Опросы

Как вам интервью с Дмитрием Медведевым?

Посмотреть результат

Loading ... Loading ...

Поиск

Архив




  • Управление
  • 18 июля 2012

    Секс у нас теперь есть. И не такой, как в СССР

    Рубрика: Новости, Разное.


    Американский телекомментатор Фил Донахью (слева) ведет передачу о проблемах семьи на Центральном телевидении.

    Отношения между полами – всегда своеобразный ключ к социальному устройству страны в целом. Вошедшая в историю фраза “В СССР секса нет!” и бурная реакция, с которой самая большая страна мира откликнулась на эти смешные слова, показали: то, советское, общество стояло на пороге эпохальных перемен.

    С тех пор прошло более четверти века… Есть ли секс в современной России?

    У нас была любовь

    17 июля 1986 года на голубых экранах всех телевизоров СССР был показан советско-американский телемост на тему “Женщины говорят с женщинами” – революционное по тем временам шоу, ознаменовавшее падение железного занавеса.

    Американские и советские телезрительницы, бывшие до той поры друг для друга существами с разных планет, рассуждали на тему роли женщины в обществе, задавали друг другу вопросы, пытались найти общие проблемы и их решения.

    На сетования американки, что у них “в телерекламе все крутится вокруг секса”, советская женщина Людмила Иванова – администратор гостиницы из Ленинграда – якобы и сказала эпохальную фразу: “В СССР секса нет!”. Обе стороны телемоста потонули в бурных аплодисментах и хохоте.

    На самом деле, выразилась она немного по-другому. И вообще, у каждого из свидетелей того исторического момента (вели этот телемост Владимир Познер и Фил Донахью), есть свои версии происходящего. Например, некоторые участники утверждают, что полностью фраза звучала так: “У нас секса нет на телевидении”. Сама Людмила Иванова позже объясняла журналистам, что хотела сказать: “у нас есть любовь [а не секс]“.

    Впрочем, какие именно слова мы не расслышали, не так уж и важно, важнее тут вулканическая реакция, с которой общество отреагировало на слово “секс”. Очевидно, что его давно ждали. И оно было произнесено. Можно сказать, что 17 июля 1986 года мы оказались в другой стране.

    Социолог культуры Даниил Дондурей считает, что 17 июля 1986 года произошло величайшее событие: “На самом деле, эта женщина сказала не о том, что в СССР секса нет, а о том, что нет свободы обсуждать эти темы, что мораль не соответствует вызовам времени. Все было вытеснено в неофициальную жизнь, в подсознание. И советская женщина – “красавица, комсомолка, спортсменка” – не могла даже произнести такие слова публично. Гигантская сфера жизни была полностью табуирована. В этот день через иронию, через прекрасно сформулированную фразу, это табу было снято”.

    У нас ЭТО есть! И много

    “Ведь люди смеются не только над тем, что смешно, но и когда стараются скрыть тревогу, когда что-то их по-настоящему волнует, – говорит семейный психолог Инна Шифанова. – И тут советские люди вдруг услышали, что они все это время жили как-то не так, как весь мир”. Эта минута стала некой точкой отсчета, началом новой жизни.

    В Советском Союзе не было не только секса – вообще личная жизнь, семейные переживания никогда не выносились за пределы кухонных разговоров. На телевидении такие проблемы считались мелкотемьем, о них не принято было говорить вслух, делится наблюдениями психолог.

    “Советский человек не имел права на простые человеческие страдания, – говорит Инна Шифанова, – Поэтому советские фильмы никогда не заканчивались разводом, герои могли пожениться или умереть. А появление рекламы “Виагры” вызвало шок – до этого считалось, что у советских мужчин импотенции не бывает или это их не волнует”.

    А тут оказалось, что все не заканчивается после свадьбы, что семья – это сложно, отношения бывают разные, они далеко не всегда укладываются привычные схемы, бывают проблемы, в том числе в сексуальных отношениях. И тут в один момент как будто все прорвалось, все запретное вырвалось наружу.

    Кое-что даже было бы неплохо запрятать обратно, считает журналист, писатель, сексолог Владимир Шахиджанян – автор первой советской научно-популярной книги про секс, вышедшей в 1989 году и с тех пор пережившей 16 изданий. Она называется довольно стыдливо – “1001 вопрос про ЭТО”.

