсь, что в начале следующего года мы выйдем с какими-то решениями, хотя затем предстоит проводить общественную экспертизу”.

    По мнению Бориса Титова, именно с правовыми вопросами, с незащищенностью бизнеса связана основная причина оттока капиталов за рубеж. Вместе с тем, он призвал “не переоценивать эту проблему”. “Сейчас в местах лишения свободы по приговору, связанному с экономическими преступлениями находятся 13 600 человек, в камерах предварительного заключения – 5211 человек, – отметил уполномоченный, комментируя заявления о нескольких сотнях тысяч таких заключенных. – Хотя, конечно, даже если у одного человека решили отобрать бизнес через уголовное преследование, это огромная проблема, и допускать этого нельзя”. По словам бизнес-омбудсмена, уголовные дела стали достаточно распространенным инструментом воздействия на бизнесмена, и в доказательство этого привел цифры: “В прошлом году была возбуждена 151 тысяча дел по экономическим статьям, и только 21 тысяча из них дошла до суда. Между тем, в других сферах до суда доходит более 90 процентов возбужденных уголовных дел”.

    Борис Титов добавил, что серьезный отток капиталов за границу обусловлен и другими проблемами: “Не меньше проблем, мешающих нормальным вложениям в Россию, и в самой экономической среде. Мы экономически непривлекательная с точки зрения инвестиций страна. Надо, чтобы экономические условия в нашей стране были конкурентны хотя бы по сравнению с нашими соседями. Надо, чтобы бизнесу было выгодно, удобно и безопасно работать, а у нас по всем направлениям не очень хорошо”.

    Свою главную задачу уполномоченный сформулировал так: “Надо менять среду, чтобы работать вбелую в России было намного выгоднее и безопаснее”. Тогда, по его мнению, решится и проблема коррупции: “Сейчас, действительно, легче откупиться, чем иметь потом огромные проблемы. Но бизнес не хочет давать взятки, он делает это вынужденно. Когда ему будет выгоднее декларировать налоги и платить доходы, когда ему будет удобно заполнять декларацию, когда он сможет ясно и неопасно взаимодействовать с чиновниками, то никаких взяток он давать не будет”.

    ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ИНТЕРВЬЮ

    В.ПОЗНЕР: В эфире – программа “Познер”, гость программы – человек, который ныне защищает права бизнесменов, омбудсмен Борис Титов. Добрый вечер.

    Б.ТИТОВ: Добрый вечер.

    В.ПОЗНЕР: Хочу вам напомнить, что Борис Титов – предприниматель и в недавнем прошлом был руководителем “Деловой России”, один из сопредседателей партии “Правое дело”. Я хочу сразу сказать нашим зрителям, что мы с Борисом Титовым знакомы, я думаю, 40 с лишним лет, потому что он ходил не только же в одну школу, но в один класс с моим сыном, с которым он дружит до сих пор. Поэтому мы – давние знакомые.

    Б.ТИТОВ: Давние. К сожалению, не все у нас складывалось. Вы иногда нас ругали в свое время, Владимир Владимирович.

    В.ПОЗНЕР: Без этого не бывает, это же такая должность. Значит, вы – пример человека, который поставил себе некоторую цель, еще когда вы были школьником, и, по сути дела, ее осуществили. Это так?

    Б.ТИТОВ: Я не могу так говорить. Я не думаю, что я ставил такие цели в школе.

    В.ПОЗНЕР: Мне кажется, что вы хотели… Я помню, вы говорили, что вы хотите иметь кейс, дипломат. Я это очень хорошо помню. И заниматься торговлей.

    Б.ТИТОВ: Торговлей – да. Но, в общем, у меня была, наверное, жилка предпринимательская, мне всегда хотелось… Тогда первые признаки свобод экономических возникали и мы начинали с того, что приторговывали разными импортными товарами, в частности, дисками западными. Конечно, хотелось. Эта предпринимательская жилка играла и, конечно, хотелось идти по этому пути.

    В.ПОЗНЕР: И, в общем, пошли?

    Б.ТИТОВ: Да, конечно.

    В.ПОЗНЕР: Не жалеете?

    Б.ТИТОВ: Нет, то, что предпринимательством я начал заниматься, конечно, не жалею, потому что это дает огромные возможности, огромное удовлетворение.

    В.ПОЗНЕР: Я почему еще спрашиваю вас? Потому что, все-таки, в России отношение к предпринимателю, к человеку успешному (я уж не говорю богатому), в общем, не самое хорошее, причем традиционно. Почитать русскую литературу – Гончаров, Тургенев, Лесков, Островский, не знаю там, Горький, Олеша, Ильф и Петров – всюду, в общем, довольно негативное отношение к этой деятельности.

    Б.ТИТОВ: Мне кажется, все-таки, тогда было лучше, чем в последние годы. Потому что купец и промышленник – к ним всегда было уважительное.

    В.ПОЗНЕР: Но посмотрите, у Островского насколько иногда эти люди выходят чрезвычайно негативно. Причем, этот негативный взгляд, конечно, сегодня сохранился. И более того, в журнале “Экономист” – вы его хорошо знаете, это очень известный, солидный английский журнал – приводятся данные опроса, в соответствии с которым в среднем в развитых странах 39% опрошенных считают, что большинство богатых людей в их стране заслужили свое благосостояние. В России абсолютно ненавистническое отношение, и только 16% считают, что богатые люди заслужили то, что они имеют.

    Б.ТИТОВ: При этом есть статистика, которая говорит о том, что на вопрос “Кем бы вы хотели видеть своих детей? Отдали бы их в бизнес?”, больше 80% людей считают, что бизнес – это хорошо для детей.

    В.ПОЗНЕР: Это опрос репрезентативный?

    Б.ТИТОВ: Мы в “Деловой России” опрашивали, и были такие результаты. У нас есть барометр “Деловой России” – мы каждый месяц проводим исследования, и, прежде всего, настроения бизнеса. В общем, репрезентативно.

    В.ПОЗНЕР: Значит, получается некоторая шизофрения? Потому что, с одной стороны, я их не люблю, а с другой стороны, я хочу, чтобы мой сын был таким.

    Б.ТИТОВ: Когда спрашивают “Ваше отношение к бизнесу”, у людей возникает сразу картинка богатого олигарха, который украл в девяностые годы все нефтяные скважины. И – сразу отношение к ним… С другой стороны, малый бизнес, который рядом, который шьет, который сеет, к нему отношение очень лояльное и хорошее.

    В.ПОЗНЕР: То есть эта картина, о которой вы сказали ведь не лишена оснований.

    Б.ТИТОВ: Конечно. Девяностые годы, в общем, сильно вбили негативное отношение у народа к бизнесу.

    В.ПОЗНЕР: То есть, это негативное отношение, о котором я говорю, это, видимо, по-вашему, не такое отрицательное отношение к частному рынку, к капитализму на генетическом уровне?