    “Стыдливость – это нормальное чувство, свойственное всем воспитанным людям, – считает сексолог. – Все ковыряются в носу, в этом нет ничего постыдного, даже приносит удовольствие, но приличные люди не делают это при всех”.

    В качестве примера чрезмерной откровенности, которая царит в современном обществе, Шахиджанян рассказал такую историю: “На днях мне позвонили с популярной радиостанции в 9 утра и попросили в прямом эфире рассказать про оргазм и пути его достижения”.

    На его улице, рассказывает писатель, находится целых четыре магазина интимных товаров. Примерно столько же во всей большой Москве имеется гей-клубов. А в Лондоне таких клубов, по оценке сексолога, больше трехсот. При том что магазин для взрослых в столице Великобритании не так-то просто сразу отыскать, хотя никаких законов, запрещающих пропаганду сексуальных отношений, там не принимается. В отличие от России.

    И поэтому, хотя Владимир Шахиджанян и уверен, что секс в нашей стране был, есть и будет, но гарантировать, что через пару лет это слово не начнут забивать на телевидении звуком “пииии”, как сейчас делается с грубыми и непристойными словами, он не берется. Даже несмотря на нынешнее засилье сексуальных сцен и шуток ниже пояса на телевидении, в детское время в том числе.

    Впрочем, социолог культуры Даниил Дондурей за секс на телевидении спокоен. То, что показывается на телевидении сегодня, сложно назвать нормальными сексуальными отношениями, говорит он.

    “Российское телевидение показывает такие по откровенности сцены, которые ни в каких США вы не найдете ни на одном подписном канале со специальными шифрами. А в любом государстве Европы за такое сразу бы отобрали у канала лицензию и завели судебное дело. Наше телевидение сегодня тотально коммерческое, а эротика – это фантастическая сфера для заработков”, – подчеркивает эксперт.

    Общество не контролирует такой важнейший и крупнейший институт управления страной, как телевидение, и не защищает тем самым свои интересы. “Вы слышали, чтобы какие-нибудь организации матерей подали в суд на каналы, где секс и насилие (а это близкие вещи) показывают в любое время, где 9-часовая программа “Время” начинается с интервью с мурманским каннибалом или серийным маньяком?” – задает риторический вопрос Дондурей.

    Ни разу за 15 лет наблюдений за российским телевидением он не слышал, что какие-нибудь общественные деятели провели экспертизу контента, наняли лучших адвокатов, которые через суд легко разорили бы эти каналы, нарушающие закон.

    “У нас олигархическая страна, – заключает эксперт, – где власть покрывает бизнес, а гражданское общество не сформировано”.

    Кухня – не место для секса

    Однако оказывается, что на самом же деле сексу пробиться на российское телевидение не так то просто – по крайне мере в рекламе. Один из последних примеров – ролик, где о преимуществах Аэроэкспресса рассказывается с помощью двух любовников, которые думали, что у них еще много времени, пока обманутый муж стоит в пробках из аэропорта. Это ролик бурно обсуждался в интернете, однако, в эфир не пошел.

    “Реклама в этом смысле – такой забитый ребенок, у нас очень много ограничений, в том числе прописанных в законе о рекламе. Идее надо пройти длинный путь юридических утверждений на всех уровнях – агентство, канал, клиент. Получается очень большой фильтр, чтобы что-то дошло до зрителя”, – рассказывает Константин Шипов, креативный директор агентства Сontrapunto (BBDO Group).

    На Западе частенько появляются очень провокационные вещи, и иной раз их снимают с показа. Но это идет не от запретительных законов, а от общественного мнения. С точки зрения творчества, конечно, это большое ограничение для креатива, невозможность полностью использовать всю силу эротики, которая, кстати, нередко лежит в основе того или иного бренда.

    “Хотя секс, эротика нравится всем, это полноценная часть нашей жизни и нередко превалирующая часть, поэтому бояться его красиво показывать – это просто мелкое ханжество, а не забота о подрастающем поколении”, – считает Шипов.

    Сегодня, по его словам, самым желанным образом на российском телевидении является счастливая семья: “Лакированные кухни с мебелью из ИКЕА, лакированная улыбчивая папа-мама-ребенок или два и большое количество безграничного счастья по поводу очередного бульонного кубика. Иногда уже от этого тошнит, причем самих создателей”.