    Б.ТИТОВ: Нет, я думаю, что это не так. Я думаю, что все уже свыклись, что рыночная экономика должна быть. Все помнят наш советский период, мы все помним плановую экономику, к чему она привела. У людей, действительно, после девяностых сложилось негативное отношение, потому что экономические реформы, которые проводились, привели к тому, что, во-первых, обвал. Каждый человек это очень сильно почувствовал на собственной шкуре, особенно люди, так скажем, интеллектуальной элиты. И кроме этого, конечно, мы видели несправедливость, когда создавались состояния именно на отношениях, не на бизнесе, не на конкуренции, не за счет того, что он лучше, а за счет того, насколько он ближе к власти. Это все негативно повлияло на отношение людей.

    В.ПОЗНЕР: Премьер-министр Медведев как-то сказал, что чиновники, власть “кошмарят” бизнес. Вы никогда не задумывались над тем, что, возможно, народ приветствует это, и что в какой-то степени власть пользуется этим, понимая, что как раз кошмарить богатых – это поддерживает то настроение, которое есть?

    Б.ТИТОВ: В какой-то части да, у населения есть такие настроения. Но, тем не менее, надо понимать, что без бизнеса в рыночной экономике невозможно развитие стабильного общества. От того, как чувствует себя бизнес, тот, который производит новую стоимость (а именно бизнес создает новое в стране, новые материальные блага), будет зависеть и стабильность общества. Я думаю, что у многих это понимание сегодня есть, потому что бизнес не только в каких-то темных схемах, но он и производит, он и работает. И, кстати, очень серьезно психологически подавлен сегодня. И сегодня очень тяжелая ситуация для бизнеса. Сегодня бизнес не думает о развитии, он думает, как сохранить то, что есть. Многие уезжают – вы знаете, статистика неутешительная.

    В.ПОЗНЕР: Мы поговорим об этом. Скоро, буквально через несколько дней исполнится полгода, как вы – уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей. Вопрос. Борис, зачем это вам надо? Вы – успешный предприниматель. Я не знаю, миллиардер вы или нет, но вы – человек вполне успешный. Вы вхожи в кабинеты, вас знают. Можно сказать, жизнь удалась в этом смысле. Правда? А тут – защита прав бизнесменов. Во-первых, защита прав вообще в России дело гиблое. С правами вообще не здорово. Зачем? Что вас толкнуло на это?

    Б.ТИТОВ: Наверное, вся моя жизнь предыдущая, по крайней мере, 10 лет, когда я начал заниматься активно общественной работой, вошел в “Деловую Россию”, решил ее возглавить. Это очень интересное для меня дело было, потому что… Знаете, человек, который только в бизнесе, ему со временем хочется немножко расширить свой взгляд, увидеть больше, заниматься более общественными делами. И это естественный процесс развития. И когда я пошел в “Деловую Россию”, мы начали заниматься экономическими вопросами, увидели эту проблему, то, что сегодня бизнес делать в стране опасно – и рейдерство, и отношение власти, и коррупция. Мы начали заниматься этим. И так, естественно, занимаясь-занимаясь, вышли на то, что нужен институт уполномоченного. Мы убеждали Президента, что этот институт нужен. А когда убедили, что да, и когда мне предложили, как я мог отказаться в такой ситуации? Поэтому я обязан был. И я считаю, что я справлюсь с этой работой, потому что, действительно, сначала кажется, что огромная проблема. И тем более, когда меня назначили, сразу после я увидел еще изнутри ситуацию и вообще понял, что очень тяжелая проблема. Но сейчас, по прошествии нескольких месяцев, более-менее выстраивается понимание, выстраиваются механизмы работы, выстраиваются инструменты и мне кажется, что это задача, которую можно решить в стране, но постепенно.

    В.ПОЗНЕР: У вас очень умная и вообще прелестная супруга Лена. Что она сказала вам?

    Б.ТИТОВ: Она волновалась. Ее вообще волновала моя общественно-политическая активность.

    В.ПОЗНЕР: Я понимаю. Но когда вы приняли это, она поддержала вас?

    Б.ТИТОВ: Она сегодня меня поддерживает, да.

    В.ПОЗНЕР: Замечательно. Я правильно понимаю, что вам Путин предложил эту должность непосредственно? Как это произошло?

    Б.ТИТОВ: Мы, “Деловая Россия” и другие предпринимательские объединения, многократно говорили о том, что эта должность нужна. Говорили между собой, говорили с Путиным, потому что с Путиным у нас был очень активный период дискуссий и взаимоотношений по поводу развития в целом бизнеса в стране. Он присутствовал, у нас часами шла эта дискуссия, много было различных и форумов, и на нашем съезде в декабре, тогда родилась эти идея, 25 миллионов рабочих мест, которая сегодня стоит как целевая задача для страны… Тогда в рамках национальной предпринимательской инициативы начали формироваться дорожные карты Doing business, и наша позиция в нашем рейтинге, что 100 шагов вперед… И тогда же встал вопрос о защите прав предпринимателей, о необходимости создания этого института. Он подумал. В мае он нам сказал, что он решил, что этот институт надо создавать.

    В.ПОЗНЕР: Он сказал по телефону?

    Б.ТИТОВ: Нет, у нас была встреча. Опять же, предпринимательские союзы все присутствовали – и РСПП, и Опора, и ТПП. И он сказал: “Давайте вместе подумаем, кого мы назначим”. И мы дали свои предложения, каждая организация, кандидатов. Он рассмотрел все кандидатуры и выбрал меня.

    В.ПОЗНЕР: Прямо тут же?

    Б.ТИТОВ: Нет. Потом на Питерском форуме, уже в июне он объявил, что он принял решение назначить меня.

    В.ПОЗНЕР: Это он сделал публично?

    Б.ТИТОВ: Да, на Питерском форуме прямо в своей речи он сказал: “Мы создаем институт, и я предложил Титову стать уполномоченным”.

    В.ПОЗНЕР: Он уже к этому времени вам предложил?

    Б.ТИТОВ: К этому времени я не знал – я узнал на форуме.

    В.ПОЗНЕР: Понятно. Обиженные, видимо, остались, которых не назначили?

    Б.ТИТОВ: Я думаю, что, наверное, были.

    В.ПОЗНЕР: Не без этого, да. Я сейчас вам задам очень важный вопрос, потому что он, на мой взгляд, определяет всю дальнейшую вашу работу, ее успех или неуспех. 29 октября этого года в “РБК Дэйли” было сказано следующее: “Кремль пошел навстречу Борису Титову. Было решено оформить институт бизнес-омбудсмена отдельным законом. Титов станет единственным в структуре власти человеком-госорганом в одном лице. Спорный момент, давать ли ему полномочия приостанавливать действие решений власти, против которых выступили Минэкономразвития, Минюст и бизнес-организации, может быть решен только частично. В Кремле от Титова ждут обоснования необходимости чрезвычайных полномочий”. 29 октября. Прошло почти полтора месяца. Что-нибудь сдвинулось? Вообще у вас есть полномочия?