    И в этом смысле секса у нас по-прежнему нет.

    Секс для феодальной семьи

    Но вот чего у нас очень много, и повсюду – так это изображений почти обнаженных женщин. Если даже поверхностным взглядом окинуть рекламу на российском телевидении, улицах и в прессе, то может показаться, что главным национальным продуктом являются сексуслуги. На самом деле соблазнительные красотки со сладострастным выражением рекламируют невинные мятные леденцы или стоматологическую клинику.

    “Любой начинающий рекламист знает, что лучше всего продают женщины, дети и животные. И часто, в силу вкуса или неопытности, пытается вставить красотку или добавить эротики, хотя это может никак не согласовываться с задачами бренда”, – объясняет это феномен Константин Шипов.

    Самое удивительное в этом, что целевой аудиторией рекламы по всем законам тоже являются женщины – именно они принимают решение о покупке большинства товаров. Было бы логично, чтобы до их сердец пытались достучаться красивые полуодетые мужчины. А так – эротика получается какая-то однополая.

    Оказывается, этому есть вполне хозяйственное объяснение: “В России женщин много красивых, а с мужчинами беда. Найти нормальную, симпатичную, ухоженную модель мужского пола после 35 лет очень сложно. Наши мужчины больше пьют, меньше следят за внешностью – к этому возрасту у них появляется такая потасканность, – объясняет Шипов. – Если приглядитесь, в роликах снимаются одни и те же мужчины, модели-актеры, выбор очень невелик, в отличие от Запада, где как раз среди мужчин выбор достаточно внушительный”.

    Семейный психолог Инна Шифанова видит этому и другие объяснения: “Сексуальные отношения всегда соответствуют социальному устройству и меняются соответственно”.

    По ее наблюдениям, с 1986 года такая смена произошла уже несколько раз: вместо социализма в 90-е пришла демократия, а потом, начиная с 2000-х, начинает потихоньку возвращаться патриархальный уклад – и в обществе, и в отношении полов: “У нас сегодня складывается феодальная семья – мужчина для зарабатывания денег, женщина для красоты и деторождения”.

    Поэтому, по мнения психолога, так много у нас обнаженного женского тела. Это не столько сексуальный образ, сколько символ беззащитности: “Ведь когда человек без одежды, он беспомощен, уязвим, зависим. Эти женщины как бы говорят воображаемому мужчине мечты: вот, возьми мое легкое, красивое тело и пронеси на руках всю жизнь”.

    Наверное, такое отношение к жизни члену Комитета советских женщин Людмиле Николаеве Ивановой даже не могло прийти в голову. Такого секса в СССР, конечно, никогда не было.

    Источник




    К записи "Секс у нас теперь есть. И не такой, как в СССР" 2 комментария

    Где либералы и Познер, там всегда лицемерие.

    Например:

    Планирование семьи. Прерывание беременности. Аборт…. бла-бла-бла…

    А если называть вещи своими именами, то:

    Убийство детей.

    1. Раннее внутриутробное детоубийство при помощи химических пероральных препаратов: ваш ребенок умрет от яда в течении приблизительно 6-12 часов, абсолютно безболезненно для женщины.

    2. Детоубийство до 4-6 недель беременности методом вакуумной аспирации — ребенок умрет в муках, но быстро и безболезненно для женщины, тельце будет разрушено сильным высасывающим воздействием. Фильм «Чужой, часть вторая».

    3. Детоубийство внутриутробное классическое: убьем вашего ребенка без обезболивания путем расчленения и отрывания головы, но под наркозом для «мамы».

    4. Детоубийство внутриутробное позднее по социальным показаниям: ребенок будет убит при помощи полного химического ожога всей поверхности тела(солевая заливка), либо стимуляцией родов с последующим неоказанием помощи новорожденному в корзине для отходов.

    Да и гей либеральный, это и не гей вовсе, а обыкновенный пидер*ст.

    Эти прозападные подпевалы получают свои 30 сребреников за то, что делают всё для разрушения русских семей. И пропаганда секса детям, и “планирование” семьи, и эмансипация и прочие подобные вещи, всё это звенья одной цепи. Но не все же люди такие же наивные, как эта местная деревенская тётка Оксана.