    Б.ТИТОВ: Нет, пока их нет. Пока я работаю в ручном режиме с обращениями от предпринимателей, мы просто помогаем им за счет того, что выстраиваем сегодня связи и с правоохранительными органами. Системной работы пока нет, потому что еще институт не сформирован. Закон внесен. Правительство несколько дней назад внесло в Государственную Думу, и я надеюсь, что до конца года он будет принят в первом чтении. Насчет полномочий, которые там предусмотрены, там есть приостановка, но она нашла немножко другой вид, юридическую интерпретацию. Это будут предписания по приостановке. То есть уполномоченный может предписывать государственным органам приостановить то или иное решение. И они будут обязаны это сделать, но только те органы… Сейчас мы это пока на первом этапе свели только к муниципальным органам, то есть те предписания, которые выписывают муниципальные органы. Здесь, кстати, самое большое их количество и, наверное, самое большое влияние на малый и средний бизнес. Потому что это, прежде всего, те решения, которые связаны с собственностью, с недвижимостью, с землей. И эти палатки, которые сегодня являются очень большой проблемой в стране, это все решается на муниципальном уровне. Сегодня сносятся палатки даже те, которые имеют все разрешения, и не дожидаясь суда. Здесь мы можем приостанавливать эти решения, конечно, после того, как будет закон.

    В.ПОЗНЕР: Вообще вас удовлетворяет этот законопроект в том виде, в каком он сейчас находится?

    Б.ТИТОВ: Мы вместе работали над этим законопроектом и с правительством, и с администрацией Президента. Я могу сказать, что не один раунд был достаточно бурных дискуссий. Как базовый этот закон – конечно, плод компромисса. Но, тем не менее, как основа он рабочий, на нем можно строить свою работу в дальнейшем. Хотя, я должен сказать, до второго чтения надеюсь, что будут внесены определенные изменения, которые, все-таки, по крайней мере, уточнят некоторые его положения и определят порядок моей работы – не только права, но еще и порядок, как их реализовывать.

    В.ПОЗНЕР: Чуть ли не на следующий день после вашего назначения вы попали в некоторый конфуз. Вы давали интервью “Блумбергу”, в котором вы сказали (по крайней мере, так они вас цитируют), что вы предложите “Путину амнистировать 13 тысяч человек, осужденных за экономические преступления, в том числе Ходорковского”. И добавили, что “это были бы хорошие новости для инвестиционного климата”. Потом вы упрекнули “Блумберг” в искажении своих слов. У меня два вопроса. Во-первых, в чем состояло искажение? И во-вторых, вы считаете, что такая амнистия, в том числе Ходорковского, необходима?

    Б.ТИТОВ: Отвечая на первый вопрос, могу сказать, что это даже не искажение. Просто я говорил о том, что мы включим свои инструменты для того, чтобы и рассмотреть дело Ходорковского. И, в конце концов, если мы примем решение, что его права нарушены, и он находится незаконно, то мы будем принимать все меры для того, чтобы его освободить.

    В.ПОЗНЕР: А 13 тысяч?

    Б.ТИТОВ: 13 тысяч людей сегодня находится уже после приговора в тюрьмах по экономическим преступлением. С теми, кто к нам обращаются, мы работаем. Просто у нас есть своя процедура. Вы понимаете, что мы должны помогать тем, кто имеет на это право. Потому что, к сожалению, среди предпринимателей, которые сегодня находятся и в предварительном заключении, и просто на них открыты уголовные дела, не все вели свой бизнес честно, да? И некоторые используют возможности даже нашего института для того, чтобы уйти от ответственности. Поэтому мы ввели процедуру экспертизы, экспертизы юридической, экспертизы общественной каждого из такого рода обращений. Ходорковский к нам обратился. Мы сегодня проводим юридическую экспертизу. Я могу сказать, что он обратился с просьбой рассмотреть второе дело.

    В.ПОЗНЕР: Когда обратился?

    Б.ТИТОВ: Обратился он в сентябре или в октябре. Но, конечно, это не простой вопрос. Сегодня работает несколько юридических компаний, которые смотрят его дело с юридической стороны. Надо сказать, что второе дело вытекает из других эпизодов дела ЮКОСа. И, конечно, мы второе дело смотрели, но надо смотреть и первое, потому что они связаны между собой. И, в принципе, наверное, надо смотреть и другие эпизоды, которые были. Поэтому мы будем выносить свое и юридическое, и общественное решение на базе более широкого подхода к этой проблеме.

    В.ПОЗНЕР: Два вопроса. Во-первых, кто оплачивает эту работу?

    Б.ТИТОВ: Оплачивают работу юристов сами юристы, потому что… Вы знаете, есть такая мировая система, которая называется pro bono, когда юристы на общественных принципах работают по отдельным делам. Это для них не только социальная ответственность как некое общественное обязательство, а это еще и возможность получить очень интересные дела, свой опыт увеличить. И у нас работают бесплатно.

    В.ПОЗНЕР: И второе. Как вы думаете, то, чем вы занимаетесь по поводу Ходорковского, у вас есть представление о сроках завершения этой работы?

    Б.ТИТОВ: Вы знаете, мы в контакте с его адвокатами, поэтому мы смотрим, изучаем. Мы пока не торопим наших экспертов. Я думаю, что в начале года мы выйдем с какими-то решениями. Но это мы должны будем проводить еще и общественную экспертизу, то есть мы должны собираться в общественный совет, который существует у нас, Центр общественных процедур “Бизнес против коррупции”.

    В.ПОЗНЕР: Это год, это больше года?

    Б.ТИТОВ: Нет, я думаю, что это не год. Меньше. У нас много такого рода обращений, и для нас, конечно, Ходорковский – очень важный момент в развитии корпоративной системы России. Но, тем не менее, у нас есть большое количество обращений, которыми мы тоже занимаемся.

    В.ПОЗНЕР: Вы упомянули в начале нашего разговора вопрос о том, что бизнесу очень тяжело, и многие уезжают. И согласно данным опроса, который “Деловая Россия” проводила весной этого года, 17% российских бизнесменов заявили о своем решении уехать из страны, и каждый второй (это 50%, значит) этого не исключает. И причиной тогда была названа правовая незащищенность. И за прошедшие месяцы, как я понимаю, положение не стало лучше. Во всяком случае, вы же сами говорите, что по самым скромным подсчетам к концу года отток капитала составит порядка 100 миллиардов долларов. И при этом уезжают самые инициативные, самые профессиональные люди. Вы мне можете объяснить конкретные причины, почему они уезжают?

    Б.ТИТОВ: Это, конечно, во многом связано с правовыми основами работы бизнеса в России, то есть незащищенностью собственности и теми задачами, которыми сегодня я занимаюсь как омбудсмен. Но их тоже нельзя переоценивать. Вы знаете, у нас иногда переоценивают ту ситуацию, которая сегодня есть в стране. Например, я только что видел одну телевизионную передачу, где Владимир Рыжков, причем со ссылкой на меня, говорил о том, что у нас 300 тысяч предпринимателей находится в тюрьмах. Я слышал цифру и миллион, и больше. На самом деле, статистика, которую мы имеем, говорит о том, что в тюрьмах сейчас находится 13600. В камерах предварительного заключения, хотя, на самом деле, это тоже безобразие, потому что сегодня не имеют права по закону предпринимателей еще до приговора суда сажать в камеры предварительного заключения, находится 5211 человек по экономическим статьям, из них 931 по 159-й “Мошенничество”. То есть цифра эта намного меньше. С другой стороны, даже один человек, который находится в тюрьме, потому что у него через уголовное преследование решили отобрать собственность, это уже для бизнес-климата очень негативный факт. Допускать такого в принципе нельзя.
    Но, тем не менее, все-таки, масштаб проблемы не настолько велик, как иногда у нас в широком… Но это проблема серьезная, действительно. Из-за этого многие сегодня не развиваются.

    В.ПОЗНЕР: И вы полагаете, что именно незащищенность – это главное?

    Б.ТИТОВ: Еще есть другая большая проблема. Сама экономическая среда, то есть выгодность сегодня вложений в российскую экономику. И здесь существует не меньше проблем, которые сегодня мешают нормальным инвестициям в Россию. Мы не очень привлекательная с экономической точки зрения для инвестиций страна. Сегодня и тарифы, и налоги, и процентные ставки по кредитам у нас высоки. Например, если сравнивать с нашим соседом Казахстаном, с которым у нас открытые и прозрачные границы, и никаких тарифов, таможенных пошлин, ввози сколько угодно и товара, и люди могут совершенно свободно передвигаться, у них на 40% налоги ниже. Например, знаменитый налог, о котором мы говорим, ЕСН – сейчас это называется “Социальные страховые платежи” – сегодня он 30%, был 34%. В Казахстане – 11%. Поэтому нам очень серьезно надо работать для того, чтобы экономические условия работы в стране для предприятий, для бизнеса были конкурентны с нашими соседями хотя бы. Чтобы бизнесмену было выгодно работать. Должно быть выгодно, удобно и безопасно. К сожалению, по всем трем этим направлениям у нас пока еще не все хорошо. Удобно – это имеется в виду административное регулирование, чтобы было удобно работать с государством, удобно сдавать налоговую декларацию, хотя с этим мы сегодня продвинулись очень сильно вперед. Потому что вы знаете, что 120-е место по рейтингу Doing business. Сегодня мы поднялись вперед по этому рейтингу, в основном, за счет того, что у нас стала лучше работать налоговая служба, налоговая система.

    В.ПОЗНЕР: Вот такие, как говорится, пироги. Посмотрите, пожалуйста, рекламу и продолжим.

    ВТОРАЯ ЧАСТЬ

    В.ПОЗНЕР: Когда вы говорили о необходимости защищать бизнес или конкретно бизнесменов, называли разные вещи, где-то, все-таки, на первом месте говорили о рейдерстве. Еще вы говорите, что это не просто рейдерство как раньше, когда предприниматели между собой делили собственность (это вежливое слово “делили собственность”), а чиновничье рейдерство. Скажите, пожалуйста, как это происходит? А вы когда-нибудь испытывали это, будучи предпринимателем?

    Б.ТИТОВ: В своей жизни испытывал, но это было какое-то такое, между частным и чиновничьим рейдерством. У меня был конфликт с одной государственной компанией и с конкретными руководителями этой государственной компании. Но, действительно, испытывал. Я очень хорошо себе представляю эту ситуацию, когда ты не знаешь, куда бежать, не знаешь, чего делать, потому что идет просто такой каток на тебя.

    В.ПОЗНЕР: А как это происходит? Дайте мне пример, потому что я совершенно в этом не разбираюсь.

    Б.ТИТОВ: Вы знаете, очень много разных вариантов. Рейдерство все время мутирует, используются различные юридические схемы. Конечно, зависит от того, какова ситуация в той компании, на которую нападают. Сейчас, например, один очень интересный случай, когда рейдерство приобрело совсем уже новые формы, когда используется даже бракоразводный процесс для того, чтобы отобрать собственность. У нас сейчас случай в Краснодарском крае, когда одна женщина-предприниматель, большая собственность, недвижимость на больше, чем 120 миллионов долларов. Ее посадили на стадии следствия в камеру предварительного заключения, за это время наехали на мужа, заставили подать на развод. И в результате бракоразводного процесса так посчитали собственность, что ему досталась вся собственность, а ей какие-то машины, еще что-то такое. В общем, так оценку провели. Но это, конечно, экзотический случай. А в основном это бывает такое: “Отдай” – “Не хочу” – “Тогда сейчас начинаются дела. У тебя начинаются проверки”. По разным поводам. В зависимости, что ближе тому рейдеру, который наезжает. Лучший вариант – посадить в камеру предварительного заключения. Потому что если ты оторван от бизнеса, бизнес уже неуправляем, ты понимаешь, что ты и так его теряешь, даже если потом не получишь даже никакого приговора, все равно ты его потеряешь. Поэтому в ситуации изоляции, конечно, предприниматели становятся очень сговорчивыми. Интересная статистика, что, например, в прошлом году 151 тысяча дел было инициировано, возбуждено по экономическим статьям, из них только 21 тысяча дошла до суда. Не доходят до суда абсолютное большинство дел. Почему? Потому что используется уголовное дело как инструмент, механизм воздействия на предпринимателя. При этом статистика по делам по защите гражданских прав человека – больше 90% доходит до суда. То есть, понимаете разницу в экономической сфере.

    В.ПОЗНЕР: Это просто полное беззаконие.

    Б.ТИТОВ: К сожалению, такая ситуация существует. И поэтому сегодня создан институт, и сейчас мы начинаем это дело немножко сдвигать с мертвой точки.

    В.ПОЗНЕР: Но вы можете согласиться с тем, что, все-таки, когда говорят “Ну ладно, мы будем искать” и находят, потому что есть, что найти… То есть что рыльце в пушку у многих.

    Б.ТИТОВ: Это проблема нашей корпоративной системы, что особенно девяностые годы были настроены так, что работать честно было практически невозможно. Я даже сам, занимаясь бизнесом, понимал, что тогда надо было платить налоги больше 100% от прибыли. И, конечно, всех загоняли в тень. И до сих пор еще большая часть нашего бизнеса находится в тени, потому что работать вчестную достаточно сложно. Иногда опасней. К сожалению, в малом бизнесе, в торговле и сегодня пока это сложно. Даже опаснее иногда и сложнее, чем работать вбелую. Потому что, как ты выходишь вбелую, сразу на тебя обращают внимание инспекции различного рода, и ты для них становишься хорошей мишенью. Поэтому, к сожалению, это происходит. Поэтому сегодня самое важное – менять среду, сделать так, чтобы было работать вбелую намного и выгоднее, и безопаснее в России. И этому мы пытаемся сейчас способствовать.

    В.ПОЗНЕР: Вы говорите, что девяностые годы – это время, когда невозможно было работать честно, да?

    Б.ТИТОВ: По большому счету, почти да. Даже крупные компании. Чем сегодняшняя ситуация отличается? Обеление начинается сверху вниз, то есть крупным компаниям невозможно уже платить сегодня зарплаты в конвертах. Потом начинают средние компании, когда идет процесс нормализации, потом уже все переходит на малый бизнес. И если уже в малом бизнесе происходят такие системные изменения в сторону обеления компании, тогда можно сказать, что среда работает нормально.

    В.ПОЗНЕР: Можно также сказать, что тогда, в общем, было сознательно принято решение работать нечестно.

    Б.ТИТОВ: Так регулировалась ситуация. Это были ошибки больше. Я не думаю, что это было преднамеренно все сделано. Это были, во многом, ошибки экономического регулирования. Тем не менее, к сожалению, некоторые ошибки мы и сегодня видим, и продолжают действовать те законы, которые, во многом, были приняты в те годы.

    В.ПОЗНЕР: Но, в принципе, человек мог… Я понимаю, что, может быть, тут я немножко в области идеала ухожу, но человек мог сказать: “Ладно, раз я не могу работать честно, я и не буду. И ухожу из этого”?

    Б.ТИТОВ: Вы понимаете, это значит, что он должен где-то искать другую работу или уезжать из страны. Но вы знаете, предприниматели на то и предприниматели, это частная инициатива, она заложена с генами, наверное, и поэтому в любом случае предприниматели начинают искать различные пути. Ну и когда у системы правила игры такие, что все втемную, почему нет, да? И, конечно, все договаривались. Договаривались, чтобы к ним не было претензий.

    В.ПОЗНЕР: А вы видите ситуацию (не сегодня, через 10 лет), когда, в принципе, этот наезд, связанный с тем, что я у тебя чего-нибудь найду все равно, станет почти невозможным, потому что уже будет все по-другому работать?

    Б.ТИТОВ: Вы знаете, мы пока, честно говоря, создавая новые и новые институты, которые работают… Каждый из них приносит что-то свое, тот же мой институт уполномоченного должен решать, но только часть проблем. Я должен сказать, что система начнет работать правильно, честно, вбелую, когда у нас будет достаточный уровень развития бизнеса, конкуренции, рынка. То есть сегодня настолько не равны силы… У нас сегодня, все-таки, сырьевая направленность экономики. Сегодня у нас экономика крупных компаний, которые управляются (это и Медведев говорил, и Путин) почти в ручном режиме. Сегодня еще настолько слабо развита конкуренция, настолько у нас мало субъектов предпринимательской деятельности… У нас малый бизнес не сравнить, например, с западными странами или даже с Китаем, с восточными странами. Когда у нас начнет работать этот механизм развития, когда мы создадим нормальные условия для бизнеса, когда они начнут работать вовсю, им станет выгодно делать бизнес в России, то тогда придет и среда.

    В.ПОЗНЕР: А что этому мешает?

    Б.ТИТОВ: Прежде всего, сегодня мы говорим о том, что нужны серьезные экономические изменения по регулированию среды. То есть должны быть и налоговая, и тарифная политика. Все виды политики, которая сегодня регулирует бизнес, направлены на развитие именно не сырьевого, перерабатывающего…

    В.ПОЗНЕР: Но, Борис, это понимает Путин?

    Б.ТИТОВ: Я думаю, что в разговорах, которые у нас были, он это понимает.

    В.ПОЗНЕР: Медведев это понимает?

    Б.ТИТОВ: Понимает, конечно.

    В.ПОЗНЕР: Так в чем дело?

    Б.ТИТОВ: Но сегодня настолько сложно измениться… Кроме того, был и неудачный эксперимент, неудачный опыт некоторых реформ, которые сегодня заставляют людей быть очень осторожными. Кроме этого, у нас пока все неплохо. Вы знаете, наши макроэкономические показатели выглядят очень прилично. Мы Путину, когда он был у нас на съезде в декабре, показывали такую картину с очень богатой рамкой и говорили ему, что рамка может быть очень богатой, а внутри сама картина – да, действительно, может быть картина изобилия, но рамка может окаймлять и пустыню. Потому что у нас сегодня ситуация такая. У нас очень хорошие макроэкономические показатели, но за счет того, что нефть высокая, за счет того, что у нас идут большие доходы от экспорта именно сырьевых товаров. Но внутри у нас пока пустыня. Но надо сделать так, чтобы была и рамка богатой, и картина была картиной изобилия. Но для этого, еще раз, есть системы, есть решения, но их очень сложно принять в той ситуации, когда у нас еще пока все хорошо. Очень сложно. Это риск огромный.

    В.ПОЗНЕР: Вы как-то сказали: “Сейчас в России выстроена бюрократическая коррупционная система управления. Для того, чтобы эта ситуация изменилась, людям надо дать экономические свободы, тогда они пойдут делать собственный бизнес, получат свою собственность, которую они должны будут защищать, и постепенно дело дойдет до остальных прав и свобод. Экономические свободы неминуемо приведут к тому, что и коррупция уйдет, и вранье уйдет, начнут работать демократические институты”. Смотрите-ка, в Китае… То есть экономическая свобода есть, других свобод вообще нет.

    Б.ТИТОВ: Неправда. Экономическая свобода в Китае тоже ограничена пока. Это был эволюционный, постепенный процесс. Но при этом я вас уверяю, что через 10 лет Китай будет уже совершенно другой страной. Потому что сегодня идет прессинг снизу на власть. Сегодня огромное количество китайских предпринимателей, получив свои состояния, уже думают по-другому. И поэтому власть в Китае уже меняется. Конечно, у них пока еще нет и выборной демократической системы. Но постепенно свобода начинает приходить.

    В.ПОЗНЕР: То есть вы хотите сказать, что развитие экономики приведет к тому, что неминуемо?..

    Б.ТИТОВ: Это мировая цивилизация так развивалась. Потому что сначала менялись производительные силы, то есть начинался процесс создания рынка, промышленной революции и под это дело подстраивалась уже и политическая система регулирования. То есть демократия пришла на этой волне.

    В.ПОЗНЕР: Но вы вот что еще говорите: “Социальная ситуация очень опасная для страны. Мы до сих пор только говорим о том, что нужно перестать быть сырьевой экономикой, но ничего с этим не делаем”. А потом вы сами даете этому объяснение: “Дело в чиновничьем аппарате, который разросся до каких-то невероятных размеров. И это как раз и связано с сырьевой моделью экономики, она и порождает это”. Так эти чиновники, которые порождены этой моделью, – неужели, на ваш взгляд, они дадут возможность эту модель сломать?

    Б.ТИТОВ: Это очень сложная задача, потому что, действительно, мы сегодня – сырьевая экономика. И кроме этого, мы выходили из девяностых годов, конечно, на плечах, прежде всего, государства, потому что завалы девяностых, когда, действительно, никто не платил налоги, когда и финансы страны были в упадке, и долг государственный, мы выходили… Это было наведение порядка в девяностые годы, когда мы практически концентрировали в руках, в кулак собирали все финансы страны. Действительно, Кудрин в этом был силен. И практически сжимали экономику под ручное управление. В результате, да, это было сделано на плечах государства и, конечно, выросло количество чиновников. С одной стороны, на определенном этапе это было очень полезно для страны, до 2004-2005, я думаю, года. А потом, конечно, начало уже тормозить ситуацию. Кстати, мы, “Деловая Россия”, очень сильно критиковали Кудрина, мы даже предлагали ему уйти в отставку, потому что он не отпустил экономику, то есть не дал возможности для развития страны, для развития именно предпринимательства. Но я думаю, что если есть политическая воля сверху – а мы верим, что эта воля сегодня есть, и мы это слышим от Путина, от Медведева, что нужно развитие экономики снизу – то мы постепенно проблему чиновничества можем решить, но за счет развития несырьевого сектора, за счет развития частного бизнеса, за счет развития конкуренции.

    В.ПОЗНЕР: Вы помните знаменитое письмо Андрея Макаревича Путину по поводу всеобщей коррупции, вы помните ответ Путина о том, что это письмо надо бы посылать бизнесменам, потому что бизнес сам участвует в коррупции и сам иногда инициирует и провоцирует коррупцию, и так далее. Просто как пример: я, например, считаю, что когда мы за рулем нарушаем правила уличного движения, и нас останавливает полицейский, многие из нас, не дожидаясь ничего, сразу предлагаем деньги. Но говорим, что они коррумпированные. Это так. Потому что нам так проще. Потому что мы отдали сколько-то и не надо ждать, и ходить куда-то, и платить чего-то, а мы так решили проблему. Разве нельзя сказать, что в этом смысле бизнес – это такое же, как за рулем?

    Б.ТИТОВ: Конечно, это совершенно так же и происходит, потому что иногда легче откупиться, чем иметь огромные проблемы потом, выстраивая абсолютно формально на законной основе свои отношения с конкретным чиновником. Но, тем не менее, государство должно понимать, что это неэффективно для самого государства, что в стране на таких отношениях дальше жить нельзя. Но бизнесу нельзя приказать, указать: “Не давай взятки”. Бизнес всегда будет находиться в системе регулирования, которую устанавливает государство. Вам никто же не может сказать “Владимир Владимирович, мы запрещаем” или “Не давайте милиционерам”. Вы же все равно решите этот вопрос сами для себя, да? А чиновника – он работает на государство – его можно регулировать.

    В.ПОЗНЕР: Не совсем так. Я, например, в Америке не дам полицейскому, потому что я знаю, что он тут же наденет на меня наручники. Я это знаю. А так, если бы я знал, что можно дать, может, я и дал бы, понимаете?

    Б.ТИТОВ: Конечно. Но государство выстроило свои правила регулирования так, что этот полицейский никогда даже и не подумает у вас попросить взятку.

    В.ПОЗНЕР: Потеряет пенсию. Всё.

    Б.ТИТОВ: Поэтому так же и в бизнесе: все зависит от того, как государство выстраивает свою политику. Чтобы бизнес не давал взятки, должно правильно выстроить свою политику государство.

    В.ПОЗНЕР: То есть можно сказать так, что при другой структуре, если власть иначе будет подходить к этому вопросу, то можно надеяться на то, что бизнесмены не будут давать взятки, грубо говоря, да?

    Б.ТИТОВ: Если бизнесу будет выгоднее работать вбелую, если бизнесу будет выгоднее декларировать свои доходы и платить налоги, они будут не такого размера огромного, чтобы это было невыгодно, и им будет удобно заполнить декларацию и оплатить эти налоги в бюджет, и им будет ясно и неопасно взаимодействовать с чиновниками, то, конечно, они не будут платить. Бизнесу в любом случае лучше взяток не платить. Это вынужденно для него происходит, если построена так неправильно система. Поэтому если будет правильное регулирование со стороны государства, то бизнес с большим удовольствием будет работать вбелую.

    В.ПОЗНЕР: Как вы объясняете высокий уровень коррупции в Китае, опять же, где за это даже расстреливают, как вы знаете?

    Б.ТИТОВ: Наверное, расстреливают, поэтому не такой. Я должен сказать, что, конечно, есть коррупция в Китае, и даже на своем опыте я видел, как это происходит, потому что у нас есть там определенные бизнес-взаимоотношения. Вместе с тем, конечно же, полицейскому на улице вы взятку предложить в Китае не можете. В бизнесе есть сегодня проблемы, допустим, по декларированию таможенных платежей, занижение таможенной стоимости в Китае. Но, в целом, такого прямого… Все-таки, ситуация не такая. То есть там сегодня все выстраивается довольно жестко и такой, масштабной коррупции, мне кажется, все-таки, нет.

    В.ПОЗНЕР: Я знаю, что вы в своем нынешнем качестве не хотите и не можете комментировать политические вопросы, я и не собираюсь вас спрашивать об этом. Я бы только спросил вас: вы сами, Борис Юрьевич Титов, политически кто?

    Б.ТИТОВ: Правый либерал.

    В.ПОЗНЕР: Вы – правый либерал. А это что значит? Раскройте чуть-чуть.

    Б.ТИТОВ: Жизнь даже с назначениями на новые посты не уходит в прошлое, и мои внутренние взгляды не претерпевают изменений. Что такое правый либерал? Это либерал, которому так же, как и левым либералам, важны ценности свободы, конкуренции, но вместе с тем у него более прагматичный взгляд. Если левый либерал – это, прежде всего, как справедливо разделять, как распределять, то есть, прежде всего, их волнуют социальные вещи и общегражданские вещи… Кстати, у нас все время путают левых и правых либералов, потому что то движение, которое сегодня, даже Болотная площадь или там демократический альянс, который сегодня образуется, кого принято называть “правыми”, они, прежде всего, левые либералы. А правые либералы – о том, как, прежде всего, производить, о том, как создавать стоимость. Мы прагматичны. Например, вопросы равенства, которые мы сегодня, все-таки, считаем, что… Конечно, мы все рождаемся равными перед богом, но при этом только неравенство создает стимулы к развитию, и мы меритократы в этом смысле. Мы считаем, что нельзя популистски заигрывать с общественным мнением, а надо говорить правду о том, что, допустим, сегодня пенсионная система… Для того, чтобы даже если увеличивать пенсионный возраст, то надо увеличивать до 80 лет его, чтобы сегодня пенсионную систему привести в баланс. Поэтому мы даем предложения как сегодня даже, может быть, очень непопулярными методами, но, все-таки, решить проблему пенсионной системы в стране. Мы говорим о том, что люди должны работать. О том, что, конечно, сегодня очень сильны левые настроения в обществе, и от этого происходит такая апатия. Люди не хотят очень сильно работать и ждут большой помощи от государства. А мы говорим о том, что только каждый человек, работая, проявляя свою инициативу, может создавать себе и материальное, и социальное благополучие. Вот этим правые и отличаются. Мы прагматичны, нас меньше. В обществе всегда меньше правых.

    В.ПОЗНЕР: Да, вас меньше, конечно. И вообще в России призыв вкалывать не слишком пользуется популярностью.

    Б.ТИТОВ: Но кто-то должен это делать, понимаете? Иначе общество не может рассчитывать на стабильное развитие. И без создания собственности, без создания нового продукта этого никогда не произойдет.

    В.ПОЗНЕР: Вы ушли из бизнеса?

    Б.ТИТОВ: Я – собственник, я продолжаю оставаться собственником своего бизнеса, но я ушел от управления.

    В.ПОЗНЕР: Этим занимается ваш сын.

    Б.ТИТОВ: Да.

    В.ПОЗНЕР: И вот ваш сын в один прекрасный или не прекрасный день приходит к вам как омбудсмену и жалуется. Конфликт интересов?

    Б.ТИТОВ: Да. В такой ситуации я не могу этим делом заниматься. Конечно, у нас есть сегодня достаточно много других общественных институтов. В этом смысле мой бизнес, которым я владею, наверное, в более ущербном положении, чем другие, он менее защищен. Но я думаю, что это не такая уж большая проблема для развития в целом ситуации с бизнесом в стране. Но я думаю, что найдутся общественные институты, которые могут независимо заняться помощью и моему бизнесу.

    В.ПОЗНЕР: Вы знаете, обычно я в конце программы задаю вопросы по Марселю Прусту. С вами я сделаю по-другому. Я вам задам традиционный вопрос, который я задаю всем в конце. Но вместо остальных девяти вопросов я хочу прочитать для вас, для зрителей ваши слова, статью, которую вы написали и которая меня тронула, и которую я хотел бы завершить тоже вопросом. Итак, вы в этой статье рассказывали о том, как вы взрослели. Причем, взросление, как я понимал, всегда связано с неприятностями чаще всего, а иногда вы переставали взрослеть, и это было в хорошие моменты. Вы, в частности, пишете: “И еще я не взрослел, когда стояли у Белого дома и думали: “Вот теперь у нас другая страна, такая, как у них, а мы – свободные люди”. И тогда радовались как дети. Но потом повзрослели, потом вся страна повзрослела. А я еще много когда не взрослел. А потом опять взрослел. Взрослел, когда разорялся, когда ходил в прокуратуру к следователю Керимову как на работу, стоял перед огромным залом на Форуме, и надо было начинать речь. И когда учился мудрости и сдержанности в “Деловой России”, общаясь с властью и с нами, с бизнесом. Потому что и те, и другие – очень непростые, строят из себя взрослых, а часто ведут себя как дети. Ну вот, целый век мы с Ленкой взрослели, а сегодня решили: “Все надоело, хватит, больше взрослеть не будем. Пусть все взрослеют – наши дети и друзья, и даже родители. Вы взрослейте, а мы не будем. Теперь мы будем… Как это называется? Видите, даже слова не придумали. “Ребятеть” или “одевичиваться”. Будем играть в игрушки, постепенно научимся думать только о хорошем и приятном, не заморачиваться о том, что будет, а думать о том, что есть сейчас, иногда плакать навзрыд, когда больно или просто хочется, есть мороженое и не думать о том, как ты будешь к себе относиться завтра утром, стоя на весах. А, может, два или три раза даже напиться водки, хотя, это и взрослые умеют. И главное – не трусить и ничего не бояться. Не знаю, получится ли, но очень бы хотелось”. Ну и как? Получилось?

    Б.ТИТОВ: Это была не статья, это была для друзей написанная вещь.

    В.ПОЗНЕР: Но это опубликовано.

    Б.ТИТОВ: Может быть, в интернете, да? Личная вещь. Но я думаю, что, конечно же, не все получилось. С назначением омбудсменом, все-таки, я взрослею, приходится сегодня много решать сложных и не всегда приятных задач. Но я стараюсь.

    В.ПОЗНЕР: Никого не боитесь?

    Б.ТИТОВ: Не получается не бояться.

    В.ПОЗНЕР: Ладно. Десятый вопрос из Марселя Пруста. Что скажете, когда появитесь перед Богом?

    Б.ТИТОВ: Наверное, я ему скажу: “Тебе решать, но я, по крайней мере, старался”.

    В.ПОЗНЕР: Это был Борис Титов. Спасибо.

    »crosslinked«




    К записи "9 декабря 2012 года в программе «Познер» Борис Титов" 31 комментарий

    Каждый раз надеюсь увидеть в гостях творческую личность,но уже который раз разочаровываюсь.Надоели политики.Ничего интересного,монотонные интервью получаются.

    Согласен. Только справедливости ради надо сказать,что Титов это бизнесмен на 95% ну и 5% политик.

    А вы то с чем соглашаетесь ? Вам,как бухгалтеру,намного интересней и ближе по духу должно быть интервью с бизнесменом ,чем творческой личностью. Вы то человек далеко не творческой профессии, вот и в комменте сплошные цифры и проценты.

    Антон,у дяди психиатра на приеме гораздо интересней,нет этой монотонности и однообразия?

    Приветствую дорогой друг. По всей видимости, мой с вами диалог, если его так можно назвать, произвёл на вас на столько сильное впечатление, что вы помните меня уже полгода. Но спешу вас разочаровать, предыдущий комент был не мой, поэтому ваше “остроумие” оставьте на другие случаи. Мне очень приятно, что профессия моего многоуважаемого дяди вас так занимает, возможно вы хотите посетить его? Боюсь, что вряд ли получиться, т.к. мой дядя работает в частной клинике и его сеансы, насколько я знаю, не дешёвые. Поэтому подберите себе специалиста из “бюджетной” медицины, думаю вам и там помогут. И ещё, хочу вам подготовить почву для вашего “остроумия”, у меня ведь ещё дедушка после войны почти 40 лет работал лором (ухо, горло, нос проще говоря). Поэтому не упустите шанса “подколоть” (в вашем случае кавычки обязательны) меня по поводу моего слуха или обоняния. В бой!

    Вот он какой Антошка. Полгода сюда уже не заходил. Но только стоило его вспомнить… как вот он снова с нами… 8)))

    Олежик, ты чего опять пьяненький что ли? Протрезвей и ноги в руки и в школу, а то егэ не сдашь, мамку расстроишь. В армию заберут, а там ой как не сладко таким как ты.

    А ты-то, сопляк, откуда знаешь, что в армии происходит? Или тебя уже чумарили там? До сих пор отойти не можешь? 8)

    Олежик, похоже в твоём случае надо кодироваться… Советую, заканчивай бухать и не прогуливай школу! Может, что нибудь из тебя ещё получится.

    Эх, сынок, я своё уже отпил. Слава Богу, что 7 лет уже даже пива не пью, алкоголь мне противен. “Просите и дастся вам”, – это не пустые слова Христа. Бог врать не умеет.

    О ужас, сбываются мои самые худшие опасения. Наркозависимость это вообще край… Несколько знакомых на игле сидели, только один слез и живёт теперь с трезвыми мыслями и в любящей семье. Тебе, Олежик, того же желаю, так что обратись в наркдиспансер, там думаю должны попытаться тебе помочь, главное самому захотеть жить как человек. И подумай о маме, хватит с неё твоих двоек в школе.

    Anton(у).Судя по тому с какой гордостью вы говорите о своих ” не дешевых ” родственниках, не удивлюсь,что вместо клятвы Гиппократу,они давали клятву Мамонне. И они до сих пор нах-ся в долгу у народа ,на деньги которого получили свое образование. Ведь ваши дед и дядя учились не в частных дорогих университетах. Ну что же,каждому свое. Вам повезло с родственными связями.Вас то ,надеюсь,они лечат бесплатно. Если судить по качеству полученного вами в семье воспитания, не будь у них мед. образования, вряд ли бы они с охотой расстались со своей звонкой монетой,чтоб оплатить столь необходимое вам лечение в платной клиннике.
    P.S. А о нас,простолюдинах.вам не стоит беспокоиться. Мы свои хвори лечим юмором,трудотерапией и русской банькой. Так что на сеансы к своему дяде приглашайте больных либерастовсо своими 30 серебрянниками.

    В своих способах лечения вы забыли уточнить ещё одно, пожалуй главное лекарство истинно русского, православного, патриотичного простолюдина – это русская водка. Но смотрите не переусердствуйте, а то ваш коллега Олежик уже докатился бог знает до чего…

    Антон,я специально горькую не упоминал,чтоб вас не дразнить. Прослеживается явный ваш интерес к ней.Хотел уберечь вас от соблазна. Увы,не получилось. Вы и во сне ее видите. Сигареы,наркотики ,водка-побочные эффекты у отпрысков сильно крутых представителей об-ва.

    Смешные вы ребята. Полагаю, стоит завершить дискуссию. Она всё равно ни к чему не приведёт, вам нужны узкие специалисты.

    Смешно слышать эти рассуждения о узких специалистах от человека,ежедневно пользующегося услугами сразу нескольких семейных докторов

    Антон, ты очень похож на Максима и Поликарпа Поликарповича. Их комментарии по сути, такие же как и у тебя. Укольчиками балуешься, скорее всего ты, а не Олег. Скажу больше – ученик из тебя неважный, т.к. ты ленив и умом не вышел. Остаётся что? Паразитничать и ёрничать..

    Антошка, да ты, оказывается, дурачок. Видимо, ежедневное посещение родственника-психиатра тебе совсем не помогают. Только идиот мог предположить, что раз Бог избавил человека от алкогольной и табачной зависимости, то Он бросит его в пропасть наркомании. Бог есть любовь. Поэтому для Него я – блудный сын, которого Он очень любит, и сделает всё для того, чтобы спасти. 8)

    Паразиты это как раз вы, те кто сидит на сайте многоуважаемого человека и поливает его грязью. Зайдите на другие сайты, подходящие вам по убеждениям и там высказывайтесь. Хотя я уверен, что господину Познеру абсолютно наплевать на то, что о нём думают люди вашего круга. Ваша РПЦ давно объявила его врагом №1 и вы, по привычке не думая, набрасываетесь на человека, вместо того, что бы проанализировать ситуацию своими мозгами, в наличии коих я сомневаюсь. По поводу вас он высказался в одной из своих недавних прощалок, думаю комментарии излишни. А ёрничаю я только над теми, с кем серьёзно вести дискуссию невозможно. Олежик и Судья из их числа.

    Олежику
    К вашему сведению, я человек не верующий, поэтому твои проповеди про бога и его любовь к вам, не совсем по адресу. А по поводу лечения ты подумай, я дело говорю. Возьмись за себя пока совсем не опустился и надейся на себя, а не на кого то другого. Это вообще беда русских, на кого то надеяться, это и привело к тому, что эта страна сейчас в такой заднице.

    Антошка, да ты льстишь и себе и Познеру. Церкви абсолютно безразличны и ты, и он, и такие, как вы. Мало ли псов вокруг лает. Плохо тебя твой родственник лечит, плохо… у тебя – мания величия. Передавай привет всем своим друзьям, находящимся, вместе с тобой, в той самой заднице, про которую ты пишешь. 8)

    Антон,видимо у вас в семейном бизнесе не все так хорошо,как вы пишите. Очень уж вы назойливо рекламируете мед. услуги . Сайт перепутали?

    Антошка, не злись, валерьянки попей и бегом к дяде психиатру, голову лечить. Он, наверняка, поможет. А насчёт того, что тебя используют втёмную, как презерватив, ты, когда подрастёшь и повзрослеешь сам поймёшь. Ведь сегодня ты Антон, ну а завтра ты – …… сам понимаешь что… не дай себе просохнуть… 8)

    Ерничайте на здоровье,Антон. Кто то клоуном должен быть,чтоб смягчать напряжение политических страстей . А ваш дуэт с Оксаной очень гармоничный.

    Фантазия похоже иссякла… Про психиатра надоело, теперь вот про средства контрацепции. Одно радует, что с течением времени и со сменой поколений в этой стране людей думающих становится всё больше, а наивных и глуповатых всё меньше. Молодёжь, к счастью не воспринимает серьёзно различных шарлатанов, перед которыми вы бьёте челом, а в большинстве своём слушают и уважают таких умных и порядочных людей как Познер. Ваше поколение уходит, а приходит другое, думающее и мыслящее не стереотипно, как вы, а широко и не предвзято. Они не будут терпеть, то что терпели вы, а будут бороться с этим беззаконием, который развело ваше совковское поколение. А вы наверное и помрёте дурочками, мне даже жаль вас немного. Но ничего не поделать. Такие времена.

    Антон,а не можете точнее сказать с кем вы собираетесь бороться,с каким беззаконием,с какой коррупцией? Вы хорошо подумали, родственниками посоветовались? Ведь первыми жертвами в этой борьбе могут стать именно они. Беззакония,взяточничество очень широко распространены в мед . среде. А если даже родня выстоит в этой борьбе,кто придет к вам лечиться в дорогую платную клиннику,если всех коррупционеров победите. Тоже мне,”думающая молодежь”.Правильно думающая молодежь по другим нравственным устоям воспитывается,голубчик.

    Удивляюсь В.В., как от передачи к передаче он может терпеть общение с ничтожествами, мнящими себя великими величинами.

    Уважаемый Владимир Владимирович, у вас же нет сына. Сын супруги – это ваш пасынок. Это не сын. А абсолютно другое дело. У вас же всего одна дочь, от первого брака, который распался, когда дочери еще не было и семи лет.

    Получилась достаточно ровная программа. Практически всё о чём говорил Б. Титов им озвучивалось ранее, а хотелось услышать пути (способы) решения имеющихся проблем в бизнесе, к сожалению, об мало, что сказали. Гость в целом произвёл положительное впечатление единственное, с чем можно не согласиться, это когда речь зашла о сравнение водителей и бизнесменов, которые дают взятки, а Б. Титов их оправдывает, мол это не они виноваты, а чиновники. На мой взгляд когда речь идет о взятках виноваты обе стороны и эту проблему следует решать с двух сторон, тогда и результаты будут гораздо ощутимее.

    Что касается ведущего, то он «радует» всё больше с каждой программой. Раньше в первой части программы ведущий задавал вопросы гостю, поступившие от зрителей. Вторая часть это были вопросы ведущего. Третья – это вопросы, так называемые, М. Пруста. И четвертая – «прощалка».

    Господин ведущий отнял у зрителя право задавать вопросы и заменил их на свои. Сегодня он отнял вопросы и М. Пруста – да, это ещё ладно. Теперь ведущему вообще не нужны гости на программе, ну разве, что посидеть перед господином Познером и была видна их реакция не те или иные «замечания»! Можно просто объявить гостя, надергать его «правильных» цитат из СМИ, интернета (в том числе из лично переписки) и зачитать их в эфире программы, чтобы всем было понятно кем считает господин Познер того или иного человека.

    О «прощалке»!

    В принципе с В. Познером можно согласиться, только мне непонятна ирония ведущего о симметричной реакции России. Достаточно много организаций, компаний (в том числе крупных) принадлежит Американским бизнесменам. Думаю, они не очень обрадовались этому решению, так как каждого из них можно затащить в этот «чёрный список» и лишить таким образом своего бизнеса в России.

    Титов – сила! Интервью с ним, как глоток свежего воздуха. Я даже в будущее России поверила)

    Проблему взяток не решить в рыночной экономике. Пока есть взаимоотношения госчиновника и частника всегда будут взятки.
    Только возврат к чисто плановой экономике решит проблему коррупции.
    Рыночная экономика ведёт государства, народ к обнищанию, кризису, войне. Это движение никак не остановить.